Стражи

И все же за этой личиной скрывался альв.

Поручик мгновенно подобрался, стараясь сохранить бесстрастное выражение лица. С непринужденным видом покосившись на спутника, словно бы многозначительным взглядом предоставляя именно ему начинать разговор, увидел, что тот совершенно невозмутим, хотя, конечно же, вмиг определил истинное лицо хозяина кабинета.

— Прошу, джентльмены, — «Смизерс» как ни в чем не бывало показывал на массивные стулья с гнутыми ножками, мягкими сиденьем и спинкой.

Они уселись. Что интересно, альв так и не сделал ни малейшей попытки их прощупать этим своим бьющим из огненных глаз зеленоватым гнилушечьим сиянием. Не говоря уж о том, чтобы попытаться воздействовать. «А к чему ему, собственно? — подумал поручик. — Коли он не предупрежден заранее о нашем визите и ни в чем нас не подозревает? Если он строит из себя обычного адвоката, к чему тратить усилия на каждого визитера? Смысла нет напрягаться без особенной нужды, я так думаю…»

Пленяющее оружие жгло ему внутренний карман пиджака. В кабинете достаточно места, чтобы открыть не одну «дверь», а добрую дюжину. Эта тварь ни о чем не подозревает, впустивший их канцелярист — самый обычный человек… Нет, нельзя…

— По-моему, мы прежде не встречались, капитан? — непринужденно спросил альв. — Равно как мне незнаком и…

— Доктор Джексон, — сказал поручик самым естественным тоном.

«Смизерс» слегка поклонился:

— Доктор Джексон… Насколько я могу судить, джентльмены, вы прежде не были нашими клиентами…

Капитан светским тоном произнес:

— Сказать по совести, у нас и нет намерений таковыми становиться…

— В таком случае… Чем обязан? — выжидательно спросил альв.

— Мы хотели бы поговорить об одном из ваших клиентов, — сказал капитан прямо-таки безмятежно.

— Дорогой капитан… — альв чуточку поморщился. — Существует, знаете ли, такое непреложное установление, как профессиональная этика. Ни один адвокат не станет обсуждать дела своих клиентов с третьими лицами… разумеется, за исключением случаев, предусмотренных английскими законами.

— В таком случае вы, быть может, позволите мне немного поговорить на отвлеченные темы? — как ни в чем не бывало спросил капитан. — Поразмышлять вслух…

— Если это не займет много времени, — почти тут же кивнул альв.

Ничего необычного в его поведении не было — и адвокат-человек, если он хваткий проныра, не станет сразу выставлять странноватых незнакомцев, а выяснит предварительно, с чем они пришли.

— Рассуждая чисто отвлеченно… — заговорил капитан. — Вы, я так думаю, единственный поверенный лорда Бэннинга?

— Вы не ошиблись.

— В таком случае вы должны хорошо ориентироваться не только в делах клиента… — капитан сделал многозначительную паузу. — Но и во всем, что касается репутации клиента, в том, что может ей нанести непоправимый ущерб.

— Не изволите ли выражаться яснее?

Пока что поведение альва не выходило за обычные человеческие рамки. Именно так и должен держаться хороший крючкотвор… Капитан безмятежно, открыто улыбнулся:

— Мне что-то подсказывает, что ваш клиент был бы не особенно рад, вздумай кто-то во всеуслышание напоминать о некоторых эпизодах его прошлого. Ну, скажем, о клубе «Сфинкс», о досадных историях с «Компанией тропических островов» и перуанскими золотыми рудниками… И уж тем более о дочери лорда Гаррона. Думается мне, его светлость был бы не в восторге, мягко скажем, начни кто-нибудь эти истории извлекать на свет.

Альв выпрямился в кресле, словно аршин проглотил. Его голос зазвучал жестко, неприязненно:

— Молодой человек… Когда я был помоложе, обычно вышвыривал шантажистов за дверь собственноручно. Сейчас, к сожалению, года уже не те… но вот служитель наш — человек нестарый и силой не обделенный. Позвать его? Или предпочитаете, чтобы кликнули с улицы полицейского? Есть и третья возможность: вы оба моментально отсюда улетучитесь собственными усилиями. Я понятно излагаю?

— Куда уж понятней, — ухмыльнулся капитан как ни в чем не бывало. — Но, может быть, мы все же продолжим разговор?

— Никаких «может быть», — отрезал альв непреклонно. — Есть только три варианта развития событий. Я их вам перечислил… и никакие другие рассматривать не намерен.

— Вы хорошо все обдумали?

— Не сомневайтесь, — альв величественно поднялся во весь рост. — Итак, джентльмены? У меня много дел, прошу вас побыстрее выбрать, что именно вы предпочитаете.

Его рука недвусмысленно легла на стол рядом с кнопкой электрического звонка, установленной в бронзовом полушарии.

Капитан не спеша поднялся, блеснул зубами:

— Очень жаль, мистер Смизерс… Ну, что же, не будем отрывать вас от дел, пойдемте, доктор…

Поручик направился следом за ним к двери. Казалось, взгляд альва жжет затылок, как прикосновение раскаленного воздуха. Но тварь все же так ничего и не предприняла, иначе они непременно заметили бы.

Они оказались в коридоре — там рядом с канцеляристом, склонившись к нему, стоял человек в здешней униформе и что-то спокойно, негромко говорил.

И это тоже был альв. Удостоивший их лишь беглого взгляда — как поступил бы на его месте и человек. «Да у них тут, изволите видеть, гнездо, — подумал поручик, едва поборов желание схватиться за оружие. — Логово форменное…»

— Интересно, верно? — негромко спросил капитан, когда они оказались на улице. — При этакой обстановке поневоле начнешь сомневаться, что беднягу Гилкриста хватил натуральный удар…

— Да уж, — мрачно отозвался поручик. — И тем не менее вы попытались и этого легонько шантажировать…

— А что оставалось делать? — пожал плечами капитан. — Если бы мы, ничего не говоря, развернулись и ушли, это как раз выглядело бы крайне подозрительно. Пришлось выкладывать то, что предназначалось для Гилкриста… для человека.

— Резонно… А вы обратили внимание, что он даже и не пытался не то что влиять на нас, но даже изучить?

— Да, конечно же, — сказал капитан. — Вот это-то мне абсолютно и непонятно — а в подобных ситуациях непонятное оч-чень не нравится. Он, в конце концов, адвокат, надо так думать, давненько им прикидывается. Дела любого клиента должны его волновать всерьез — а уж когда речь идет о лорде Бэннинге, в чьем доме эти твари как ни в чем не бывало расположились, в чьем поместье они построили башню для известных дел… Тут уж он просто обязан был нам в душу залезть, не снимая ботинок, а то и одурманить, как они это с обычными людьми проделывают. А он словно и не обеспокоился нисколечко, как будто беспечен… Не нравится мне это. Не знаю почему, но не нравится.