Созидающий башню

– С каких это пор бессмертные бегают на побегушках у дикарей? – в его голосе было столько желчи, что Семён брезгливо поморщился.

– Во-первых, они не более дикари, чем ты,– отбрил он невежу,– а во-вторых, я им не служу, у меня свои резоны для того, чтобы подремонтировать твою бесполезную тушку.

– Какие, на фиг, резоны? – пробурчал пленник. – Это всё из-за той бабы. Тебе-то какой прок от чужой жены? Или вы с ней родня?

Нападки пленника не произвели на бессмертного никакого впечатления. А чего ещё ждать от бедняги, прикованного к постели и к тому же предназначенного для экспериментов с непредсказуемыми последствиями? Однако попытки Тесара свести действия Риса к эгоистичному стремлению спасти свою жену, вызвали у Семёна раздражение и желание вправить мозги этому обличителю.

– Ты действительно не понимаешь или просто прикидываешься? – он осуждающе покачал головой. – Не знаю, действительно ли твой Магистр собирается устроить ядерную бомбардировку Алата, но столице точно не поздоровится, её-то он уже приговорил. Как она называется, кстати?

– Гвенда,– машинально ответил Тесар, но тут же подозрительно нахмурился. – А почему ты этого не знаешь?

– Я из другой реальности,– Семён не посчитал нужным сохранять своё инкогнито. – Так скажи мне, любитель географии, сколько миллионов живут в твоей любезной Гвенде? – Поскольку его собеседник и не подумал ответить, только скорчил презрительную гримасу, то бессмертный продолжил. – Вижу, на жителей города тебе наплевать, но ведь и твоих товарищей никто не собирается эвакуировать. Их тебе тоже не жалко?

– Это будет быстрая смерть,– Тесар постарался, чтобы его голос прозвучал равнодушно, но лёгкая дрожь всё же выдала его душевную боль,– уж лучше так, чем от этой заразы.

– А тебе не кажется, что уничтожать многомиллионный город только потому, что вашим учёным недосуг разобраться с проблемой – это как-то чересчур цинично? – язвительно бросил Семён.

– Не мне обсуждать решение Магистра, я всего лишь солдат,– пафос сей напыщенной сентенции слегка подпортила кислая физиономия Тесара, которому решение Магистра действительно казалось не особо гуманным, но его статус члена братства, которое посвятило себя процветанию целого мира, не позволял честно в этом сознаться.

– Ты всего лишь дурак,– беззлобно отозвался Семён. – Рис хочет спасти твой город от уничтожения, а ты строишь из себя героя-мученика.

– Ты сам-то в это веришь? – Тесар насмешливо фыркнул. – Он же специально запустил у нас эпидемию, с чего бы этому гадёнышу теперь заниматься благотворительностью?

– Ты не поверишь, парень, но причина проста, как молоток,– Семён снисходительно похлопал своего пациента по плечу,– он ведь доктор.

– Большего бреда я ещё не слышал,– неприязненно отозвался пленник,– скорее уж поверю, что эта тварь собирается шантажировать Орден ещё какой-нибудь пакостью, вроде своего первого вируса.

– Вообще-то, этот вирус придумал не он,– спокойно возразил Семён,– его создали в лабораториях Ордена, Рис просто нашёл способ его активировать. Но ведь тебе нет до этого дела, правда? – он ловко отстегнул наручники и перевернул беспомощного боевика на живот. – Всё, лежи спокойно, будем тебя лечить.

– Чего тебе ещё от меня надо? – Тесар и не подумал успокоиться. – И так уже всю кровь из меня выкачали.

– Не жадничай, твоя кровь нужна для анализов,– Семён положил правую ладонь на позвоночник пленника в то место, куда угодила пуля. – А что касается моего нынешнего визита, то поверь, я делаю это вовсе не потому, что ни с того ни с сего проникся сочувствием к твоим страданиям, просто Рис попросил восстановить твой позвоночник,– в голосе Семёна прозвучало откровенное недовольство. – Будь моя воля, я бы оставил тебя калекой или просто пристрелил после всех этих экспериментов, но нашему доктору для чистоты эксперимента нужно, чтобы все твои конечности работали штатно. Похоже, он что-то там всё-таки нарыл.

– Сделай это, прошу тебя,– Тесар сразу прекратил строить из себя стоика, его голос сделался жалким, просительным,– позволь мне умереть до того, как этот придурок превратит меня в лабораторную мышь.

– Извини, парень, не могу,– по сожалению, что в этот момент прозвучало в голосе Семёна, было понятно, что просьба Тесара его тронула,– ты у нас слишком ценная мышка и к тому же единственная. Но обещаю, если наш доктор облажается, я не позволю ему сделать из тебя зомби окончательно. Ты уж потерпи ещё немного, осталось недолго.

Обещание, конечно, было не слишком обнадёживающим, но всё-таки лучше, чем совсем ничего, поэтому Тесар успокоился и позволил бессмертному делать свою работу. Процедура восстановления позвоночника, перебитого охотничьей пулей, заняла не больше четверти часа. Всё это время пленник молчал и покорно изображал из себя манекен, хотя уже минут через пять его ноги начало колоть иголками, а от точки травмы по всей спине стала распространяться сильная боль. Только когда Семён закончил свои манипуляции и снова пристегнул пациента к койке, тот решился на вопрос.

– А я действительно снова смогу ходить? – в его голосе надежда смешалась с сомнением.

– Ты смеешь сомневаться в способностях бессмертного? – с наигранным гневом набросился на него Семён, но тут же рассмеялся и откинулся на спинку кровати, чтобы немного восстановить силы. – Завтра посмотрим, а пока отдыхай.

– А что бессмертный из другой реальности делает в нашей?– Тесара явно порадовал ответ и потянуло поговорить. – Ты здесь с заданием?

– Нет, я здесь просто живу,– нехотя ответил Семён,– я больше не служу Ордену,– после этого признания наступила мёртвая тишина, казалось, боевик даже перестал дышать.

– Никогда не слышал, чтобы бессмертных отправляли в отставку,– Тесар был слишком заинтригован, чтобы выбирать выражения. – Ты дезертир?

– Не угадал,– горькая усмешка исказила лицо Семёна словно рана,– есть такая специальная форма отставки, называется казнь. – И снова боевик завис, не зная что сказать. Такое, конечно, случалось, чтобы бессмертных казнили, но это было настолько редкое явление, что на памяти Тесара случилось лишь раз. И уж совсем невероятным был случай, чтобы казнённый выжил. – Не напрягайся, а то тебя, того и гляди, удар хватит,– бессмертный хитро подмигнул ошарашенному боевику,– это, в сущности, банальная история. Наш Магистр решил убить мою жену. Сначала он тупо отдал приказ, а когда я отказался его выполнить, устроил показательную казнь, но в последний момент вытащил меня с того света и попытался заставить выполнить задание хитростью. Вот так я тут и оказался.

Тесару не сразу удалось переварить рассказ Семёна, который отнюдь не был банальным, как тот пытался изобразить. Для начала, у бессмертного никак не могло быть жены, ведь кодекс конкретно запрещал им жениться и даже заводить длительные отношения с противоположным полом. Некоторые из боевиков, которые, кстати, постоянно завидовали привилегированному положению бессмертных, тоже следовали этому запрету, хотя на них он и не распространялся. Уже за одно это нарушение бессмертного должны были казнить, причём вместе с его женой. Но даже если предположить, что ему каким-то невероятным образом удалось скрыть от Ордена свой матримониальный статус, то отказаться выполнять приказ бессмертный уж точно никак не мог, ему бы этого не позволили сделать специальные установки в мозгах.

О существовании этих установок в Ордене знали многие, это особо и не скрывалось, хотя и не афишировалось. В общем-то, всем, включая самих носителей установок, было понятно назначение сей меры предосторожности, просто бессмертным было дано слишком много, чтобы позволять такой силе разгуливать на свободе бесконтрольно. Наличие этого поводка делало бессмертных управляемыми, а потому не такими страшными, по крайней мере, для остальных братьев Ордена. И всё же отношение к этой мере было неоднозначное, лично Тесар считал подобное обращение с самыми преданными орденскими бойцами несправедливым, а потому, несмотря на браваду Семёна, скрытая боль, которая так и сквозила в его повествовании, не осталась для боевика незамеченной.