Становление
Шрифт:
Открыв ее Гарри, увидел торт с надписью " С Днем Рождения".
– Спасибо Хагрид, но тебе не обязательно…
– Яс'дело, не обязательно. Знаешь чего? Куплю-ка я тебе какую-нибудь животину. Только не жабу, жабы давно не в моде, чего доброго, над тобой смеяться станут, а кошек я сам не жалую, чихаю я от них. Я тебе куплю сову. Все дети хотят сову, к тому же польза от них, почту носят и все такое.
Через двадцать минут они уже покидали "Совиную Империю Кого-то-там", где было темно, раздавался шорох крыльев и отовсюду сверкали быстрые, алмазно-яркие глазки. Гарри
– Перестань, - резковато отмахнулся Хагрид.
– Дурсли-то навряд-ли тебе чего подарят (Гарри очень хотелось сказать, что подарят как миленькие). Ну, все, теперь к Олливандеру — только там хорошие волшебные палочки, а тебе нужна самая лучшая.
Волшебная палочка… вот что Гарри мечтал увидеть.
Этот последний магазин был тесный и какой-то захудалый. Золото на вывеске облупилось. Вывеска гласила: "Олливандеры: изготовители волшебных палочек с 382 г. до н.э." В витрине, на выгоревшей пурпурной подушке, лежала одна-единственная палочка.
Когда они переступили порог, где-то в глубине магазина звякнул колокольчик. Внутри магазинчик оказался крошечный и пустой, если не считать тонконогого стульчика, на который Хагрид тут же и плюхнулся. Они стали ждать. Гарри чувствовал себя как в библиотеке с очень строгими правилами; он проглотил тысячу только что пришедших ему на ум вопросов и стал молча смотреть на длинные узкие коробки, штабелями сложенные вдоль стен. Почему-то по спине у него побежали мурашки. Казалось, сама пыль и таинственная тишина в этом помещении излучали некое неуловимое волшебство.
— Добрый день, — произнес приятный голос. Гарри подскочил. Хагрид, наверное, тоже подскочил, потому что раздался громкий треск, и великан поспешно отошел от стула.
Перед ними стоял пожилой человек, большие бледные глаза которого светились в темноте магазина, как две полные луны. Одно это делало его весьма примечательным, но еще больше загадочности добавляли танцующие за ним Тени. В этот раз они не предупреждали об опасности, но старый мастер их явно заинтересовал, а значит, к нему стоило приглядеться.
– Добрый день, - осторожно поздоровался Гарри.
– Ну, разумеется, - сказал продавец.
– Разумеется. Я предполагал, что вскоре увижу вас. Гарри Поттер. — Это не был вопрос. — У вас глаза вашей матушки. Подумайте, ведь кажется, только вчера она сама была здесь, покупала свою первую волшебную палочку. Ивовая, десять с четвертью, гибкая. Особенно хороша для очаровывания.
Мистер Олливандер подошел поближе к Гарри. "Хоть бы он моргнул," - подумал про себя Гарри, - "а то глаза у него уж больно серебристые и пронзительные."
— А ваш батюшка, в свою очередь, предпочел палочку из красного дерева. Одиннадцать дюймов. Пластичная, мощная. Великолепно подходит для превращений. Я сказал, что предпочел ваш батюшка — но на самом деле, конечно же, выбирает сама палочка.
Мистер Олливандер подошел так близко, что они с Гарри оказались практически нос к носу. В дымчатых глазах
Гарри видел собственное отражение.— А вот сюда, стало быть…
Длинным белым пальцем м-р Олливандер коснулся зигзагообразного шрама.
— С огорчением вынужден признать, что это я продал палочку, которая осмелилась такое сотворить, — тихо пробормотал он. — Тринадцать с половиной дюймов. Да-а… Мощная, очень мощная, к тому же, в дурных руках, если бы знать, что она выйдет в мир для того, чтобы…
"Так вот откуда у меня шрам! Но почему тетя об этом ничего не сказала? Специально? Нет, исключено, Шедоу ее бы наизнанку вывернул. Очевидно, она и сама не знала."
Мистер Олливандер тем времнем, к облегчению Гарри, заметил Хагрида.
— Рубеус! Рубеус Хагрид! Рад тебя видеть снова… дубовая шестнадцатидюймовка, гнутая, так?
— Точно так, сэр, — подтвердил Хагрид.
— Хорошая была. Но ее, полагаю, сломали пополам, когда тебя исключили? — спросил мистер Олливандер, внезапно посерьезнев.
"Хагрида исключили?!"
— Эээ… сломали, сэр, — сказал Хагрид, беспокойно переминаясь с ноги на ногу. — Половинки, правда, остались у меня, — радостно добавил он.
— Ты ими, надеюсь, не пользуешься? — строго сдвинул брови мистер Олливандер.
— Что вы, сэр, — быстро ответил Хагрид. Гарри заметил, что, произнося эти слова, Хагрид уж очень крепко сжал свой розовый зонтик.
"Ну, по крайней мере, теперь понятно, зачем он его с собой таскает," - усмехнулся Гарри про себя.
— Хм, — произнес мистер Олливандер, пронзая Хагрида взглядом. — Что же. Теперь — мистер Поттер. Дайте-ка взглянуть. — Он вытащил из кармана длинный портновский метр с серебряными насечками. — Какой рукой предпочитаете колдовать?
— Эээ… я правша, — сказал Гарри.
— Вытяните руку. Вот так. — Продавец измерил руку от плеча до пальцев, затем от запястья до локтя, от плеча до пола, от колена до подмышки и еще измерил окружность головы. Во время этих манипуляций он рассказывал:
— Внутри каждой олливандеровской волшебной палочки находится мощнейшая магическая субстанция, мистер Поттер. Мы используем шерсть единорога, перья из хвоста феникса и сердечные жилы дракона. В основном. Бывают, конечно, и исключения, куда без них. Все олливандеровские палочки разные, потому что не может быть двух совершенно одинаковых единорогов или фениксов. И, разумеется, вы никогда не достигнете тех же результатов, пользуясь палочкой другого колдуна.
Гарри вдруг понял, что портновский метр, в этот момент измерявший расстояние между ноздрями, делает это сам по себе. Мистер Олливандер ходил возле полок, снимая коробки. А затем начал быстро давать Гарри всевозможные палочки, но через секунду забирая их обратно.
– Не то, не то, и снова не та! А вы сложный клиент, мистер Поттер! Но не волнуйтесь - мы подберем вам палочку!
Гарри пробовал. И пробовал. Он не имел ни малейшего представления о том, чего добивается мистер Олливандер. Гора уже испробованных палочек на тонконогом стульчике росла и росла, но, чем больше товара было снято с полок, тем счастливее становился мистер Олливандер.