Стихи
Шрифт:
Скользит мой дух живой,
И я на час, на явь, что будет сном,
Беспомощно качаю головой!
Час — как легкая стрела...
Миг в нем — будто взмах крыла...
Вспыхнул свет, и снова мгла!
Ярки искры, век их мал!
Взрылся лист, что вихрь сорвал,
Покружился и — упал...
Час забвенья и беда,
Бег их, след их, череда —
Как на мельнице вода...
Хлынул вал, ударил в грудь,
Ослепил, и снова в путь,
Не успеешь зачерпнуть!
Как бы ни был сон глубок,
Оскудеет
Размотается клубок...
Как средь зыби бытия,
К солнцу взрытая струя,
Распадется жизнь моя!
II
E quindi uncimmo a riveder le stelle [4] .
Dante
Bring me my chariot of fire! [5]
William Blake
Hear the loud alarum bells –
4
Тогда мы вышли, чтобы увидеть звезды.
5
Дай мне мою огненную колесницу!
Brazen bells!
Edgar Poe [6]
В безбрежность дня
Один плыву —
В кольце огня,
Сквозь синеву!
В лихих валах
Дороги нет...
Их зыбкий прах
Замел мой след...
Весь с мигом слит,
Мой легкий челн
Легко скользит
По воле волн...
Рассветный хмель
Над синей тьмой,
Моя свирель
Да жребий мой,—
Да гордый ум
6
Слушай, как гудят колокола тревоги –
Медные колокола!
Вне смертных уз,
Да прихоть дум —
Вот весь мой груз!
Простор валов,
Их зыбкий снег —
Мой верный кров
И мой ночлег...
Все — свет, покой
В моем кругу,
И дым людской
На берегу!
Текут, текут песчинки
В угоду бытию,
Крестины и поминки
Вплетая в нить свою...
Упорен бег их серый,
Один, что свет, что мгла...
Судьба для горькой меры
Струю их пролила...
И в смене дня и ночи,
Скользя, не может нить
Ни сделать боль короче,
Ни сладкий миг продлить...
И каждый, кто со страхом,
С тоской на жизнь глядит,
Дрожа над зыбким прахом,
За убылью следит,—
Следит за нитью тонкой,
Тоской и страхом жив,
Над малою воронкой
Дыханье затаив!
Жизнь мельницы в движенье вихрь приводит,
А смертный жребий — боль...
Блажен, кто в ней, служа судьбе, находит
Свой скудный хлеб и соль!
Весь мед цветка в свой
дом пчела уносит,А цвет души — любовь...
Блажен, кому она свой трепет бросит
В пустынный дух и кровь...
Над бездной ночи властвует зарница,
А сердцем правят сны...
Блажен, блажен, чья полночь осенится
Сверканьем их волны...
Пучину вод приход весны вскрывает,
Глубь мира — горечь дум...
Блажен, кто снег познанья призывает
На праздный жар и шум!
Спят вечные горы... И немы
Их выси... И строен их ряд...
Лишь ярко их снежные шлемы,
Забрала и копья горят...
И молкнет в лазурном их дыме
Весь трепет долинный и гул...
И полдень, раскрытый над ними,
В их раме зубчатой уснул...
Лишь плавно, цепляясь за кручи,
Где строит свой храм тишина,
Плывут, чередуются тучи,
Как звенья их белого сна...
И в область томленья и пени,
К nopory тревоги людской
Нисходят их строгие тени,
Их светлая тишь и покой...
И в мире бессменной недоли
Я снова молюсь бытию,
И клятву безропотной боли
Безмолвным вершинам даю...
Памяти Н.Л. Тарасова
Жертву живую
Ведут к алтарю...
В сумрачном храме
Не я ли горю!
Грозно мелькает
Сквозь жертвенный дым
Древняя жрица
7
Неведомому Богу (лат.).
Со взглядом седым...
Тянется к жертве
Костлявой рукой —
Горестный камень
Ждет крови людской!
Мечется пламя
И блещет, дрожа,
Алым пыланьем
На стали ножа...
В храме пустынном
Безмолвен и строг,
Каменноликий,
Неведомый Бог...
Зарево Смерти
Над зыбким огнем
Красной улыбкой
Пылает на Нем...
Жребий свершился,
И глухо легла,
Жизнь замыкая,
Великая мгла...
Смерклось, и в храме
Таинственно пуст
Жертвенный кубок
У каменных уст!
В час пустынный, в час метели,
В легком беге карусели,
В вихре шумном и лихом,
В вечер зимний, в вечер серый,
Мчатся дамы, кавалеры,
Кто — в карете, кто — верхом...
Зыбля прах, взрывая иней,
Князь с маркизой, граф с княгиней,
То четою, то сам-друг,
Длинной цепью, пестрой ротой,
Кто в раздумье, кто с зевотой,
Пробегают малый круг...
И поет им беспрерывно
Зов шарманки заунывной,
Хриплой жалобой звеня...
И от песни однозвучной
Часто-часто, в час докучный,
Рыцарь валится с коня...
Часто-часто рвутся звенья,
Иссякает нить забвенья
И скудеет свет в очах,
Но вплетенных в вихрь случайный
Строго гонит ворот тайный,
Им невидимый рычаг...