СССР-2061
Шрифт:
Мы и ждали. Лена рассказывала о своей работе. Я, вполголоса, отругал надоевшее хуже горькой редьки настоящее никак не желающее превращаться в чудесное будущее. Потом обсудили международную политику и погадали о тайнах загадочной Венеры, над которыми прямо в этот момент, быть может, размышляют экипажи обоих "Адонисов". А потом, наконец-то, принесли наш заказ.
Поздно вечером, Лена спросила, доверчиво прижимаясь к моему плечу: -Кого ты хочешь: мальчика или девочку?
Я чуть было не брякнул "инопланетянчика", но вовремя сумел догадаться о правильном ответе: -Люблю тебя.
Всё-таки для людей настоящего ещё не всё потеряно. Каким бы прекрасным не было будущее. Оно прорастает из настоящего. И из кого лепить доброго и умного человека будущего, как не из тебя и меня? Нам придётся работать над самими собой - другого материала просто нет. Но это пустяки. Того, что есть вполне достаточно.
Я думаю: -Достаточно вполне. Осталось только как следует приложить руки. Начнём с понедельника? А, может быть, прямо сейчас?
cynical_joker372: Бригада
В кабине орбитального тральщика было очень сухо. Каждый раз, заступая на смену, Алексей натягивал за спиной несколько совершенно мокрых полотенец и белую простыню с большой дырой посередине. Влаги в этих тряпках хватало от силы на пару часов, после чего воздух становился таким сухим, что позавидовала бы пустыня Сахара. Нос ссыхался, губы обветривались,
Пилот устал пялиться в голоэкран, на котором стрелка радара наматывала тысячный круг, и посмотрел на небо. За оргстеклом "фонаря" слева по борту неподвижно висела Земля. С расстояния почти 60 тысяч километров она казалась небольшим бледно-голубым шариком. Солнце находилось позади. Его ослепительные лучи почти полностью поглощались "умным" экраном "фонаря", так что яркая звезда выглядела тусклей Земли. Справа и немного сзади медленно плыла бледная Луна. Вторую неделю Алексей бороздил ближние и дальние пределы околоземного пространства, отыскивая натовские военные спутники. После 2000-х, когда советские космонавты начали колонизацию Луны, американцы стали запускать механических "диверсантов" в огромном количестве. В Военно-Космической Академии рассказывали - порой по несколько штук в сутки. Растущий финансовый кризис не позволял Западу продолжать свою лунную программу, а "антилунная" - обходилась значительно дешевле. Официально НАТО никогда не признавал ничего подобного, не смотря на то, что добрый десяток советских экспедиций был сорван с человеческими жертвами. Советские аппараты поражались лазерными залпами, электромагнитными бурями, снарядами. В дело включился КГБ и, через некоторое время, спутники стали часто "терять управление" сразу после старта. После того, как кризис в США, Европе и Японии разросся до масштабов экономической катастрофы, НАСА пришлось свернуть и эти работы. С тех пор, каких бы то ни было существенных космических программ Запад не проводил. На орбите же продолжали болтаться сотни автоматизированных убийц без управления. Космические войска СССР разработали программу по розыску и уничтожению вредоносных спутников, включавшую в себя регулярное патрулирование околоземного пространства. Однако средств в военном бюджете не хватило - острейшая ситуация на Ближнем Востоке и в Африке требовала больших затрат. И тогда появилась "бригада".
"Бригадой" называли Отряд Космического Патрулирования, основанный в 2059-м году полковником ВКС в отставке Яковом Петровичем Шапошником. У того нашлись связи в Госплане и КГБ, с помощью которых при Комитете удалось создать данный отдел. Финансирование снималось с Космовойск и перекладывалось на Госбезопасность. ВКС лишь отдали полтора десятка своих старых учебных кораблей, превращенных после необходимой модернизации в орбитальные тральщики. На работу набрали молодых специалистов из Военно-Космической Академии, которые вскоре заступили на дежурство. Отряд не подчинялся ВКС, а в КГБ числился вне основного штата - именно поэтому детище Шапошника называлось не службой, а "бригадой". Самого полковника за глаза пилоты называли бригадным генералом.
Работа была непростой. Корпуса большинства вражеских целей строились по стелс-технологии - их невозможно было обнаружить с Земли или космических станций. Найти такого "невидимку" могли только сверхмощные узконаправленные радары, причем, как показала практика, дальность составляла не больше нескольких километров. Хорошую эффективность показали цифровые экспонометры, способные при солнечном свете отличить абсолютно черное, светопоглощающее покрытие цели от кромешной тьмы космоса. Первым делом, артельщики уничтожили около 40 спутников, орбиты которых были известны КГБ. Даже при этом сюрпризов было немало. "Невидимка" неожиданно появлялся на радаре в сотне метров прямо по курсу тральщика, державшегося точной орбиты. Или пилот ослеплялся мигающим лазером дальномера. Или корабль внезапно парализовывался электромагнитным залпом... Зачастую, ребята даже не видели, откуда были атакованы. Тем не менее, все известные цели были успешно выведены из строя. С сотнями "невидимок", траектории которых остались неизвестны, было намного трудней. Околоземное пространство поделили на сектора, которые планомерно патрулировались. Тральщики месяцами сновали туда-сюда, будто на пяльцах вышивали. И результаты были. К моменту появления Алексея в команде счет "бригады" перевалил за 200.
Неожиданно на фоне земного диска показалась маленькая черная точка. Она пересекла правый край планеты и продолжила медленно двигаться по прямой. Алексей тут же вскинул руки и, проделав в воздухе несколько манипуляций, открыл каталог орбит спутников. Управление бортовым компьютером и самим кораблем производилось при помощи трехмерного захвата движения, изобретенного более полувека назад. Тогда технология применялась в компьютерных играх да в визуальных эффектах для кинофильмов. Объемная карта не показала никаких известных космических объектов в данном секторе. Алексей закрыл каталог и начал разворачивать тральщик. Если движения рук при работе с компьютером больше всего напоминали игру на невидимом рояле, то управление кораблем походило на мастерский сурдоперевод для глухонемых. Пилоты называли его "турбопереводом". Завершив разворот корпуса так, что Земля оказалась справа по борту, Алексей включил кормовые разгонные двигатели, затормозил и пустил судно параллельно неведомой точке. Около минуты он не отрываясь следил за неопознанным объектом. Когда стало заметно, что объект начал уменьшаться в размерах, Алексей довернул корабль вправо и выждал еще минуту. Прицел
оказался верен. Точка существенно не увеличивалась и не уменьшалась в размерах, но заметно "соскальзывала" назад - к тому краю диска, откуда появилась. Пилот включил носовой вспомогательный двигатель и начал осторожно подтормаживать аппарат. Вскоре объект замедлился и неподвижно "завис" на фоне планеты. Выждав для верности еще минуту, Алексей вышел на связь:– Центр. Говорит седьмой. Как слышите меня? Прием.
– Слышу вас, седьмой. Прием.
– В моем секторе обнаружен неопознанный объект. Прием.
– Вас понял. Неопознанный объект в секторе Гамма-41-22-05. Разрешаю опознавание. Прием.
– Вас понял. Опознавание разрешено. Конец связи.
Из-за множества опасностей при поимке диверсионных спутников, пилоты не имели права вступать с ними в прямой контакт в одиночку. Для штурма было обязательным присутствие поблизости второго, а то и третьего тральщика. Эффективность натовской техники была высочайшей, и бой один на один не сулил ничего хорошего даже опытному пилоту. Как правило, у одного корабля хватало времени и технических возможностей лишь маневрировать вокруг врага, уклоняясь от его атак, в то время как второй и третий - старательно выцеливали супостата с безопасного расстояния и расстреливали его лазерами. В таких боях, в случае поражения неприятеля первым залпом, вероятность остаться целыми и невредимыми у всех тральщиков была близка к стопроцентной. Данная тактика прекрасно показала себя за все время работы "бригады". Но объект, обнаруженный Алексеем, мог быть вовсе и не натовским боевым спутником. Много раз пилоты нападали целым звеном на какой-нибудь космический мусор, мелкий астероид или давно забытый аппарат, сжигая дорогущее топливо, а главное - отвлекаясь от патрулирования своих секторов. Однажды, один из пилотов нашел хорошо сохранившийся, но абсолютно бездыханный космический телескоп НАСА, потерянный 30 лет назад и далеко отклонившийся от своей орбиты. Чтобы исключить подобные случаи, тральщик должен был любым способом идентифицировать объект и лишь после этого вызывать подмогу. С идентификацией тоже все было непросто. Высокочастотные радары, лазерные дальномеры, попытки радиосвязи с объектом - все это было сравнимо с ударами молотком и распиливанием ножовкой опасного взрывного устройства в саперном деле. Даже простая радиосвязь с Центром могла закончиться атакой на тральщик и гибелью пилота - для боевого спутника любые сигналы являлись призывом к действию. Нет смысла упоминать о полной невозможности близкого визуального контакта.
Тем не менее, способы пассивной идентификации существовали. Для начала Алексей обеспечил полное радиомолчание и отключил все радары. Затем развернулся к неизвестному носом. После этого, он навел на объект камеры стереоскопического дальномера с небольшим приближением. Это сложнейшее оптическое устройство было менее эффективным и значительно более дорогим, чем обычный радар или дальномер лазерный, но позволяло отслеживать спутники скрытно. Силами полковника Шапошника приборы наблюдения были заказаны и установлены на все без исключения тральщики. На голографическом экране точка превратилась в небольшое овальное пятно с проходящей через него тонкой ниточкой. Пятно заметно смещалось влево и вверх. Взяв в воздухе несколько аккордов, пилот запустил программу слежения. Компьютер сообщил, что объект находится на расстоянии около 3 километров, существенно не удаляясь и не приближаясь. Алексей дал команду автопилоту и тот стал подруливать и поддавать газу так, чтобы траектория корабля полностью совпала с траекторией объекта. Через некоторое время автоматика вывела тральщик на орбиту параллельную орбите неизвестного. Теперь пилот включил программу расчета орбиты аппарата с поправкой на свое собственное положение в пространстве. Спустя пару секунд на голоэкране возникла картинка пути неопознанного устройства. Путь был очень даже проторенным - орбита оказалась постоянной и проходила через зону, сквозь которую шло сообщение СССР с Луной. Более того, вход в эту зону должен был произойти в ближайшие 10 минут. Алексей снова включил оптику и сделал максимальное приближение. Автофокус долго не мог навестись - пятно было радикально-черным, но вскоре четкость контура на фоне Земли обозначилась. Пилот прильнул к голоэкрану. Теперь было совершенно ясно, что объект является самым настоящим спутником овальной формы диаметром около 4 метров по длинной стороне с небольшим тонким шпилем. Алексей сделал снимок и открыл базу данных по отечественным и заграничным космическим аппаратам. Компьютер немедленно начал поиск схожего силуэта. Спустя полминуты программа заявила, что соответствий не найдено.
– Центр. Говорит седьмой. Как слышите меня? Прием.
– Седьмой, говорит Центр. Слышим хорошо. Что там с объектом? Прием.
– Преследую на расстоянии трех километров. Установлена орбита. Получены снимки силуэта. Пересылаю вам. Прием...
– Принято. Прием.
– Объект не идентифицируется. Прошу разрешения на сближение...
В этот момент включилась сирена, а голоэкран окрасился в красный цвет и замигал. Три коротких гудка, три длинных гудка - корабль Алексея прощупывался направленным радаром. Пилот сделал несколько пассов, и сразу же послышался низкий гул поднимающихся отражающих щитов. Не успели еще щиты встать на место, как компьютер запустил новую тревогу: один короткий, один длинный, один короткий - спутник навел на тральщик лазер своего дальномера. Зная, что за этим последует, Алексей на полную запустил маршевый двигатель и начал проводить маневр уклонения, но было поздно.
Когда пилот завершил маневр и отошел от боевого аппарата на безопасное расстояние, в наушниках стояла мертвая тишина. Алексей тотчас запустил проверку систем, откинул щиты и включил подсветку. Как только щиты сложились, он приник к "фонарю" и бегло осмотрел верхнюю часть корпуса. Боевой спутник поработал на славу: след от лазерного луча виднелся по всему правому борту, на щитах "фонаря" и за ним, на корме. Если бы Алексей промедлил хоть секунду - посреди тральщика была бы аккуратная сквозная дырочка размером с кулак вместо этого длиннющего шрама. Зрелище открывалось печальное. Глядеть на результаты компьютерной самопроверки не имело смысла - все было ясно и так. Лазер пережег все галогеновые светильники на своем пути, спалил блок микросхем связи вместе с антенной, уничтожил аварийный маячок и, в довесок, испарил запасную коротковолновую радиостанцию.
Алексей машинально протянул руку к ящику и достал бутылку колы. Откупорив ее и сделав пару глотков, он задумался. Связи с центром больше нет. Таким образом сообщить, что найденный спутник самый, что ни на есть, боевой - невозможно. С другой стороны, Центр наверняка понял, что тральщик Алексея попал в беду, и сейчас же вышлет кого-нибудь на помощь. Пилот поднял глаза вверх и посмотрел на земной диск. Где-то над его головой сейчас дрейфует огромная машина смерти, которая через несколько минут окажется на оживленной космической трассе, и, кто знает, что она может там натворить? Что? Да вряд ли что-то серьезное. Судя по траектории - орбита абсолютно круговая. Этот мелкий засранец уже тысячи раз пролетал по ней и тысячи раз пересекал трассу, но ни одного раза не встретился с советским кораблем. Самоуспокоение работало плохо. Алексей чувствовал какую-то незавершенность. Словно он был советским солдатом, догнавшим фашистов до границ своей родины и остановившимся на этом. Предки Алексея - не остановились. Они дошли до самого Берлина и только задушив коричневую чуму до смерти, отправились по домам.