Судьба

У неё в тот момент не было сомнений, что зашедшие в магазин военные пришли, чтобы спасти её с детьми. Появилась самая настоящая надежда, что войска, а главное люди избавляются от сумасшедших, очищают город от них и вот уже скоро всё наладится. Она сможет наконец-то принять ванную и привести себя в порядок. Дети пойдут в школу, у них появятся самые настоящие игрушки, друзья, а главное свобода.

– Да она не кукла убери ствол! –

– Как она тут оказалась? –

Человеческая речь была для неё слаще самой волшебной музыки, Юля наслаждалась, слушая мужчин, на попытки что-либо сказать в ответ, её горло першило от слёз, и она не могла внятно высказаться.

– Осмотритесь тут, не зря же она закрылась в этом магазе, может ещё кто есть, – сказал мужчина который выглядел старше всех остальных, и тут же двое парней, обойдя её, направились во внутрь магазина.

Вскоре послышался детский плач и возглас одного из ушедших во внутрь магазина.

– Да тут два киндера! –

Самый старший подошёл к ней и подняв её с пола, поставив на ноги и убрав с её лица мокрые волосы, спросил:

– Твои дети? –

Юля закивала головой.

– Ещё кто есть в магазине? –

Получив отрицательный ответ, мужчина, взяв её за локоток довёл к кассе, где усадил на стул, ножки которого были наполовину под водой.

– Посиди пока тут. – мягко проговорил он и отойдя к открытой двери, на улицу, держа её под прицелом, крикнул во внутрь магазина;

– Давайте бегом там, собирайте всё, что нужно и на выход! –

Не прошло и пяти минут как появились двое молодых парней с большими пакетами в руках, рядом с ними находились дети, Юля бросилась к ним взяв малого Никиту на руки, а заплаканную Аню за руку.

– Всё! Всем тихо! Никакого шума, спокойно двигаемся к машине, друг за другом, гуськом, баба с детьми по середине, я замыкающий, прикрываю всех! – произнёс жёстко мужчина и все пошли на выход.

Возле большой белой машины с зелёной полосой с надписью: «ФСИН России» их ждали трое вооружённых мужчин, одинаково одетых в сине – белый камуфляж. Дождь был настолько сильный и так шумел, что разговора между военными Юля не слышала, её с детьми тут же подвели к двери большой белой будке на машине, где помогли сперва детям, а затем ей подняться на верх.

Внутри всё было в решётках, и Юля поняла, что этот автомобиль скорей всего предназначен для перевозки арестованных, по всей видимости спасшие её люди имеют отношение к полиции. Эта новость её обрадовала, значит сейчас полиция отвезёт её и детей в безопасное место, а там она уже разберётся, что к чему.

В темноте, за решёткой на сумках, что-то пошевелилось, Юля вздрогнула опасаясь, что во внутрь попал один из сумасшедших и сжалась так, что сердце, казалось, выпрыгнет из груди. Из темноты выглянуло бледное лицо мужчины, одетого как все полицейские вокруг, его руки были забинтованы бинтами.

– Приииве. – послышался еле слышимое шипение.

Стало понятно, что человек лежащий на сумках, болен и совершенно без сил, Юля кивнула в ответ, далее сосредоточившись на детях, так как машину нещадно кидало из стороны в сторону, а снаружи стреляли из огнестрельного оружия.

Резкий удар автомобиля о что-то твёрдое не сильно подействовал на Юлю с детьми, её просто плотнее прижало к стене будки, так как она сидела на мягком кресле, прижав к себе Никиту с Аней. Остальные, все кто находился на ногах, попадали на пол, а больной из дальней камеры так вообще вылетел из-за решётки и жёстко упал на пол. Вокруг началась суета, полицейские, сильно матерясь, выбирались на крышу будки автомобиля, откуда тут же начинали беспорядочный и очень плотный огонь из автоматов.

Длилось это около минут двадцати, после чего стрельба стихла на нет. Открылась дверь в будке, началась разгрузка вещей что лежали вокруг в сумках, рюкзаках и ящиках. Затем позвали её с детьми, и она оказалась на улице. Дождь давно прекратился, она смогла мимолётно оглядеться вокруг, они находились в каком-то жилом дворе. Вокруг были старые, ещё советской постройки, девятиэтажные дома, грязные машины, дорожки, усыпанные принесённым ветром мусором, вокруг царствовало запустение, а множественные трупы, валяющиеся вокруг, никак не напоминали безопасное место. Впрочем, ей не дали достаточно времени, чтобы осмотреться более подробно, мужчины очень торопились, бесцеремонно подхватив её и детей на руки перенесли в подъезд, а затем в квартиру, в которой уже лежало не мало груза из белой машины.

В зале квартиры Юля, взобравшись на кожаный диван и усадив рядом с собой детей, стала рассматривать куда её разместили. Это была обычная квартира, но с хорошим ремонтом, сразу было видно, что человек проживающий здесь вбухал в квартиру не маленькие деньги.

Уже придя в себя Юля хотела спросить одного из мужчин тащившего на себе рюкзак, где они оказались, что с помощью, и когда её с детьми отправят куда ни будь в более безопасное место, так как квартира, не смотря на зарешёченные окна и крепкую стальную дверь не выглядела тем местом, где можно нормально жить, совершая прогулки с детьми. Мужчина явно был на взводе, сильно нервничал, что-то у них не получалось, поэтому он даже не стал слушать Юлю, совершенно проигнорировав тот факт, что она к нему пытается обратиться.

Вскоре в подъезде нечто случилось серьёзное, были слышны выстрелы и маты полицейских, а через пару минут, в зал, под руки завели человека с ног до головы, испачканного кровью.

«Жека маньяк»

Проверив трос, идущий с крыши на магазин, я, повесив карабин за спину, отогнал мечущегося под ногами Рыка, не спеша, но поторапливаясь, приступил к спуску. За несколько десятков спусков и подъёмов у меня появилась кое какая сноровка, страх практически исчез, и я смело скользнул вниз, словно профессиональный скалолаз. Через минуту стоял на заваленной всяким мусором крыше магазина. Настя по всей видимости заканчивала инструктаж, так как с круга отделилась небольшая группа каннибалов и побежала в обход дома, заходя с тыла врезавшемуся в здание КАМАЗа.

Снизу, с крыши магазина, обзор сильно ограничился, и я не видел, закончили ли полицейские разгрузку автомобиля или нет, подъезд полностью загораживал корпус машины. Недолго думая, понимая, что счет пошёл на секунды, я приступил к осуществлению задуманного.

С крыши девятиэтажного здания вести прицельный огонь из карабина для меня было затруднительно, а вот с крыши магазина, когда вся стая во главе с моей Настей была как на ладони, расстояние до них не превышало тридцати метров, вполне приемлемо для моего немногочисленного опыта. Упав на коленки, я приложил приклад к плечу, сводя целик с мушкой, на голове крепкого мужчины, стоящего напротив Насти с опущенной головой, затаил дыхание и медленно нажал спусковую скобу.

Привычно грянул выстрел, карабин легонько толкнул плечо, защита костюма легко погасила отдачу, ствол незначительно подпрыгнув вверх на доли секунды перекрыл зрительный контакт с жертвой. Но я точно знал, что попал, что и подтвердилось, когда я сфокусировал взгляд на толпе каннибалов. Мужчина кому предназначалась пуля, завалившись на бок упал, словно в нём выключили жизнь. Все остальные мгновенно выйдя из транса, вскинули головы, озираясь вокруг, немного присели, как перед стартом спортсмены бегуны.