Сын герцога (СИ)

– Благодарю вас, милорд,– ответил эльф.

Юноша промолчал, не зная, что еще сказать. Он ожидал от Лара чего угодно, но только не благодарности за собственную глупость, которая чуть не стала для него смертельной. Причем, благодарности искренней (это молодой лорд знал наверняка).

Уловив его настроение, эльф улыбнулся и объяснил:

– Вы за меня волновались.

А Джай подумал о том, что он совершенно не понимал этого эльфа, даже не смотря на то, что мог читать его мысли.

Либиус появился через полчаса, когда умытый и переодетый Лар, опять задремал на диване, а Джай успел перерыть гардероб Тереха, в поисках чего-то подходящего для себя. Его единственная рубашка, доставшаяся от щедрот герцога ар-Тана, так и осталась лежать на полу в комнате Исидия. Хотя, учитывая то, в каком состоянии она была, дальше она могла служить только в качестве половой тряпки.

Пересмотрев всю одежду Тереха, он так и не нашел ничего подходящего. Брат был на голову выше его и почти вдвое шире в плечах, так что Джаю только и оставалось утешаться тем, что свисающий воротник и подвернутые рукава – это лучше чем ничего, или, что Лар вон спокойно натянул на себя точно такую же и даже не поморщился.

Рассмотрев свое отражение в зеркале, юноша чуть не расхохотался. Потому что теперь к его необычной прическе прибавился еще и клоунский наряд. Так что отец мог оставаться совершенно спокойным – в таком виде Джай вышел бы из своей комнаты разве что под конвоем.

А потом вернулся Либиус. И хотя старик на этот раз удержался от привычного язвительного смешка, юноше хватило одного взгляда на его ухмыляющуюся физиономию, чтобы руки сами потянулись запустить в насмешника чем-нибудь тяжелым.

– Где ты был?– тихо спросил Джай, чтобы не разбудить спящего эльфа, а потом махнул в сторону соседней комнаты.

– Итак?– повторил он, когда за ними закрылась дверь кабинета.

– Интересные дела творятся во дворце, милорд,– пожал плечами старик.

– Сильный шум поднялся?

– А как же. Вся внутренняя охрана на ногах, сейчас всех стражников и слуг поголовно проверяют. Советник Барус лично всю белую галерею из конца в конец исходил. А герцог ар-Тан сразу же побежал к императору, после того, как сынок к нему явился.

Джай кивнул в ответ. Конечно же, Дерен был прав, и его отец обязан был знать об этом нападении. Тем более что нападавшие были одеты как дворцовые слуги, а двое из них – даже в обмундирование внутренней стражи.

– Расшевелили осиное гнездо,– хмыкнул Либиус,– правда, всех все равно не выловят.

Он сказал это так убежденно, что Джай сразу же появилось подозрение – а не приложил старик руку ко всему случившемуся. И чем дольше он думал об этом, тем больше убеждался в своей правоте. Ведь это Либиус направил его в белую галерею, а потом настоял, чтобы он взял с собой Лара. Старик единственный знал, куда они направляются.

А нападение было спланированным. То есть враги точно знали, где и когда организовать засаду. Но кто-то должен был сообщить им об этом. И этот кто-то спокойно стоял теперь напротив Джая и даже позволял себе ухмыляться.

– Нас чуть не убили,– сквозь зубы процедил молодой лорд.

Если бы перед ним был не Либиус, то Джай отреагировал бы совсем по-другому. Но он знал старика слишком давно, чтобы дать ему шанс оправдаться.

Поступки слуги иногда не поддавались объяснению и зачастую имели двойное или даже тройное дно. И юноша часто ловил себя на том, что ищет в словах старика скрытый смысл, даже когда в них не было ничего, кроме насмешки. Но еще никогда тот не опускался до предательства.

Либиус одобрительно хмыкнул, а потом насмешливая маска исчезла с его лица, и только это удержало Джая на месте. Потому что стоявший перед ним мудрец все-таки соизволил объяснить глупому и ничего не понимающему мальчишке, почему было необходимо, чтобы все случилось именно так, как произошло.

– Настоящая опасность угрожала только вашему другу,– сказал старик, и его голос звучал холодно и отрешенно,– но он удачлив, и хорошо владеет мечом.

– Они ранили Лара,– произнес Джай намного спокойнее, чем сам от себя ожидал.

– Всего лишь случайность. Он еще не разобрался в себе, поэтому совсем не думает и делает глупости,– ответил старик, и знакомые насмешливые морщинки опять появились в уголках его глаз.– К тому же, разве вы позволили бы кому-нибудь еще обижать вашего эльфа?

– Зачем?– только и смог выдавить из себя Джай, молча проглотивший упрек.

– Теперь они обыщут весь дворец, и даже смогут найти кое-что интересное,– продолжал старик,– императору нужно обращать больше внимание на то, что происходит в его доме, и иногда ему приходится об этом напоминать.

Голос Либиуса постепенно приобретал прежнее звучание, словно заново набирался жизни. А Джай с облегчением, к которому почему-то примешивалась большая толика разочарования, наблюдал за тем, как медленно и неохотно возвращается на лицо его собеседника знакомая насмешливая маска.

– Зачем ты говоришь мне все это?– спросил он.

– Потому что вы тоже не разобрались в себе.

– Поэтому не думаю и делаю глупости?– продолжил молодой лорд, и получил в ответ насмешливую ухмылку.

Старик был действительно невыносим, и только поймав себя на этой мысли, Джай понял, что больше не сердится. Потому что Либиус был прав. Если существовала возможность выявить врагов, притаившихся во дворце, то риск становился оправданным.

А еще старик был прав и в том, что Джай совсем не думал и постоянно совершал ошибки. Как, например, сегодня. Он не подумал о последствиях и пошел в галерею. Не разобрался, что с ним происходит, и убил там пятерых человек. Даже когда Исидий занимался Ларом, он только мешал целителю. Казалось, что Джай целый день только то и делал, что совершал одну глупость за другой.

– Ничего милорд,– словно прочитав его мысли, сказал Либиус,– вот увидите, скоро все образуется. И эльф ваш поправится, и во дворце порядок наведут, и его светлость успокоится…

– Герцог очень зол?

– Беспокоится,– пожал плечами старик,– тоже пошел с императором поговорить. Хоть бы не подрались, а то у них в детстве всякое бывало.

Джай представил, как его величество и его светлость сошлись в рукопашной прямо посреди рабочего кабинета, и не смог подавить нервный смешок.

– И откуда ты все это знаешь?– спросил юноша, даже не надеясь на ответ.– Может, еще скажешь, когда Высший совет, наконец, соберется?

– Так сегодня и соберется,– ответил Либиус,– советник Барус уж очень торопился, да и Исидия позвали в императорские покои. Видать, целительнице нужно отлучиться…