Спящий

Я просто шёл, так ток по проводам

Стремится, чтоб в конце зарыться в пепел".

***

Кувшинка расцвела, мой друг увял.

Измяло время хрупкий матерьял.

Комок земли ладонь мою облёк,

И я его, как деньги в кошелёк,

Бросаю в углубление земли,

Где крышку гроба слёзы обожгли.

Поплачьте, люди! ныне день такой.

Как пианист касается рукой

Блестящих клавиш, чтобы звук извлечь,

Так и слеза, чьи сны нарушил смерч,

В груди образовавшийся, в душе.

Теперь душа на верхнем этаже...

Снята одежда будничная - плоть.

Не властно время душу размолоть.

Придёт наш час - опустится плащом, -

Поднимемся над миром нагишом.

Земле нас будет не остановить:

Мы плоть и кровь вернём ей, смерти нить.

В МЕЧЕТИ

Вечерней встречи братские минуты.

У входа обувь - будничные путы...

Внутри, душой к собранью наклонясь,

Стоит имам. "Улавливайте связь!
–

Он говорит.
– Аллах построил Землю!

И линию провёл между постелью

И ежедневным праведным трудом.

Всему свой час!". Внимают мусульмане,

Их много в зале, и мечеть - их дом.

И в сердце нет у них других желаний,

Как быть с Аллахом в космосе одном.

"Мы не одни..." - разносится по залу,

Всех эхо обволакивает - луч,

И сотни мусульман "Аллах могуч!"

Певуче произносят, общно, смалу.

Наполнен светом радостным имам.

И, словно за спиной почуяв крылья,

Он голос возвышает, взвился сам

Над сутолокой времени, бессилья...

ВЕРА

1.

Вера - галера. Привет гребцам!

Это неверье гребёт в Сиам.

Вера стремится за грань миров

И утешает вдовцов и вдов.

Вера гласит: "Впереди любовь!" -

Даже когда надзиратель в бровь.

Вера нам люба хотя бы тем,

Что у неё не отнять Эдем.

2.

За веру умереть совсем не жалко,

Пусть не допит ещё бокал вина...

Она в груди, живая зажигалка,

Пустила ноготь пламенный, дивна.

И свет её затронул всё снаружи,

Под куртки проникая и плащи,

Откуда к небу трепетные души

Летят стремглав, что камни из пращи.

ОСЛИК

Под кожей у осла нет крови лошадиной,

Но хочется ему быть лошадью порой,

Скакать вперегонки - под женщиной, мужчиной, -

С ватагой ловчих птиц. Но мух кусачих рой

На ослике сидит, а скоро - чует ухом -

Дверь в стойло проскрипит, войдёт хозяин, чтоб

На спину поместить, где все удобства мухам,

Обёрнутый в сукно слезящееся - гроб.

Прикажет: "На погост!", там в ряд стоят деревья,

И люди собрались, всяк в чёрное одет.

И ослик повезёт, догадываясь, веря,

Что в том гробу лежит непризнанный поэт.

***

Люди стены возводят - чтоб видеться реже.

И стены меж ними стоят как призраки баррикад.

Люди были добры и дружили,

но разная кровь у людей

и разные мысли.

Эти смотрят на запад,

а те - на восток.

Возникает конфликт непременно.

Мир, казавшийся им безграничным,

обрастает границами вдруг, как надел сорняками.

И становится тесно,

и хочется стену разрушить,

чтобы вновь подружиться,

но чаще - чтоб землю отнять,

расширяя границы своей территории - власти.

Люди - волки, но также - ягнята.

Единая суть!

Словно Каин и Авель

в семени тёплом Адама.

***

Теперь в Крыму пустынно, одиноко.

Нил Армстронг снится, что на крымский брег

Ступает энергично, как морпех,

И говорит, быть может, раньше срока,

О том, что сделал маленький он шаг,

Но этот шаг - для всех людей гигантский.

Здесь и Христос, и Будда, и Аллах

Могли гулять... но было это в сказке.

Сюда - такое чувство - из глубин

Не выходили боги, человечки...

И лишь под камнем, словно муэззин,

Поёт сверчок беспечно, как без печки.

СТАРИК И Я

1.

Старик впадает в детство, как река

В глубокий океан, уходит глубже,

Где разъедает смерть рои жемчужин,

Все наши мысли, мошку и быка,

Любое существо, и человека.

Под океаном памяти всегда

Ютится смерть, и в ней прокукарекать

Не сможет петя, высохнуть вода.

Там тишина, беспамятство, забвенье.

Оттуда мы приходим - и опять

Туда идём, беспомощные тени.

Гуляем, если можно так сказать.

2.

Старик впадает в детство, а пока

Я в старость потихонечку впадаю.

Смотрю в окно и вижу птичью стаю,

И знаю - это звонкая река...

Не так давно и я летал, а ныне

Летит старик, иль кажется ему -

Лежачему на выцветшей перине,

Что поглощает свет и полутьму?

Я думаю, и мне придётся скоро

Вновь ощутить забытый взмах крыла.

И буду я лежать, и будет штора

Отскакивать, смущая зеркала.

ПОД НЕБОМ