Сварогов

Вот Старцов, философ юный,

Ех– монах и ех– гусар,

Сольский, баловень фортуны,

И Картавин, Вольдемар.

Вот Ахмерский, полный страсти,

Наш сановный журналист:

В прессе к ретроградной части

Он прильнул, как банный лист.

X

Точно розы на куртине,

Рой красавиц, рой подруг,

Дамы около графини

Составляли полукруг.

Там старалась быть сурова

Белокурая Элен,

Там бранилась Бирюкова

Очень стильно, как гамен.

Там была фон-Брокен злая,

Баронесса Никсен там,

Бархатом ресниц играя,

Улыбалася мечтам.

Там была одна певица,

Незнакомая другим, --

Прехорошенькие лица

И на многих тонкий грим,

X

Женский взгляд, духи, улыбка!

Кто не знал их торжества?

Сердце билось шибко, шибко,

И кружилась голова...

Ароматом опьяненный,

Кто в пленительном кругу

Не вздыхал, на миг влюбленный

Кто у страсти был в долгу?

Бирюков--политик старый,

Флирт покинувший давно,

Заменял любовь сигарой,

Вместо дам любил вино.

Но с гримасою любезной

Занимал он милых жен --

Труд пустой и бесполезный,

Как резонно думал он.

XII

Говорили о балете,

Критикуя двух кузин,

Выступивших в высшем свете

В роли прима-балерин.

– - Et, mon prince, - Элен сказала,

Du spectacle кtes vous content?

Бирюков ответил вяло:

– - R^eussi, parfaitement!

В танцах Турской cтолько чувства,

Столько пыла, страсти там...

Столько жизни и искусства!

C'est une vraie artiste, mesdames!

Мне б однако не желалось,

Чтоб она была мне дочь!

– - Ах, она так выделялась!

– - Судят многие точь-в-точь!

XII

Всех была фон-Брокен строже.

– - La passion, la grвce -- tout за

Sont des choses jolies... но все же,

Я твержу уж полчаса --

C'est horrible! сказать меж нами,

Есть приличья, ^ecoutez!
– -

Бирюков пожал плечами:

– - Une personne de soci^et^e!

Никсен вставила два слова,

Молвил Сольский: - Mais... enfin...

И бранилась Бирюкова:

– - О, fermez done votre vilain

Crachoir! - Лишь Марья Львовна,

Хоть противник был речист,

Спор решила безусловно:

– - Il faut faire tout en artiste!

XIII

Но в разгаре диалогов

Новый гость вошел в салон.

– - Дмитрий Павлович Сварогов!
–

Даме был представлен он.

Стройный, сдержанный в походке.

В элегантном сюртуке,

Мусульманской Смирны четки*

Он держал в одной руке.

Он, играя нитью черной,

Разбирая четок ряд,

Опускал на них задорный

И смеющийся свой взгляд.

Поклонясь гостям, графине,

После двух любезных фраз,

Он присел к огню в камине,

Где под пеплом уголь гас.

_______________

*) Обычай, заимствованный европейцами на

Востоке. Многие атташе посольств в Турции носят на руке смирнские четки.

XIV

– - Турская танцует мило,

N'est-ce pas?
– Элен, склонясь,

У Сварогова спросила.

– - Больше нравится мне князь!
–

Он ответил, - Вот искусство!

К Турской пассией томим,

В pas de deux явил он чувство...

Дипломат и тонкий мим!

С мимикой и пируэтом, --

В дипломата!
– - c'est tout, --

Он пойдет, клянусь вам в этом,

Перед всеми на версту...

Да, поздравлю вас с успехом:

Сольский взят, как слышно, в плен?

– - Taisez yous, m^echant! – со смехом

Погрозилася Элен.

XV

Хоть Сварогов был в гостиных

Всюду принят, и давно,

Но в геральдиках старинных

О Свароговых темно.

Не молясь родным пенатам,

Кров Сварогов бросил свой.

Не был он аристократом,

Все ж имел род столбовой.

Родословный список длинный

И дворянских предков ряд

К временам Екатерины

Восходили, говорят.

Но фамильные преданья,

Украшая древний род,

Для потомства в назиданье

Сберегли лишь анекдот.

XVI

Не лишен был интереса

В хронике семейной дед:

Весельчак, бретер, повеса,

Одержавший тьму побед.

Сей красавец дерзкий много