Старый, но крепкий 2

— Вкусно, — наконец сказал он, кивая.

— Ну вот. С пивом хорошо пойдет.

Мужчина тут же убедился в моих словах, отхлебнув из глиняной крышки пива и закусив чипсами.

— Интересно… Из чего ты все это готовишь?

— Отдам рецепты за десять серебра, — предложил я.

Цена смехотворная для продукта с таким потенциалом, но мужчина отмахнулся:

— Тогда неинтересно.

Мне же было неинтересно отдавать рецепт даром, поэтому я только пожал плечами и ушел.

Видимо, мой майонез всё же зацепил его. Когда я следующим вечером остался убирать кухню, один из поваров решил «помочь» мне. На деле он следил за тем, что я делаю. А когда я ничего, кроме уборки, не сделал, отношение ко мне поменялось.

На следующий день меня загрузили нещадно. Утром (разумеется, после сбора трав) я приходил и начинал с чистки овощей: картошка, морковь, лук — горы продуктов требовали обработки. Потом шел разделывать мясо: свинину, курицу, рыбу. Когда начиналась готовка основных блюд, мне доверяли самые простые задачи: следить за кипящими кастрюлями или переворачивать мясо. Когда я заканчивал и с этим, меня ставили замешивать тесто для пирогов. Но чаще всего я просто бегал по кухне с поручениями: «Принеси соли!», «Нарежь ещё лука, пацан!», «Проверь жаровню!». К вечеру мои руки пахли всем подряд — от рыбы до чеснока.

А потом наступал самый тяжёлый этап — уборка. Полы надо было вымыть от грязи и жира, кастрюли и сковородки отдраить. И на этот раз помогать мне никто не оставался.

Но я не жаловался. Каждый день на кухне приносил мне опыт готовки. Я наблюдал за поварами, запоминал их приёмы и техники. Иногда они отвечали на мои вопросы — нехотя, но всё же делились знаниями.

Через несколько дней работы я почувствовал прогресс. Мои движения стали быстрее и точнее, с ножом и овощами я обращался, как настоящий профи, а блюда, которые мне доверяли приготовить, выходили вкуснейшими. За это время я нарастил несколько уровней готовки, но этого было недостаточно.

Чтобы достичь тридцатого уровня, я решил приготовить два блюда, новых для этого мира. Суп-пюре из тыквы, которую здесь обычно жарили или варили в каше и обжаренные овощи с соусом из моего майонеза.

Готовка заняла час. Когда блюда были готовы, я попробовал их сам и остался доволен результатом. Это был мой личный триумф. Я отнес домой приготовленные блюда и съел их, поделившись с матерью. Так сказать, уничтожили улики. За это я как раз и взял тридцатый ранг в готовке.

Внимание! Выберите бонус к готовке за тридцатый ранг способности!

Быстрая готовка. Вы оптимальнее используете время готовки.

Готовка для толпы. Вы сможете лучше и быстрее готовить большие порции блюд.

Качество лучше количества. У меня в планах эпические и легендарные зелья, и я сомневаюсь, что их можно будет готовить ведрами, поэтому пусть будет «быстрая готовка». А вообще, теперь я могу и зельеварение открыть! Только, пожалуй, займусь этим после фестиваля — сейчас и без того хватает хлопот. Да и вообще, будет не лишним прокачать навыки сверх отведенной мне для них границы. С каждой единицей готовки я двигаюсь ловчее. С каждой единицей травничества лучше нахожу редкие растения и расширяется радиус поиска. Так что пока не буду спешить со специализацией, все равно ее можно выбрать в любой момент.

Вечерами, после работы на кухне я выходил в Золотой квартал, чтобы понаблюдать за тренировками практиков. Я решил запоминать их приёмы, анализировал стойки и удары, надеясь извлечь из этого максимум полезного.

Вот только первая вылазка показала, что слово Асуры уже не имеет особого веса. У входа в Золотой квартал меня остановил стражник — один из тех, кто видел меня с Асурой.

— Эй, ты! — окликнул он меня, махнув рукой. — Подойди-ка. Эй, не ты тогда был с сыном десятника?

— Я

— Слушай сюда, парень. Асура попросил нас пропускать тебя. Но отец Асуры, если ты не в курсе, больше не работает в страже, а значит, теперь и слово его сына не имеет веса. Так что давай, шагай отсюда.

Грустно, но ожидаемо.

Я вздохнул и тихо поинтересовался:

— И сколько теперь будет стоить проход?

Стражник тоже понизил голос:

— Серебряная монета за вход. И в следующий раз тоже через меня ходи, ясно? — сказал он, глядя мне прямо в глаза.

Серебряные монеты у меня водились. За день работы на кухне я зарабатывал семь меди, зато за травы со мной рассчитывались серебром, пусть продавать их приходилось через ублюдка, у которого с каждым днем падала цена на сырье. Но если я хотел продолжать наблюдать за практиками, у меня не было выбора.

— Ладно, договорились, — сказал я и достал из внутреннего кармана рубахи (портной пришил по моей просьбе) серебряную монету.

Стражник взял её с ухмылкой и кивнул.

— Проходи. Но учти: если кто-то другой из стражи тебя остановит, скажи им, что тебя пропустил Калига. И не пытайся пройти без оплаты, иначе начнутся проблемы.

Я кивнул и прошёл мимо него.

С одной стороны довольно расточительно — платить за то, чтобы просто пройти в центральный район города, куда более представительные жители ходят без оплаты. С другой стороны, без оплаты меня туда никто и не пустит, а без шапочного знакомства со стражником и с оплатой не пустили бы.

Золотой квартал встретил меня нарочитой роскошью. Белокаменные дома с резными фасадами, широкие улицы, выложенные гладким камнем, доносящаяся откуда-то музыка.

Прежде, чем направиться в башню, я решил заскочить в лавку, где торговали зельями.

В отличие от лавки Роя, неказистого здания из серого камня, эта лавка выглядела великолепно. Широкое окно, украшенное по краям глиняной лепниной, словно специально выставляло напоказ внутреннее убранство. Это не просто витрина — это демонстрация статуса.

За мутноватым стеклом виднелись ряды полок с разноцветными бутылочками. Над входом покачивалась на цепях металлическая же вывеска с выгравированным изображением реторты и надписью: «Эликсиры и настои Дома Крайслеров». Такая шикарная вывеска прямо говорила, что это место не предназначено для простых смертных.

И тем не менее я толкнул массивную дубовую дверь.

Тихий звон колокольчика разлетелся по помещению. Внутри было светло. На стенах висели зажженные лампы. Воздух был густым от запахов — травы, спирта и чего-то сладковато-приторного.

За прилавком стоял старичок. Невысокий, худощавый, сгорбленный от возраста, но с цепким взглядом. Лицо его изрезали морщины, на носу сидели очки. Настоящие очки! Я невольно задержал на них взгляд. Прежде я и не думал, что этот мир дошел до линз.

Старичок взглянул на меня поверх своих очков, и я почувствовал, как его взгляд скользит по моей одежде. Вроде бы приличная рубашка и чистые штаны, но они явно не дотягивали до стандартов Золотого квартала. Однако старик ничего не сказал — просто вернулся к книге, которую читал. Ну, хоть не выгнал сразу.