Сталинград

 - Кожа да кости.

 «Пушистик» вдруг начал мурлыкать, словно рассказывал о чём-то. Одновременно разразилась настоящая буря. Пустые каски звенели на крестах, а обуглившиеся стропила крыш, торчавшие из развалин, скрипели и стонали.

 - Даже природа оплакивает погибших. – Прошептал Иоганн с дрожью в голосе.

 Постепенно он взял себя в руки и двинулся по тропе, ведущей в штаб десятой роты. Котенок жалобно мяукал за спиной. Мяуканье походило на плач ребёнка.

 … В тот же день ближе к вечеру вся рота выдвигалась ближе к передовой. Только третий взвод оставался на прежней позиции. Лейтенант Штрауб сказал, что Майер можем остаться и присоединиться к своим товарищам позднее.

 - Я хочу идти с друзьями, - твёрдо ответил Иоганн, - мне не требуется отдых.

 - Как хочешь…

 Командир роты приказал атаковать с марша, но развёртывание оказалось не таким уж лёгким. Солдатам приходилось пробираться через сплошные завалы из кирпича, дерева и металла.

 - Нужно во что бы то ни стало взять русских в клещи. – Сообщил встревоженный лейтенант.
– Командование поставило чёткую задачу.

 - Лучше бы оно поставило перед нами термос супа… - пробурчал вечно недовольный Зандер.

 - Тебе лишь бы жрать!

 Наконец солдаты двинулись вперёд. Бойцы Красной Армии встретили их бешеным огнём из всех видов стрелкового оружия. К нему присоединилась пара пулемётов.

 - Санитаров! – слева раздался нетерпеливый крик.

 Второй взвод первым понёс потери. Выделенные роте тяжёлые пулемёты образовали перед противником огненную завесу.

 - Как странно вновь участвовать в ближнем бою… - Иоганн вёл непрерывный огонь.

 Отдача оружия и ужасный грохот поддерживали его моральный дух. Они давали ощущение силы и уверенности в себе. Русские стали отходить. Гитлеровцы врывались в разрушенные дома и обыскали их на предмет оставшихся солдат противника. Приходилось занимать каждый из них с боем.

 - Нужно продолжать неуклонно продвигаться вперёд. – Закричал лейтенант Штрауб.

 - Русские не хотят отступать…

 С немецкой стороны увеличились потери. Иоганн видел, как Фом тащил одного из солдат в укрытие, у того был разорван живот. Фельдфебель Гесс рухнул, обливаясь кровью, у своего пулемёта.

 - Опасайтесь гранат!

 Они рвались прямо под ногами, унося на небеса неосмотрительных бойцов. Штрауб указал на один из самых больших домов:

 - Майер, двигайся туда.

 - Там могут прятаться русские…

 - Так выкури их!

 Иоганн короткими очередями выстрелил по дверям и окнам бывшего жилого дома. Пятеро советских солдат выбросили оттуда винтовки в знак того, что сдаются, и вышли с поднятыми вверх руками.

 - Сегодня нам сопутствует удача! – прохрипел довольный Францл.

 - Не спугни!

 Лейтенант распорядился собрать всех пленных на маленькой рыночной площади посёлка. Многие красноармейцы уверились, что будут расстреляны. Они заволновались, но Штрауб отослал их с небольшой охраной вниз по оврагу в самый его конец. Пленные побитой толпой поплелись туда, понурив голову и неся или поддерживая своих раненых.

 - Возможно, русские больше не полезут? – предположил Майер, когда бой временно затих.

 - Даже не надейся, - усмехнувшись, сказал недавний новобранец Вульф. – В этом дьявольском городе на месте убитого или пленного русского сразу возникают трое новых.

 Солдаты Вермахта захватили доминирующую высоту и могли смотреть на раскинувшийся под ними город. Красноармейцы вскоре начали прибывать большими беспорядочными группами. Они заполнили всю городскую низину. Два танка, по-видимому, Т-34, медленно, но верно ползли в сторону противника.

 - Только танков нам и не хватало, - проворчал Зандер, старый знакомый Майера.

 - Кто там говорил об удачном дне?

 Он тоже недавно вернулся из госпиталя и не горел особым желанием подставлять голову под пули.

 - Мы с ними легко справимся! – легкомысленно заметил Вульф.

 - А ты видел их вблизи?

 - Нет, но нам говорили, что они слабо вооружены.

 - Зря ты так думаешь.

 - А разве нет?

 - У них большая дальнобойность, - объяснил новичку Зандер. – Я как-то видел бой наших танков с Т-34. Мы не могли атаковать их на равнине, и, совершив широкий маневр, атаковали противника с тыла… Русские танки рассеялись, за исключением одного, потерявшего гусеницу, у него заклинило механизм поворота, и башня не вращалась. Окружив машину, наши танкисты расстреляли её в упор. Странно, но ни один из наших снарядов не пробил русской брони.

 - Не может быть!

 - Потом я заметил, что экипаж как будто пытается открыть люк. Сообразив, что русские хотят сдаться, командир по радио приказал своему отряду прекратить огонь... Русские действительно открыли люк и выбрались из танка. Все они получили контузии, похоже, у них полопались барабанные перепонки, однако каких-либо видимых ранений не было видно. Для меня стало истинным потрясением узнать, сколь маломощны танковые орудия Германии.

 - Вот даже как!

 - Ты побольше слушай доктора Геббельса…

 Сержант Бакес, заново выбрав позиции для своих тяжёлых пулемётов, возбужденно носился от одной точки к другой, отдавая последние указания.

 - Никто не должен стрелять раньше моей команды.

 - Русские перегруппировались для атаки. – Майер удобно спрятался за поваленным деревом.

 Один Зандер, казалось, потерял интерес к происходящему. Он прислонился к дереву и погрузился в свои мысли, уставившись на небо, где заходящее солнце заполняло всё увеличивающуюся чёрную тучу алым светом.

 - Эй, Зандер!
– крикнул Иоганн, но ему пришлось позвать ещё раз, прежде чем тот ответил.

 - Чего тебе?

 - Ради бога, проснись!.. Что с тобой?

 Зандер вскочил и бросил по сторонам беспокойный взгляд.

 - А?
– спросил он товарища.
– Что случилось?

 - Русские атакуют.

 - Это ерунда по сравнению с вечностью!

 Иоганн не поверил своим ушам.

 - Неужели это тот самый циничный Зандер?

 Все вокруг невольно вслушивались в грохот ударов вражеских миномётов, по старой привычке считали секунды до взрывов. Майер чувствовал, как земля вздрагивала от фугасных бомб, и видел следы бесчисленных ракет «Сталинских органов».

 - Что-то не нравится мне настроение Зандера. – Прикинул Иоганн и сплюнул три раза. – Может, чувствует что?

 Утром следующего дня, пережив две ночные атаки красноармейцев, Зандер погиб от случайного осколка.

 ***

 Во второй половине сентября неожиданно ударили ночные морозы. Температура резко упала, что вызвало большие проблемы для немецкой армии. Форма германских солдат к этому времени пришла в негодность и не спасала от холода.

 - Обмундирование столь изношено, - сказал утром полковой врач, - что зачастую мы вынуждены надевать форму противника.