Становление

Влада через секунд десять вышла на улицу через кухню, оставив нас с Машей в гордом одиночестве и раздумьях. Я молчал, разглядывая царапины на деревянном полу, появившиеся со временем. Маша не нарушала тишину, рассматривая каждую конфету в той корзинке, что стояла на столике, за которым мы сидели на протяжение всего рассказа.

– Это… пугает, на самом-то деле, – сказала она, подняв на меня глаза.

Я посмотрел на неё и, медленно кивнув, поднялся из-за стола, обдумывая план действий и пытаясь переварить всё сказанное минутами ранее.

– На месте нам сидеть нет смысла, зря время потеряем.

Мою фразу можно было воспринимать в прямом смысле, если вспомнить о том, какое здесь быстротечное время. Это до сих пор удивляло меня, и я не хотел смотреть на часы, дабы не пугать себя этим.

– И куда предлагаете пойти? – вставая следом, спросила меня Маша.

– В сожжённую церковь и на могилу Иосифа.

– Я думала, мы пойдём домой к Виктору.

– А если он закрыт?

– Это бы нам помешало?

Маша с хитрой улыбкой смотрела на меня, опираясь одной рукой на стол, и я со смехом покачал головой.

– Никак нет. Но пойдём сначала по намеченным мною местам.

– Слушаюсь, капитан.

Дружной командой мы вышли из дома через ту же дверь, что и Влада, и, закрыв вход на оставленные ею ключи, пошли покорять холм. Каждый из нас думал над случившимся с Иосифом, пытаясь понять, как Виктор довёл его до такого состояния.

Поднявшись к церкви, я неспеша обернулся и понял, какой красиво отсюда открылся вид: мрачный, пугающий, но в то же время чарующий. Завороженный, я с небольшой высоты смотрел на городок, чуть приоткрыв рот. Все хижины были так чётко и красиво выстроены в ряды, а дом с садом возглавлял это небольшое войско, возвышаясь над ним.

Маша не смела отрывать меня от наслаждения прекрасным и пошла ко входу в церковь первая. Двери там давно не было, большая часть здания завалена досками, служившими раньше крышей. Маша, насколько позволяли ей силы, отодвинула балку, которая мешала пройти, и вошла внутрь, начиная осматриваться. В стенах зияли дыры, ставшие своеобразными окнами, на полу валялись пострадавшие иконы святых и рамы от них. Некоторые из тех, что смогли спастись от огня, были повреждены уже человеком: лица святых отсутствовали. Судя по всему, человек сильно ударил по этим частям икон ногой, «стерев» лик с изображений. Не трудно было догадаться, кто это сделал.

Конец ознакомительного фрагмента.