Старые долги

— Вот как… Что ж, приятно чувствовать себя оружием в глазах окружающих, — улыбнулся Кларк, — Можно сказать, нас оценили по достоинству.

«Урод, — мысленно поморщился алари, — Впрочем, все люди такие.»

Клегу человеческая раса выводила из себя. Особенно это касалось вопроса женщин. Девушки-алари были весьма популярны у людей и довольно часто отвечали им взаимностью. Высокие, похожие на обитателей планеты Алариме, представители доминирующей расу имели генетическую совместимость с этим малым народом. И это без учета сугубо физического превосходства в силе и выносливости.

— Добро пожаловать на планету Тальян-4, — кисло улыбнулся Клегу, мысленно пожелав магистру подохнуть.

— Благодарю, — демонстративно дружелюбно улыбнулся Кларк, чем ещё больше вывел из себя Глеена.

Впрочем, рисковать своей головой алари не собирался. Ни в последние часы перед своим отпуском, ни в целом. На взгляд таможенника, риск дело благородное, но лишь тогда, когда это касается других, а не его самого. К тому же, Клегу осознавал разницу между данным явлением и откровенным самоубийством.

* * *

— Подумать только… Всего один диплом, а как поменялось отношение, — фыркнул Патрик, когда мы удалились от стойки таможенника на приличное расстояние, — К слову, ты когда ему сказал про разыскиваемого преступника, я думал у меня сердце остановится.

— Что люди, что алари, не всегда могут принять неприятную правду, — пожал я плечами, — Впрочем, ты прав. Это кольцо действительно открывает очень многие двери и меняет отношение окружающих весьма радикально. Впрочем, это не значит, что мы станем совершать ошибку и использовать сей факт для решения имеющихся проблем.

— Тьма… Ты начал говорить таким языком…

— Тренируюсь насиловать чужие разумы без менталистики, — усмехнулся я.

— Только не на мне, — улыбнулся Роберт, — У меня и так мозги после тех симуляций не могут нормально работать.

Добраться до больницы оказалось просто — такси. Увы, но местные образчики сего общественного транспорта управляются автопилотом, а не живыми водителями. Из-за этого нам с Робертом пришлось помалкивать. Обсуждать грядущий разговор с хакером не стоило, поскольку автоматика могла вызвать местную полицию, проанализировав беседу.

Когда же мы покинули машину, благо это был именно наземный автомобиль, а не спидер, я оглядел здание центральной городской больницы и покачал головой.

— Не впечатляет.

— А, ведь, мы в столице планеты, — вздохнул Патрик.

— Представляю себе что в провинциях…

Здание больше походило на заброшенный приют для бездомных, чем на медицинское учреждение. Потрескавшаяся штукатурка, местами осыпавшаяся, из-за чего мы могли видеть самую обычную кирпичную кладку. Никаких современных технологий, вроде плексо-бетона или его разновидностей. Хорошо, что окна были современными и целыми, а не деревянными и выбитыми.

— Ты ему сразу скажешь? — поинтересовался Роберт, когда мы подошли ко входу.

— Нет, — покачал я головой, — Для начала, надо поговорить.

Ещё до посадки, я успел связаться с местным департаментом полиции и выяснить ситуацию с Дином Симонсом. Выяснилось, что всё не так страшно и достаточно заплатить назначенный местной прокуратурой залог, чтобы парня не отправили в камеру. Более того, в таком случае можно будет покинуть планету без каких-либо проблем. Однако, цена вопроса — пятьдесят тысяч империалов. По словам Патрика, его друг не бедствует, но разом найти столько денег не сможет в принципе.

В конечном итоге, я решил оплатить залог сразу и сделал нужный перевод с указанием целевого назначения. Как бы ни пошел разговор с Дином, лучше создать в глазах Патрика хорошее впечатление о себе, дабы помимо ритуала у него были и другие мотивы сохранять верность мне. На первый взгляд — глупость. Но, если разобраться, с этого момента Роберт будет понимать, что я готов вытягивать своих подчиненных из проблем и даже помогать тем, за кого они попросят. Мало кто в этом мире готов действовать подобным образом. Куда чаще в тех же ЧВК отношения с бойцам и их родне значительно хуже.

Узнав в регистратуре у пожилой обладательницы лишнего веса и омерзительного характера как найти Симонса, мы отправились в палаты хирургического отделения.

— Паршивенько, — огляделся Патрик, — Раньше тут такого запустения не было.

И действительно, здание внутри выглядело если не совсем уж брошенным, то близко к тому. Пластиковые панели обшивки стен были покрыты многочисленными трещинами, а подвесной потолок зиял черными провалами, в глубине которых можно было увидеть штукатурку и черные пятна плесени на ней.

— Эта? — уставился на дверь с характерным номером Роберт, когда мы поднялись на третий этаж.

Пользоваться лифтом ни у меня, ни у моего спутника желания не было. Учитывая общее состояние здания, угроза поломки казалась нам слишком высокой.

— Эта, — кивнул я, без стука открывая дверь.

— Какими судьбами? — рассмеялся Симонс, когда мы вошли в палату, — Роб и… Хм. Извиняюсь, но я не знаю вашего имени.

То как поменялся тон нашего будущего связиста, стоило ему почувствовать мою энергетику, говорило о хорошей соображалке этого человека. Во всяком случае, он очень быстро заметил и оценил разницу весовых категорий.

— Айзек, — улыбнулся я, протягивая руку для пожатия.

— Рад знакомству, — ответил Дин, глядя на меня.

Зрелище техномагических металлических имплантов на месте обычных глаз, окруженных такими же стальными пластинами, скрывшими под собой глазницы, было впечатляющим. Фактически, треть лица Симонса оказалась заменена на артефактную конструкцию из алхимического сплава из-за чего парень стал похож персонажей фильмов о киборгах восьмидесятых готов. Разве что ни комплекцией, ни поведением тех роботов не походил.

Сходство усиливалось ещё и тем фактом, что обе руки Дина тоже являлись кибернетическими. Их конструкцию сейчас не скрывала обшивка, сегменты которой лежали на прикроватной тумбе, благодаря чему мы могли видеть металлический скелет конечностей, сервоприводы, благодаря которым они двигаются, а так же нейропереходники, соединяющие нервную систему организма с этой смесью кибернетики, алхимии и артефакторики. Надо сказать, зрелище не для слабонервных. Даже меня проняло. Правда, не от самого вида, а скорее от нахлынувших ностальгических воспоминаний о давно увиденных фильмах Земли, быстро подавленных волей. Не время и не место для подобных вещей.