Строматы. 1-7 Том

(53, 1) Все, что у него на уме, он рассказывает тем, которые достойны это услышать, слова свои и жизнь соразмеряя с велением разума. (2) Ибо мысли его и слова истинны, за исключением таких случаев, когда с терапевтической целью, подобно врачу, скрывающему истину от больного ему на благо, он может обмануть или произнести ложь, как о том учат софисты.¹⁵⁷² (3) Так, например, благородный апостол обрезал Тимофея, утверждая устно и письменно, что обрезание, осуществленное руками человека, не имеет никакого значения. Для того чтобы не отвратить тех из иудеев, которые оказались невольными слушателями, от понимания заповеди обрезания сердца через веру, дабы они не отпали от синагоги, он «для иудеев был как иудей, дабы приобрести иудеев». (1Кор. 9:19.) (4) Тот, кто соглашается на нечто ради своих ближних (взяв на себя этот труд ради их спасения), воздерживается от какого-либо лицемерия, зная об опасности подобного поведения для праведных людей, которая угрожает со стороны тех, кто им завидует, поэтому он никого не принуждает. Только лишь для блага своих ближних он поступает так и, если бы все это касалось только его самого, он никогда бы не стал делать этого. (5) Такой человек всецело предан церкви, ради учеников, которых от «породил» в вере¹⁵⁷³. Он является примером для тех, кто в силах принять возвышенные наставления человеколюбивого и боголюбивого наставника, живым подтверждением истины слова, опытом любви к Господу. (6) Он неподвластен страху, верен своему слову, неутомим в трудах и никогда не испытывает желания произнести лживое слово, в полной мере оставаясь безгрешным. Ведь лживое слово, произнесенное со злым умыслом, не является просто словом, но представляет собой действие, которое несет вред. (54, 1) Только гностик, следовательно, всеми возможными способами свидетельствует об истине словами своими и делами. Он всегда поступает правильно, на словах, на деле и в своих мыслях.

(2) Таково, вкратце, христианское благочестие. Если он следует велению долга и благоразумию, он делает все благочестиво и справедливо. И если это так, то только гностик в полной мере может быть назван благочестивым, справедливым и богобоязненным. (3) Христиане не являются безбожниками (и именно это мы хотели продемонстрировать философам) и никогда не позволяют себе совершить что-либо злое или постыдное, поскольку это несправедливо. Следовательно ни в коем случае они не лишены благочестия, но напротив, только они действительно богобоязненны, поскольку свято и преданно поклоняются истинному Богу, господину и царю надо всем, выказывая ему истинное почтение.

X. Путь гностика к совершенству

(55, 1) Гносис, выражаясь обобщенно, есть высшее совер­шенство, которое может только достигнуть человек, оставаясь все еще человеком. И дополняется оно знанием вещей божественных, согласуясь с божественным Логосом и соответствуя ему по своему характеру, образу жизни и форме словесного выражения. (2) С полной достоверностью можно сказать, что и сама вера совершенствуется через гносис, ибо лишь с его помощью верующий достигает совершенства. Вера есть некое внутреннее благо, которое не ищет Бога, но просто исповедует его и признает его в качестве сущего. (3) Поэтому начав в этой веры, продвигаясь далее благодаря ей и с помощью божественной благодати, следует, насколько это возможно, стремиться к знанию о том, что есть Бог. (4) Мы утверждаем, что этот гносис вполне от­личен от того, что называют мудростью и которая приобретается в процессе учебы. В некоторых отношениях мудрость эта, конечно, есть то же, что и гносис, однако гносис не во всех отношениях есть то же самое, что мудрость. Муд­ростью обычно называется такое знание, которое может быть выражено словом (tou­ proforikou­ logou). (5) Однако в отношении Бога не сомнение, но вера является основанием знания, то есть гносиса. Основанием же здания, а вместе с тем и самим зданием, началом и концом всего является Христос. (6) Мы говорим о нем как о начале и конце всего, ибо начало всего — вера в него и конец всего — любовь к нему не могут быть предметом учения и наставления; гносис же, по милости Божией, сообщается нам пре­данием и доверяется тому, кто показал себя дос­тойным хранить учение. И от него достоинство любви излучается от света к свету. (7) Ибо сказано: «Име­ющему приложится»¹⁵⁷⁴, то есть к вере — гносис, к гносису — любовь, к любви — насле­дие.

(56, 1) Случается же это с теми, кто, всецело соединяясь с Господом и верой, и познанием, и любовью, вместе с ним восходит туда, где пребывает Бог и Хранитель веры нашей и любви. (2) Отсюда следует, что гносис дается и служит усовершенствованию тех, кто избран и пре­допределен к восприятию этой милости. Сообщение этого познания обусловлено и мудрым устроением жизни, и стремлением к цели, которая выше справедливости закона. (3) А это в свою очередь требует посто­янного прилежания; необходимы тут подготовительные труды и уп­ражнения — сложные и долговременные. Это познание ведет к цели бесконечной и совершенной, заранее научая нас будущей жизни, которую мы будем вести по Богу и с другими небожителями, избавившись сначала от мук и наказаний за грехи. (4) Свободные от страхов, достигшие предела зем­ного совершенства, не нуждающиеся в дальнейшем очищении, за­вершившие все служения, в том числе святые и совершаемые сре­ди святых, праведные души получают заслуженные ими почести и воздаяния. (5) Но только тех из них, кто по своей близости к Богу был «чист сердцем»¹⁵⁷⁵, ожидает восстановление (a)pokatastasi») в созерцании невидимого. (6) Будут они и нареченными богами, и сопрестольниками тех, кого Спаситель причислил к богам прежде них. (7) Итак, гносис довершает внутреннее очищение и приводит нас к трансформации, сближающей с благом.

(57, 1) Он легко приводит душу к тому, что сродни душе, к божественному и святому, и, просвещая своим светом, ведет человека по ступеням мистического совершенствования до тех пор, пока, очищенный от малейшей скверны¹⁵⁷⁶, не возведен будет в высшие обители покоя, где он научится созерцать Бога «лицом к лицу» сознательно и с полным пониманием. (2) И в этот состоит гностическое совершенство души, в ее соединении с Господом, непосредственном подчинении ему, которое достигается после очищения и служения. (3) Поэтому вера, если можно так выразиться, есть совершенное знание (гносис) наиболее важного (h(pisti» suntomo» e)stin tw­n katepeigontwn gnw­si»). Гносис же есть непреложное и достоверное обнаружение того, что было принято на веру. Это обнаружение, основанное на вере и согласное с учением Спасителя, ведет ум к непогрешимости, знанию и пониманию. (4) И началом этих спасительных перемен и обновлений, как я уже говорил ранее, является переход от язычества к вере, а следующей ступенью будет переход от веры к гносису. Это последнее, приводя к любви, соединяет любя­щего с любимым, познающего с познаваемым. (5) И достиг­ший этого состояния уже здесь, в земной жизни, достигает достоинства, равного ангельскому¹⁵⁷⁷. А те, кто достиг предельно возможного для живущих во плоти совер­шенства, переходя, как и подобает им, к лучшему, устремляются через святую седмицу в отчий двор, поистине Господне жилище, и становятся там светом пребывающим и вечным, полностью и во всем неизменным.

(58, 1) Вот первый образ божественного действия, уже упомянутый нами¹⁵⁷⁸, знак обещанного нам воздаяния за благочестие. А из множества свидетельств выберу одно, речение пророка Давида: (2) «Кто взойдет на гору Господню или кто станет на месте святом Его? Непороч­ный руками и чистый сердцем, тот, кто не вотще воспринял от Бога душу свою и не клялся ложно ближнему своему; сей приимет благословение от Господа и милость от Бога, Спасителя своего. Вот род ищущих Господа, ищущих лица Бога Иакова». (Пс. 23:3—6) (3) Пророк, мне кажется, прежде всего указывает здесь именно на гностика. Как бы мимоходом указывает он нам также, что Спаситель наш — это Бог; он называет его «лицом Бога Иакова», то есть проповедо­вавшим и учившим всему, что касалось Духа. (4) Вот почему и апостол называет Сына образом «славы Отчей»¹⁵⁷⁹, ибо он возве­стил людям истину о Боге и изъяснил, что Бог и Отец один¹⁵⁸⁰, что Он — единственный Вседержитель, которого никто не знает, «кроме Сына и того, кому Сын откроет»¹⁵⁸¹. (5) На единство Божие указывает и Псалмопевец на примере ищущих лица Бога Иакова — того одного Бога и благого¹⁵⁸² Отца, которого запечатлел в себе Спаситель наш и Господь. (6) А род ищущих его есть род избранный¹⁵⁸³, и это искание их есть поиск гносиса.

(59, 1) Потому и говорит апостол: «Никакой пользы не принесу вам, если не буду возвещать вам ни в открове­нии, ни в гносисе, ни в пророчестве, ни в учении». (1Кор. 14:6.) (2) Знаю, что некоторые поступают верно и не будучи истинными гностиками, но не разум ими движет, как, например, случается с некоторыми мужественными людьми. (3) Такие люди, будучи от природы страстными, еще более воспламеняются, когда страсть становится привычкой. Не сдерживая ее рассудком, они во многих случаях слепо отдаются ей и совершают дела, достойные хвалы. Так и выносливость легка для механического приспособления. (4) Но качества эти происходят из другого источника, нежели у гностика. Иной является и их цель. Они не «отдают этому делу все свое тело», поскольку «они не имеют любви» (1Кор. 13:3.), возникающей через истинный гносис. (5) Все, совершаемое знающим человеком, является правым делом; все, что делается без должного знания, выходит дурным и жалким, даже если исполнитель действовал в соответствии с планом, поскольку поступает храбро он не на основании размышления и действия свои направляет отнюдь не на те задачи, которые, от добродетели переходя к добродетели, ведут в конечном итоге к благой цели. (6) То же самое нужно сказать и о любой другой добродетели тех, кто не просвещен знанием, а рав­ным образом и об их благочестии. Наш гностик руководствуется разумом не только в делах благочестия: гносис правит всей его жизнью. (7) Нашей целью далее будет изображение образа жизни гностика, а не теорий, которых он придерживается и которые мы изложим впоследствии, в подходящем для этого месте, сохраняя общий план нашего труда.

XI. Очерк гностического образа жизни

(60, 1) Уважая мироустройство, гностик воистину и с благодарностью принимает божественное учение. Начав с удивления перед творением¹⁵⁸⁴ и убедившись в том, что он в силах получить истинное знание, он становится послушным учеником Господа. Услышав слово о Боге и Провидении, он верит им вслед за первоначальным удивлением. (2) Черпая энергию в этом первоначальном импульсе, он всецело посвящает себя науке, делая все возможное для того, чтобы приобрести то знание, к которому он стремится. (Стремление же, направленное на исследование, возрастает по мере роста веры.) И только в этом случае он достигает созерцания таких рода и вида, каких заслуживает. (3) Так гностик испробует на себе волю Бога, ибо не его уши, но душа постигает смысл того, что сказано. (4) Восприняв же в Слове Божием меру сущности вещей, позволяющую различать их достоинство, он естественным образом и душой обращается к сродному ей. Так, заповеди «не прелюбодействуй» и «не убий»¹⁵⁸⁵ он понимает гностически и куда шире, чем те, кто держится лишь их буквы.

(61, 1) Навык умозрительного познания вещей позволяет ему приготовиться к восприятию истин еще более чистых. Твердо знает он, что, по слову пророка, «наставляющий человека в гносисе» есть Господь (Пс. 93:10.), который делает это челове­ческими устами. Для этой цели Господь и воспринял человеческую плоть.

(2) Вот почему ревнитель знания никогда не предпочтет чувственно-приятное полезному. Даже если какой-нибудь случай сведет его с женщиной во всем блеске ее красоты, то и тогда не удалось бы ей никакими чарами и хитростью обольстить его, сколько бы она ни прибегала к ним. Жена господина, которому служил Иосиф, не смогла склонить его к нарушению благоприличия. Ее жадные руки сорвали с него верхнюю одежду, однако он сам остался чистым и безгрешным, облеченным в великолепную одежду целомуд­рия. (3) Конечно, глаз египетского господина не видел этого поступка Иосифа, но Вседержитель был тому свидетелем. (4) Человек слышит слова и видит тело; Вседержитель же смотрит и видит дальше, проникая в самое существо того, откуда происходят звуки и видимый образ. (5) Понимая это, гностик хранит непоколебимое спокойствие души даже тогда, когда на него обрушиваются болезни, напасти и даже ужаснейшее из всех бедствий — смерть; ибо он знает, что все подобные беды являются неизбежными спутниками тварного естества. Он помнит и о том, что все эти злоклю­чения божественным всевластием обращаются в орудия нашего спа­сения, что в руках милостивого Провидения они служат исправи­тельными средствами, назначение которых состоит в том, чтобы понуждать к исп­равлению тех, кто противится этому, дабы потом их же и вознаг­раждать за понесенный труд.

(62, 1) Поэтому всем сотворенным гностик пользуется в той мере и для тех целях, на которые указывает Логос, за все благодарит и прославляет Создателя и не дает сотворенным вещам порабощать себя, всегда оставаясь их господином. (2) Если ему причи­няют несправедливость, обиду или зло, он не помнит о них. (3) Никогда он не гневается и не питает вражды или нерасположения к кому бы то ни было, даже к тем, кто по делам своим вполне заслуживает такого отношения. (4) Он помнит, что и его самого, и ближнего его сотворил один Бог; поэтому и в заблуждающемся человеке он чтит Творца; любит его как своего собрата по изгнанию, сожалеет о его неведении и молится о нем. Прикованный к бренному телу, он сожалеет о немощах своей собственной телесной природы, но все же остается не­поколебимым под напором страстей.

(5) Если не зависящие от его воли обстоятельства обрушиваются на него вопреки его желаниям, то он, подавив печаль, всецело уходит в себя, утверждаясь на том, что действительно ему принадлежит. Оставаясь равнодушным ко всему внешнему, он всецело посвящает себя самому необходимому, сосредоточившись на том, что непосредственно касается его духовной жизни. (6) Верным он остается не на словах только и не по внешнему виду, но в согласии с гносисом, истиной, верными делами и действенным словом. (7) Он не довольствуется лишь похвалами благому и прекрасному, но сам старается быть благим; будучи «добрым и верным рабом», он си­лой своей любви поистине достигает степени «друга» [Божьего]¹⁵⁸⁶ через совершенствование навыка, который он обретает в чистоте через истинное наставление и самодисциплину.