Сумерки Зеркал

Наконец Мистрал устало поднял взгляд от лотка, на котором теперь осталось три фужера. Остальные они с блеском продали всего за три часа, о чем сообщали им часы на башне ратуши. Двери ее были широко распахнуты. Если на площади проходил аукцион, внутри собственно и заключались сделки. Здесь заполнялись фолианты бумаги и проверялась законность отлова лактики. Об этом ему поведал сияющий Тилли.

– Почти все продали и это просто прекрасно! И все благодаря тебе, парень.

По-правде говоря, многие домохозяйки подходили к их лавке и откровенно улыбались, разглядывая наряд Мистрала, который, между прочим, ему Тилли посоветовал. Но все они обязательно покупали что-нибудь. Мистрал никак не мог понять, в чем тут было дело. В дальнем конце площади, почти у самой мэрии, находился высокий помост, накрытый балдахином. По краям он был увенчал четырьмя штандартами с гербом Идоры. А на самой его верхушке изображена роза. Принцессу окружала толпа местной знати. По правую руку от нее с важным видом стоял Мариино. Рядом с Лаурой находилась и Эльвейс. Они то и дело склонялись друг к другу, о чем-то перешептываясь. Торговцы недоумевали, кто была эта девушка, захватившая внимание принцессы.

– Тысяча двести лей, целое состояние. Давненько я так удачно все не продавал.- Тилли толкнул его в бок.- Заглядываешься на принцессу?- В голосе Тилли появилось сочувствие.- Ужасный способ провести день. Сидеть вот так, как статуя в музее.

– Музее?
– юноша отвлекся, услышав незнакомое слово.

– В Родэ их несколько. В них находятся вещи большой ценности. Многим даже больше двух тысяч лет.

– И вы все это храните?

– Изучаем и храним, пытаемся понять их предназначение. Над ними трудятся десятки людей, чтобы потом все желающие могли посмотреть на чудеса этого мира. Мы еще так многого не помним, а многие знания утеряны навсегда. Ну точно,- неунывающий Тилли внезапно сменил тему,- пойдем получим заслуженную награду.

– Награду?

– Отпразднуем, конечно. Куда ты хочешь пойти?

– По-правде говоря я тут ничего не знаю.

– Тогда взглянем на мост Цветов,- это самое лучшее место. А как там готовят морские лилии!

Сначала они шли по улицам, наводненным народом. Потом по берегу канала. Тилли нанял гондолу, и некоторое время они плыли, сворачивая то в один, то в другой канал. И, наконец:

– Вот он, мост Цветов!
– в голосе Тилли слышалось восхищение и ностальгия. Он указал Мистралу вперед. Гондола как раз подходила к очередному повороту. На мост это мало похоже,- решил Мистрал. Низкая каменная дуга арки опиралась на две массивных опоры, уходящих в мутную воду. А на ней громоздились, прилепленные один к другому то, что и домами было назвать сложно.

– И это мост цветов?
– зажав нос спросил Мистрал. Ароматы действительно были непередаваемыми. Видимо, обитатели домов не слишком заботились о поддержании чистоты. Все сливалось прямо в канал. Упасть в такую воду было бы неприятно.

Гондольер причалил к берегу, удерживая гондолу с помощью крюка цепляющегося за специальное кольцо на берегу, около первой из опор моста.

– Ступай осторожно,- предупредил Тилли. Гондольер отчалил и вместе с ним исчез свет фонаря, закрепленный на корме лодки. По выщербленным ступенькам они поднялись на мост. Между домами шел проулок достаточный, чтобы пройти двум людям, но не более того. Верхние этажи домов нависали над нижними безо всякой видимой опоры. Приходилось только удивляться, каким чудом они вообще держались. Из открытых окон домов доносились крики и хохот. Где-то что-то разбилось, и раздались проклятия. Кошка визжа вылетела из полуоткрытой двери, которая с треском захлопнулась.

– Веселенькое местечко,- поежился юноша, настороженно оглядываясь.

Из одной двери за ними следил подозрительный малый, мрачноватого вида, с низко надвинутым на глаза, когда-то красным беретом.

– Вовсе нет,- откликнулся Тилли.- Если знаешь куда идти и как себя держать. Ты со мной, поэтому ничего не бойся.

– И часто ты бываешь в таком месте?

– В последний раз, как приезжал в Мелую, жил здесь три дня. Но сегодня будет весело.

– Это почему?

– После аукциона начинается карнавал. Ты парень был когда-нибудь на карнавале?

– По-правде говоря, я даже не знаю, что это такое.

– О, ты много потерял. Нужно будет только подобрать тебе подходящую маску.
– Порывшись в кошельке, Тилли достал из него пригоршню монет и решительно шагнул к одному из домов. На нем не было никакой вывески или знака. На стук Тилли дверь лишь слегка приоткрылась. И на них уставилась пара темных глаз.

– Кто такие? Все места уже заняты.

– Тамарна, не узнаешь своего старого друга?

– Тиль! Ах ты прохвост!
– дверь широко распахнулась и Тилли оказался заключен в объятия разбойничьего вида мужчины. Голова его была повязана красным платком, узлом набок. В одном ухе болталась серьга в виде ящерицы. Взгляд Мистрала метнулся к Тилли. У него была точно такая же фигурка. Что бы это значило?

– А этот парень с тобой?
– взгляд малого нашел Мистрала.- А, это Тилли сам вырезал. Цельный изумруд, смекаешь?
– от смеха толстый живот малого, перевязанный красным полотняным поясом, едва не выпал из него. Перекинув через плечо довольно сомнительной белизны полотенце, хозяин впустил их, предварительно оглянувшись по сторонам. Потом он обратился к Мистралу.

– Ты в первый раз в городе? Оно и видно. Манеры у тебя как у деревенщины. Не говори ничего, я и сам догадался. Будь я проклят, если ты не из предгорий. Верно?

– Бери ниже,- из Неана,- беспечно поведал Тиль, похлопав рукой по плечу Мистрала, во все глаза разглядывавшего буйное веселье, царившее в общей зале.

– Да ну! Нелегко тебе, должно быть, приходится. У нас правительство не слишком жалует вас. Не расстраивайся, мне совершенно не интересно, кто ты и есть ли у тебя темное зеркало, или ты вообще Де-меи, если ты пришел с Тилем.

– Почему на двери нет вывески?
– поинтересовался Мистрал. Он помахал рукой, пытаясь разогнать висевший коромыслом дым от курящихся трубок. Где-то среди этого дыма слышался звук игральных костей. Еще он заметил группу подозрительного вида людей. О профессии ярко раскрашенных женщин за стойкой спрашивать не приходилось. А еще одна девица в неприлично короткой юбке и через чур вызывающе расшнурованным на груди корсете выводила на импровизированном помосте веселенькие куплеты. Толпа разгоряченных мужчин хлопала ей при каждом взмахе юбкой, бросая монетки, которые она ловко ловила губами, бросая их за вырез.

– Я не хочу, чтобы моим заведением интересовались власти,- проворчал хозяин на вопрос Мистрала.- Особенно теперь, когда чтобы держать гостиницу вроде этой, нужна специальная лицензия. Тут заплати, там заплати. Мне не нужна сомнительная слава, кто знает - тот знает. Ко мне приходят люди, чтобы расслабиться безо всяких назойливых запретов и условностей.

– Я вижу,- кивнул Мистрал.

– Парень, иди сюда,- позвал его Тилли, присев за один из столиков почти в самом дальнем углу. Оттуда отлично просматривался весь зал, да и певичка тоже. Атмосфера была самая непринужденная. Если же кто-то начинал возмущаться игрой или обвинял кого-то в жульничестве, шумного посетителя тут же выпроваживали за дверь. Тихо, и без драки. Все потому, что спорить с Виллом,- массивным светловолосым парнем с кожаной повязкой на лбу и руками как буйвола, не находилось охотников.

К ним подлетела румяная девушка, вся так и искрящаяся желанием помочь. Взлохмаченные соломенного цвета волосы ее резко контрастировали с опрятностью наряда.
– Что желают господа?

– Модеста, я думал, нас обслужит Надин.

– Господин Тиль,- проворковала Модеста. Она почти облокотилась о столик. Бросив взгляд на Мистрала, она на всякий случай улыбнулась и ему тоже.
– Надин сегодня не работает. Но я знаю ваш вкус. Морские лилии на углях и рыба, запеченная в копченых водорослях.

– Действительно.

– А вашему другу?

– Мне тоже самое. Но по-правде, у меня нет таких денег.

– Парень, кто говорил про деньги? Я ведь пригласил тебя. У нас еще будет шанс расплатиться, -Тилли взмахнул рукой.- Тогда уж и бутылку из дальнего уголка погреба. Я знаю, где найти лучшее.
– Он подмигнул девушке, и та умчалась, обметая юбкой края столиков.

Постепенно атмосфера, царившая в заведении, начала действовать на Мистрала расслабляюще. Он совершенно не представлял, сколько прошло времени, так как окон в помещении не было.