Странные игры

– Когда там настоящие убийства, – закончил за него Натаниэль.

– Вот-вот.

– Можешь показать?

– Включить-то включу… – Вернон заколебался. – Только давай я немного пройдусь, пока ты наслаждаешься? Знаешь, для спины полезно каждые два часа совершать короткую прогулку.

– Конечно, валяй.

Компьютерщик открыл один из каталогов.

– Вот, видишь – четыре файла? Давай, а я скоро вернусь.

Натаниэль сделал глубокий вдох. Ему уже пришлось увидеть кадры из камеры, на которую Кан снимал в день похищения Робин. Жутко было наблюдать, как та боролась за жизнь. Впрочем, Натаниэль испытал и прилив гордости, когда запись дошла до места, где Робин освободилась и выплеснула кипящую щелочь в лицо убийце.

Здесь, должно быть, всё на порядок страшнее. Может, плюнуть? Кан ведь все равно мертв и никого уже не убьет. Его жертвы известны, их тела найдены. Посмотришь эти кадры – потом никогда забыть не сможешь…

Однако у Натаниэля имелся должок перед семьями погибших. Придется изучить запись. Вдруг кто-то из убитых напоследок сказал нечто важное, о чем родственникам обязательно следует знать? Или на видео появится намек, проливающий свет на доселе неизвестные факты, заставляющий задуматься… Так или иначе, смотреть придется.

Он кликнул по первому файлу. Ага, Синтия Роджерс.

Слава богу, что он не завтракал – лишь выпил кофе. Конечно, его вырвало посреди просмотра, но лабораторию он уделал не сильно. Несколько бумажных полотенец – и снова все чисто.

Вернон сбежал не просто так…

Натаниэль пошел на компромисс: решил добраться до конца, но звук приглушил, хотя и не совсем – вдруг прозвучит заслуживающая особого внимания информация?

На следующем видео убийца запечатлел смерть Глории Бассет. Натаниэль стиснул зубы так, что едва их не сломал. Осталось две сцены.

Третий файл был посвящен Мэнди Росс. Натаниэль уже пожалел о своем решении дойти до конца. Теперь будет сниться по ночам. Как хорошо, что Кан мертв… И как здорово, что именно Натаниэль всадил в него пулю!

Последней оказалась Хейли Паркс. Еще чуть-чуть – и Натаниэль отправится домой. Примет душ…

Стоп.

Он отмотал видео назад и просмотрел второй раз. Так, самое начало. Вот Кан борется с Хейли, сжав в руке нож, а потом…

Пришлось снова запустить ролик сначала. О, черт…

Когда вернулся Вернон, Натаниэль в задумчивости сидел перед экраном, где на паузе застыла сцена убийства.

– Слушай, – попросил он, – можешь просмотреть один фрагмент вместе со мной?

– Я… э-э-э… Не хотелось бы.

– Там не самая ужасная часть. Звук приглушим. Мне просто нужна еще одна пара глаз.

Вернон побледнел и уселся.

– Ладно, давай.

– Обрати внимание на деревья на заднем плане.

Натаниэль включил воспроизведение – и эксперт ахнул.

Детектив кивнул. Если наблюдать лишь за борьбой Кана с Хейли – ничего не заметишь. Слишком быстро они перемещались, слишком резкие, неистовые движения совершали. А вот если глянуть на неподвижные деревья в правом углу картинки…

– Кадры слегка плавают, – пробормотал Вернон. – Камера-то не на треноге…

– Кто-то помогал снимать. Значит, Кан в тот день был не один… Еще смотри сюда. – Натаниэль нажал на перемотку вперед. – Видишь? Здесь то же самое.

– Ага, вижу.

– Я тут подумал… Хейли Паркс убили, когда Кэти была в плену. Не могла ли она держать камеру?

Вернон наклонился к экрану, внимательно изучая видео.

– Ну, я в этом не большой спец, но, по-моему, нет. Все же камера вполне устойчива, небольшие колебания еле заметны… Вряд ли ее держал ребенок. Да и угол съемки был бы совсем другим.

– Да, наверное. Однако она могла встать на какое-нибудь возвышение, – предположил Натаниэль.

– Возможно. И все-таки маловероятно. А раз так…

– Раз так – у Кана имелся сообщник.

Глава 53

Кое о чем Клэр умалчивала даже на сеансах у психотерапевта. Ей было страшно мыть посуду.

Полтора года назад всего-то на несколько минут отвлеклась, отчищая сковороду, – и Кэти исчезла. Теперь каждый раз, подходя к мойке, Клэр сперва проверяла, рядом ли дочь. Глаз с нее не спускала – потому и разбила несколько тарелок. Что ж, такова цена… Пекла она отныне в одноразовых формочках – зато ничего потом тереть не надо. Вообще избегала готовки, после которой пришлось бы тщательно драить кухонную утварь. Даже попыталась вменить Питу в обязанность мыть посуду, однако разгорелся такой долгий спор, что Клэр в ярости отказалась от своей идеи.

И если уж мытье тарелок оказалось столь сложным мероприятием, что говорить об отлучках из дома, когда Кэти оставалась одна на несколько часов… Вот это было хуже всего. Ладно еще, если Пит находился дома. Достаточно звонка, чтобы убедиться: с дочерью всё в порядке. Другое дело – отвести Кэти на сеанс к Робин. Целый час… Клэр стискивала зубы, сопротивляясь паническим атакам.

Подобные особенности – часть процесса исцеления, говорил ей психотерапевт. Естественно, Клэр сознавала, что не может до конца жизни постоянно держать Кэти при себе.

Однако, отправившись с Питом в город на ужин, она почти сразу пожалела о своем решении.

Идею выдвинул муж. Сказал – им нужно порой проводить время наедине, ведь дома каждая минута так или иначе посвящена Кэти. Даже поздним вечером, когда дочь уже спала, между ними возникало напряжение, выливавшееся в разногласия, споры – разумеется, свистящим шепотом, – а в итоге они только и делали, что злились друг на друга.

И вот Пит настоял на посещении кафе. Они договорились не обсуждать за ужином вопросы, связанные с Кэти. Забыть на время о возможности возобновления сеансов у Робин, о следующем учебном годе и о разных подходах по отношению к дочери. Клэр по-прежнему, по мнению мужа, слишком с ней нянчилась, а Пит, на ее взгляд, полностью игнорировал психологические травмы ребенка.

Решили посвятить вечер друг другу, разобраться: смогут ли пробудить в своих сердцах уснувшую любовь, сумеют ли вновь стать настоящей семьей.

Клэр хотела немного посидеть с Кэти перед сном, однако в самом конце разговора с психотерапевтом ей поступило сообщение от Пита. Дочь легла раньше обычного, так что им лучше встретиться в городе… Предложение выглядело разумным – любой шорох наверняка разбудит Кэти, и, если она испугается, на планах придется поставить крест. И все же Клэр не могла отделаться от желания хоть на секундочку увидеть дочь. Да и душ принять было бы неплохо…

* * *

Они перешагнули порог ресторанчика, и администратор сладко им улыбнулась:

– Привет! Столик заказывали?

– Заказывали, – ответил Пит. – На имя Пита Стоуна, столик на двоих в…

– Да-да, в беседке, – перебила девушка. – Пойдемте со мной.

Их провели в заднюю часть ресторана, а потом через дверь во дворик.

– Ого… – прошептала Клэр.

Маленькая беседка с увитыми виноградной лозой стенами стояла прямо на берегу реки. По периметру крыши шла гирлянда светильников, столик был украшен лепестками роз.