Танцы с волками

— У-ф-ф... Саша... Как же вы меня напугали!

Дорохов, чертыхаясь про себя, убрал пистолет в кобуру. События последних дней выбили его из колеи и лишили привычного хладнокровия.

— Простите меня, ради бога, — сказал он, поднимая выроненные пакеты с пола. — Сам не понимаю, что мне в голову взбрело.

Он водрузил пакеты с провизией на стол, затем повернулся к девушке, которая, сделав два-три шажка навстречу, неожиданно для Дорохова приникла к его груди.

— Как вы меня напугали, Саша! — Всхлипнув, она отстранилась, посмотрела ему в лицо, затем ткнула кулачком в его широкую твердую грудь. — Если бы вы только знали...

— Померещилось мне... Вот я и... — принялся он неловко оправдываться. — Извините, Грета... Ну-ну, не надо плакать, это уже лишнее.

— Да нет же, нет... Вы меня не так поняли! — справившись с эмоциями, сказала девушка. — Пистолет? Что я, оружия не видела? При чем тут это?..

— Что же тогда вас так напугало?

— Ну как же?! Разве не понятно?! Вас не было больше суток!

— Грета, я просто не мог приехать раньше. У меня были дела. Очень важные... неотложные дела.

— Да? А я уж было решила, Саша, что вы вернетесь нескоро, если вообще вернетесь... Я ждала, ждала... А у меня нет ни адреса вашего, ни телефона вашего домашнего!

— Да нет, никуда я не пропал... Говорю же: дела!

Он помог девушке снять верхнюю одежду, сам тоже разоблачился, предварительно достав из кармана куртки сигареты и зажигалку.

— А я вот решила, пока не стемнело, сходить в магазин, — сказала Грета, усаживаясь на пододвинутый ей Александром стул. — Взяла деньги, которые вы оставили на столе... Когда возвращалась обратно, увидела вас издалека, но вы так быстро шагаете, что я не смогла за вами угнаться...

Замолкнув, Грета пристально посмотрела на него. В облике ее нового знакомого за последние сутки произошла разительная перемена. Этот большой, крепкий, такой надежный с виду человек теперь был чем-то подавлен. Он был мрачен, как глухая декабрьская ночь. И еще... Если человек имеет при себе оружие, нервно реагирует на любой подозрительный шорох, это уже о многом говорит...

— Что случилось, Александр? У вас какие-то неприятности?

— Да, Грета, у меня неприятности. Но вы здесь абсолютно ни при чем.

— Помнится, вы сказали мне, что разыскиваете одну девушку... Если не секрет, кто она вам?

— Младшая сестра, — после паузы ответил Дорохов. — Ей двадцать лет, она студентка второго курса Бауманского училища. Лена пропала без вести две недели тому назад...

Дорохов полез в задний карман брюк за портмоне. Но не для того, чтобы показать Грете фото своей сестры, — он его уже показывал. В кожаном «лопатнике» у него хранилось восемьсот долларов и около двух тысяч рублями. Он разделил деньги на две равные части. Ополовиненную наличность убрал обратно в портмоне, остальные же купюры выложил на стол перед девушкой.

— Вы меня прогоняете, Александр? — бесцветным голосом произнесла Грета. — Хотите, чтобы я ушла прямо сейчас?

Дорохов выковырял из пачки сигарету. Когда он прикуривал от зажигалки, было заметно, как дрожат его пальцы, что свидетельствовало о большом внутреннем напряжении.

— Собирайся, Грета, — сказал Дорохов, по-прежнему глядя в сторону, в синеющие за оконной рамой сумерки. — Я провожу тебя до станции и посажу на электричку до Москвы.

Грета посмотрела на деньги, но брать их не стала, вместо этого положила ладошку на его руку, и теперь она еще сильнее ощутила бившую его изнутри нервную дрожь.

— Ты хочешь выдворить меня отсюда, потому что боишься еще и за меня, да?

— Я не шучу, Грета!

— Это единственная причина? Может, есть еще что-то, о чем ты не хочешь мне говорить? Может быть, у тебя есть жена? Или любимая девушка? Ты привез меня сюда, испытывая мимолетный душевный порыв, а теперь не знаешь, под каким предлогом от меня избавиться?

— Не говори глупостей, Грета! — почти сердито произнес Дорохов. — Нет у меня жены, не обзавелся еще! Повезло дураку, что не женился! Да и кому я на фиг такой нужен?! Ну что, давай будем собираться...

— Так ты, Саша, за меня боишься? — со странной интонацией в голосе спросила Грета. — И именно поэтому хочешь, чтобы я ушла?

— А я тебе о чем толкую?

— Расслабься, Саша... Я никуда не поеду. Поэтому убери деньги, а я, если ты не возражаешь, займусь приготовлением ужина.

Она встала и, прежде чем он успел что-то сказать, легонько провела ладонью по его волосам.

— Глупенький... Сам ведь недавно говорил, что мы можем помочь друг дружке! Ты мне уже помог, хотя совершенно не знаешь меня... А теперь, может, и я на что-нибудь сгожусь!

Глава 9

— У меня все готово! Мой руки, Саша, и за стол!

Пока Дорохов плескался под умывальником, девушка держала перед ним чистое полотенце. Он вытер пышущее жаром лицо, после чего вернулся в комнату, отстегнул ремень с кобурой и сунул все это хозяйство в верхний ящик комода. По правде говоря, «гостей» он здесь, на даче, не ждал. Поскольку лишь несколько часов тому назад он общался с киднеперами, то никаких акций раньше завтрашнего вечера, несмотря даже на дефицит времени, Дорохов не планировал, дабы не усугубить свое и без того хреновое положение.

Грета выставила на стол большое блюдо с вырезкой, запеченной в перечном соусе, с корочкой золотисто-коричневого цвета. Нарезала мясо порционными кусками, полила сверху соусом, добавила овощей, затем передала тарелку Александру. Пока она накладывала себе, Дорохов откупорил бутылку «Каберне-Совиньон», разлил вино по фужерам, потом поднял свой бокал:

— А ты, Грета, оказывается, прекрасно готовишь... Ну что ж, предлагаю выпить за знакомство!

— Так ты же еще ничего не попробовал! Гм... Да, давай выпьем! Ангел ты мой... хранитель.

Спустя некоторое время Грета, приглядевшись, заметила, что на лице у Александра выступил нездоровый румянец. Промокнув губы салфеткой, она встала, подошла к Дорохову и положила ему на лоб холодную ладошку.

— Э-э, миленький, да ты горишь весь! Что же ты молчал, Саша?! У тебя ведь жар!

— Пустяки! — недовольно сказал Дорохов. — Не стоит обращать внимание.

— Есть какие-нибудь лекарства в доме? — Увидев, что Дорохов отрицательно покачал головой, она сокрушенно вздохнула. — А из крепкого спиртного что-нибудь на даче есть?

— Настойка в шкафу... Да, там, в литровой бутылке.

Она достала из шкафчика бутыль, на две трети заполненную какой-то темно-коричневой жидкостью.

— Крепкая? Сколько градусов?

— Пятьдесят точно будет. Отец сам делает настойку на травах... Так что все без обмана.

— Вот и хорошо. — Грета удовлетворенно покивала головой. — Это даже лучше, чем какие-нибудь пилюли.

— Что ты собираешься делать, Грета? — облизнув пересохшие от жара губы, спросил Дорохов. — Хорошо же сидим...