Становление

Маша не отвечала около полутора минуты, не отрываясь от своего дела, но потом всё же сказала:

– У меня даже предположений нет, по правде говоря… У неё нет никаких ран. Это явно не её кровь.

Я посмотрел на время: половина одиннадцатого. Обычные люди в это время спят или ходят по барам, ну а я наблюдаю за своей студенткой, смывающей кровь с девушки с фиалковыми глазами – единственной живой души, которую мы встретили за последнее время. Если бы я рассказал это своим коллегам, то есть же другим профессорам, они бы вопросительно выгнули бровь и либо посоветовали бы мне сходить к психиатру, либо сказали, что я мало сплю. А может, и всё вместе.

Убрав всю кровь с её рук, Маша кинула все полотенца в ведёрко и пошла в ванную комнату выливать всё это, а я остался с Владой и через пару мгновений осторожно, словно боясь касаться её кожи, убрал пряди волосы с её лица. Глядя на неё, я понимал, что ещё ни разу не видел такой изящной и милой девушки. Мне было жаль её, ведь, даже не зная полностью её и историю этого городка, можно было догадаться, что судьба у неё сложилась не самая лучшая.

7

Утром следующего дня я проснулся, чуть не упав с края кровати. На другой стороне кровати лежала Маша, но Влады тут не было. Я накрыл Машу одеялом, чтобы она не замёрзла, а сам пошёл в соседнюю комнату, где кто-то громко возился.

– Как себя чувствуешь? – спросил я, стоя в дверях и пытаясь отойти ото сна.

Влада, копавшаяся в тумбочках своего стола, кинула на меня взгляд и слегка прищурилась, словно пытаясь убедиться, что перед ней стоит не враг.

– Всё хорошо, – ответила она наконец. – Спасибо за помощь.

– И тебе.

Я прошёл внутрь комнаты и огляделся.

– Что ты ищешь? – наконец спросил я, когда она в очередной раз пробежала мимо меня к комоду.

– Несколько вещей, – кратко ответила она и продолжила поиски.

– Можно поконкретнее?

– Нельзя.

Я приподнял брови с некоторым удивлением. Поведение и слова этой девушки почему-то заставили меня улыбнуться и чуть ли не засмеяться. Я достал из кармана книжечку и показал ей.

– Это одна из них?

Влада повернулась, и её глаза тут же загорелись как у похитителя сокровищ, нашедшего заветное золото. Она подпрыгнула ко мне и, забрав Новый Завет, отшагнула. Проверяя странички, она иногда посматривала на меня с подозрением.

– Ты плохо прячешь вещи, – объяснил я, пожимая плечом.

– Спасибо на том, что ты не сжёг это.

– Если книгу прячут, то она очень важна. Я не видел смысла уничтожать её, если учитывать все… странности вашего городка. И я очень надеюсь, что ты расскажешь мне обо всём.

– Расскажу. Но чуть позже.

Влада, положив Новый Завет в свой карман, обошла меня и пошла в библиотеку, чтобы найти там остальное, а я двинулся за ней.

– Скажи наконец, что тебе ещё нужно найти, – вымолвил я, начиная немного беситься. Мне не нравилось, когда я не был в курсе дела, к которому отношусь. – Может, я смогу помочь.

– Точно такие же крестики, – показала она на тот, что висел у неё на шее. – Они понадобятся тебе с Машей.

У меня в голове возникла противоречивая мысль: «Но мы с ней не верим в Бога». Влада словно услышала её и, подойдя ко мне, хмуро посмотрела мне в глаза, слегка задрав голову.

– Сейчас совсем неважно, верите вы в Него или нет. Всякий, кто призовёт имя Господне, спасётся.

– Это из Нового Завета?

– Да. Послание к Римлянам, глава 10, стих 13.

– Почитаю на досуге.

Влада, явно не довольная моим ответом, лишь фыркнула и продолжила искать кресты. Я улыбнулся и принялся помогать ей, предварительно спросив, где они могут быть.

– Я их тоже прятала, что, по твоим словам, делаю плохо. Поэтому тебе не составит труда быстро их найти, правда ведь?

Она повернулась и с весёлой ухмылкой посмотрела на меня.

– Ладно, 1:1, – усмехнулся я, и мы продолжили поиски, уже не швыряясь в друг друга колкостями, как камнями.

По прошествии минут пятнадцати нам не удалось отыскать «сокровище», и я, поставив руки в бока, с вопросом обратился к Владе:

– Ты серьёзно не помнишь, куда их спрятала сама? Мне кажется, ты меня обманываешь.

– Думай, как хочешь, – буркнула она на меня, захлопывая крышку какой-то шкатулки. – Я иду в старую церковь.

– В сожжённой что-то могло уцелеть?

– Я уверена в этом.

Она быстрым шагом вышла из библиотеки с ключами от дома, и я, провожая её взглядом, увидел, как она остановилась и повернулась ко мне.

– Со мной пойдёшь?

– Нет, Машу одну я не оставлю, – тут же ответил я, – подожду здесь. Будь осторожнее. И дверь закрыть не забудь.

– Ну а ты смотри под ноги.

Я вернулся в комнату, где ещё сладко спала Маша, и подошёл к окну, следя за тем, как Влада мчится к церкви. Судя по всему, обстоятельства на этом маленьком опасном острове научили её быстро бегать. Очень быстро бегать.

Посмотрев на деревья, я увидел среди них идущего человека, рост которого был примерно метр девяноста. Почувствовав, что я за ним наблюдаю, он остановился и, повернув голову на 180 градусов, посмотрел на меня. Даже на таком расстоянии я узнал этот строгий взгляд, направленный прямо в душу.

Священник невысоко поднял руку и, помахав мне со зловещей улыбкой, вернул голову в обратное положение, шагая дальше. Начиная быстро моргать, я поставил руки на подоконник и прильнул к стеклу, чтобы вновь посмотреть на этого мужчину, но отыскать его не удалось.

Внутри от страха всё сжалось. Я испугался, что он мог скрыться и после зайти в дом, но через пару секунд, вспомнив, что ночью я запер два входа, а Влада закрыла на ключ главную дверь, когда ушла, со спокойствием выдохнул.

Простояв так ещё около двух минут в своих мыслях, я услышал, как на кровати начинает ворочаться Маша, потихоньку просыпает.

– Доброе утро, спящая красавица, – улыбнулся я, садясь рядом с ней.

Та полуоткрытыми глазами оглядела меня и, что-то недовольно пробормотав, перевернулась на другой бок, натягивая одеяло на нос.

– Ма-а-аша, – протянул я со смехом, покачивая её за плечо, – встава-а-ай…

В ответ на все мои уговоры я слышал лишь ворчание и через пару минут понял, что навыки моей дипломатии тут никак не помогут. Я осторожно взял одеяло за один из концов и, как фокусник, показывающий свой номер, резко дёрнул на себя, после чего немедля поднял Машу и перевёл её в сидячее положение. Она с закрытыми глазами и сложенными на коленях руками покачивалась из стороны в сторону, больше склоняясь к подушке.