Спящий
Шрифт:
Машет, словно рукою, - зовёт.
Сквозь лес
К ней человек идёт, а над ним Зевес
Громы и молнии мечет, и страшен гром.
Воет зверьё оголтелое, из кустов
Смрадным дыханьем охаживая, во зле.
Светлому духу по чёрной брести земле -
Ой!
– нелегко во плоти, но дары волхвов
Тоже тяжёлыми были.
А ты, браток,
Порожняком семенишь, без поклажи, лишь
В сердце твоём невесомо свистит чуток
И порывается в небо прозрачный стриж.
Попридержи его: пусть посвистит,
И запоёт, и Христу вознесёт хвалу,
Чтобы, куда б ни пришёл ты, повсюду храм
Был православный и не было места злу.
ДЕРЕВО
Пилили дерево и топором рубили.
Канаву вырыли, чтоб вовремя на дно
Оно легло и там, в своей могиле,
Безмолвно тлело - с нами заодно...
Оно листвою сыпало, скулило -
Как пёс, распятый в ночь на чердаке,
И, наконец, на свежие стропила
Обрушилось - шарахнулось к реке.
А мы - к нему, праматерь поминая.
...На что ему вода, когда вокруг
(На 100 км) жужжит пила стальная,
Топор гремит, захватывая дух...
***
Ну, здравствуй! Время прощаться. Разве не знал:
Поэт - состояние временное, не титул.
Муза пришла и ушла. Отшумел танцзал.
В девушку ключик воткнул партизан и вынул.
Нужно надеяться, верить - авось придёт
Снова к тебе вдохновение, ошарашит.
Птицы над озером взмоют, и дождь с высот
Чистосердечный прольётся на новый гаджет.
Деньги в кармане промокнут, порвутся, дом,
Где ночевал ты, ладонью сгребёт лавина.
Солнце погаснет. И музы впорхнут тишком
В сердце твоё золотое, и Мнемозина.
Все существа, что рассвета и лета ждут,
Мир чудотворный в тебе обнаружат - Слово!
Но, увидав яркий призрак вовне, в галут
Пустятся, словно евреи, без сна и крова.
МУХАММАД
Коронован Кораном, идёшь, Мухаммад,
Из песка прорастают различные люди,
Просят пить у тебя. Разве ты виноват,
Что они поклоняются мелкой посуде?
Этот - солнцу. И солнце его обожгло.
Ну а этот - луне. Из неё не напиться.
Лишь в горсти у Аллаха о воду весло
Ударяется сладко, вкусна чечевица.
Человек отличается тем от зверей,
Что способен увидеть незримое там, где
Ничего не растёт, лишь злонравный репей,
Призывающий смерть в огнедышащем вади.
Ты увидел. Познал. И скатилась слеза
По щеке твоей - прямо к стопам Джабраила.
И варан отступил от тебя, и гюрза
Изогнулась кольцом:
человек - это сила.Твой верблюд стал тебе кораблём и повёз
Сквозь барханы умов и цветные хамсины.
Просит Муса питья у тебя, водонос, -
С бедуинами в Мекку идя из Медины.
Ты Коран раскрываешь, оттуда река
Изобильная льётся, и пьют они реку.
И возносит их души Аллаха рука
На луга, где всегда хорошо человеку.
***
А Бродский умер... Да, похоронили.
Лежит в могиле - русский Аполлон.
Островитянин.
Море разных стилей
Его объемлет, множество имён.
Ныряют чайки глубже; ястребиный
В верховьях крик оформился в грозу.
Идут дожди.
Зонты мелькают, спины...
Венеция - над ними и внизу -
Всегда прекрасна.
Томные палаццо,
Уставясь в воду мутную, чудны.
Кипит волна...
Два грустных итальянца
Глядят на остров с лунной стороны.
Они читали... вдумчиво читали!
У них в руках по томику стихов.
Спит Аполлон -
Как спал весь мир в начале,
Когда для смерти не было основ...
***
Прости меня, а я прощу тебя,
Простим друг друга.
На веточке два милых воробья,
И ветер с юга
Их пеленает ласковым теплом.
А мы чем хуже?
Давай взлетим на веточку вдвоём,
Кто первый, ну же!
***
Дом опустел с её уходом,
Мне ощущения не лгут.
Я в одиночестве негордом
Стою в стенах уж пять минут.
Ищу, за что бы ухватиться...
Чуть шелохнулся на стене
Плакат, на нём - я вижу - птица
Летит над гаванью, ко мне...
Окно раскрыто; хорошо ведь,
Что не успел пробраться вор...
Но нет её, печальна овидь,
Куда я руку вдруг простёр.
...Я полюбил её, не скрою -
Я был безропотно влюблён.
И жизнь казалась мне простою
И светлой книгою имён.
Разлук ничто не предвещало.
И вот теперь я спать ложусь
Один, как в детстве, одеяло
К плечам притягивая. Грусть
Летит над гаванью... И тени
Листвы, гудящей на ветру,
Перемещаются по сцене,
Где я теперь не ко двору.
ВОКЗАЛ
Евреи, мол, Христа распяли...
Голгофа это не Парнас!
И не про нас, -
Мне на вокзале
Твердит приятель в сотый раз!
А поезд вечности как будто