Та самая

— Да, у меня есть одна задумка. Я бы хотела сделать татуировку в виде иероглифа, означающего твоё имя.

— Почему такой выбор? — веки парня дрогнули.

— Потому что я тебя люблю. И всегда хочу быть вместе с тобой, — выпалила я и затаила дыхание. Что он скажет мне в ответ?..

Богдан открыл глаза и несколько секунд молчал, изучая моё лицо. Мне стало страшно. Почему он ничего не говорит? Неужели скажет: «а я — не хочу» или «я не уверен в своих чувствах»?

— И я люблю тебя малыш, — прошептал Даня и нежно провёл пальцами по моей шее.

— Ты не шутишь? — я не сразу поверила своим ушам.

— Разве такими словами шутят?

Он сел, взял моё лицо в ладони, и серьёзно произнёс, глядя мне в глаза:

— Малыш, я ждал от тебя этих слов. Но пообещай мне кое-что, пожалуйста.

— Что?

— Если однажды ты поймёшь, что больше не любишь меня, что в твоём сердце и мыслях появился кто-то другой — скажи мне об этом прямо.

Я недоуменно захлопала ресницами, удивлённая такому повороту разговора.

— Само собой, — сказала вслух, — Надеюсь, что и ты сделаешь так же.

— Ты знаешь моё мнение касательно измен, — кивнул Богдан, — И еще. Если вдруг ты перестанешь чувствовать себя счастливой, если тебе станет плохо или тяжело со мной — скажи. Я не хочу тебя мучить.

— Почему мне должно стать с тобой плохо?

— Потому что я сложный человек.

— Не говори глупости. Все мы сложные.

— Я — эгоист и привык жить сам по себе, без оглядки на других людей.

— Это не страшно, — пожала я плечами.

— Ин, пообещай, — с нажимом произнёс Даня.

— Хорошо. Я обещаю, что если что-то будет не так — сразу же сообщу тебе об этом.

Меня напряг наш разговор: в нём как будто присутствовала горькая нотка неизбежного расставания. Словно Богдан знал то, что еще неизвестно мне. Но я не успела обдумать наш диалог, ибо в ту же минуту Даня прижался к моим губам теплым поцелуем и вновь увлек за собой на ковёр.

— Ты лучшее, что было и есть в моей жизни, — бархатным голосом сказал он, переворачивая меня на спину и накрывая своим телом.

— Почему я тебе понравилась?

— А почему я понравился тебе?

— Тебя сложно не заметить среди других людей. Я просто увидела тебя, тогда, в театре, и… сердце ёкнуло, — честно ответила я.

— И у меня ёкнуло. Ты — особенная! Созданная специально для меня.

Богдан стал вырисовывать кончиком языка какие-то замысловатые узоры на моей шее, а его рука опустилась на грудь. Потом ниже, и еще ниже, и еще… Я млела от этих прикосновений, уносясь куда-то в небеса.

— Что тебе нравится во мне больше всего? — прошептала я, тая от его пальцев, касающихся меня в самых интимных местах.

— Твоя улыбка. Твой взгляд. Твой голос. Твой смех, — отвечал он в перерывах между поцелуями, — А еще, я обожаю слушать твои стоны. И ощущать твои ногти на своей спине.

И он медленно вошел в меня, заставляя изогнуться от желания скорее слиться воедино.

— Вот так? — выдохнула я, проведя ноготками по его коже.

— Именно, — подтвердил он и одним резким толчком, оказался полностью внутри. Из моей груди вырвался протяжный стон, отчего Богдан негромко зарычал как опасный зверь.

— Ты мой тигр, — улыбнулась я и прикрыла глаза.

— Я тебя люблю, — прошептал он, легонько кусая меня за мочку уха.

— Повтори еще раз.

— Я тебя люблю.

— Еще! — просила я, царапая спину любимого до крови.

— Я… тебя… люблю! — повторял он в такт своим движениям.

Идеальная новогодняя ночь!

На четырнадцатое февраля мы сделали парные татуировки со знаком бесконечности как символ наших чувств: он на правом запястье, я — на левом. А в марте поехали на день рождения к маме Богдана, где я наконец-то познакомилась со всеми его родственниками. Они отлично меня приняли и украдкой спрашивали, когда же свадьба. Я с улыбкой отмахивалась, говоря что «нам еще рано», а у самой в голове крутился тот же вопрос: когда?

* * *

Не могу сказать точно, в какой момент наши отношения дали трещину. Наверное, это произошло в середине лета. После окончания моей учебной сессии мы с друзьями Дани поехали отдохнуть в Лоо на десять дней, и это был отличный отпуск, полный веселья, любви и новых впечатлений. Вернувшись обратно в Псков, Богдан сразу записался в автошколу, параллельно занимаясь своей основной работой. А так же никуда не делись его хобби: репетиции в театре и выступления с фаер-шоу. Проводить время тет-а-тет мы стали не так часто, как этого хотелось бы мне.

Мне было мало Богдана! Я хотела гулять с ним, — вдвоём, без приятелей! — смотреть фильмы, ездить на пляж, готовить вместе обеды и ужины, валяться в постели до обеда, чтобы потом всю ночь напролёт заниматься любовью… Он тоже хотел, но не всегда мог найти свободное время на меня. Или… Или всё же не столь сильно хотел? Я всё чаще стала задумываться об этом.

Меня стала пожирать ревность, когда Богдан уходил на репетиции в театр, ведь там было так много симпатичных молоденьких студенток! Пару раз я приходила туда вместе с ним, чтобы обозначить местным актрисулькам своё присутствие: не пускайте слюни, милочки, этот парень занят! Но не могла же я постоянно сопровождать и охранять Даню как собака-поводырь от внимания других девушек? Да и, честно говоря, сидеть в театре по два-три часа без дела в качестве наблюдателя — скучно.

Однажды Богдан пришел домой в каком-то смятённом состоянии, что сразу бросилось мне в глаза.

— Дань, случилось чего? — осторожно спросила я, приобняв его за плечи.

— Мне предложили главную роль в постановке — ответил Богдан, однако в голосе у него не звучало радости.

— Это же круто! Ты так давно хотел получить серьёзную роль! — воодушевлённо произнесла я, не понимая причины хмурого вида своего любимого, — Как этот спектакль называется?

— «Ромео и Джульетта» в новой интерпретации. Но я отказался от роли, — глухо откликнулся он, глядя в пол.

— Почему? — моему удивлению не было предела. Богдан нервно пощелкал пальцами, сделал глубокий вдох, и поднял взгляд на меня.

— Потому что мне предложили стать Ромео. Ты помнишь сюжет этой пьесы? Мне пришлось бы целоваться с актрисой, взятой на роль Джульетты.

Я прикусила нижнюю губу. Ах, вот оно что…

— Ну как я мог согласиться на подобное? Это неправильно и некрасиво по отношению к тебе! — продолжил Богдан и, будто оправдываясь, добавил, — Хотя, это всего лишь спектакль! Актёры кино тоже сотню раз целуются с другими людьми, постельные сцены изображают, и ничего — семьи имеют, живут счастливо…