Танго теней
Шрифт:
Ананьев подозрительно посмотрел в лицо генерала:
– А тебе-то это на хрена нужно? Что-то ты опять не договариваешь, «супер»!
– И свел брови на переносице.
– Опять в свои поганые игры поиграть со мной захотел?
– Нет! Теперь все будет начистоту!
– Ответил генерал.
– Просто… Это дело и в самом деле государственной важности и строгой секретности… Но я тебе, Дед, расскажу! Под свою личную ответственность!.. Знаю, что болтать лишнего языком не будешь - не обучен! Потому, что сам полжизни по грифом «совсекретно» прожил…
– Это уж точно…
– Так вот… Та
– В каком смысле?
Генерал сделал небольшую паузу, словно собирался с духом:
– Он вез не только спецпортфель, Анатолий… У него было и еще одно задание, но уже по линии ФСБ… Он вез еще и некий пакет, который должен был передать нашему человеку в Марса Аллам из рук в руки.
– И тут же, предваряя вопрос Ананьева, торопливо проговорил.
– Что в пакете, сам понимаешь, сказать не могу - гостайна…
Ананьев только улыбнулся устало:
– Так это ты, поэтому тогда, десять лет назад, так волновался, чтобы тот портфельчик, что Катран со дна приволок, никто случайно раньше тебя не открыл?
– Служба, Анатолий Иваныч… Сам понимаешь… - Так же устало ответил генерал.
– Мне бы голову снесли, если бы этот пакет не в те руки попал…
– Да уж, понятное дело… Ну и что?
Генерал посмотрел на пачку сигарет, торчавшую а кармане рубашки у Ананьева:
– Дай-ка ты и мне сигарету, что ли…
Он закурил, глубоко затянулся, и:
– А то, Дед, что пакет этот так и небыл найден!..
– Проговорил, наконец, Гришин.
– И вот только теперь, когда нашелся Игнатьев, и появилась надежда, что его можно вернуть…
Ананьев прищурился, отбросил в сторону окурок, и задумался на несколько секунд:
– А ведь здесь ты мне не соврал, генерал… Володька говорил, что к его другу привязались какие-то странные люди, с требованием вернуть какой-то пакет… И что следят за ним и «фээсбэшники», и какие-то другие, по замашкам очень сильно похожие на наших бандюков…
Гришин улыбнулся в ответ:
– Первые - мои люди… Вторые - действительно бандюки… И я даже могу назвать тебе имя их пахана…
– Ладно… Мне этого знать ни к чему! Мне даже не интересно, каким боком в этом деле наши бандюки замешаны!..
– Отмахнулся Ананьев.
– Но то, что ты мне и в этом не соврал…
Гришин посмотрел вдоль аллеи, обернулся на девушку в коротенькой юбочке, проходившей мимо, и проговорил:
– Я хочу, чтобы ты понял, наконец, Анатолий Иваныч, что сейчас я играю открыто!
– Гришин закрыл папочку и спрятал ее в портфель.
– Мне нет никакого смысла тебе врать, потому что знаю - уличишь и тут же пошлешь меня куда подальше! А без тебя в этом деле мне не справится!
– Так чего же ты, в конце концов, от меня хочешь, Иван?
– Ну вот!
– Улыбнулся генерал.
– Ты наконец-то назвал меня по имени… Поверил?
– Пока что не увидел повода сомневаться в твоих словах… Но поверил ли… Этого я еще и сам не знаю!
– Тогда слушай дальше!..
– Теперь тон генерала несколько изменился, и стало понятно, что он уже ставит задание.
– Этот пакет очень важен, «кап три»! Но вы его тогда не нашли! Значит… Знать где он находится, может только Игнатьев!
– Но он же не помнит
ни хрена!– Хлопнул ладонью по колену Ананьев.
– Видать сильно его тогда при взрыве по башке шибануло, если он не то что имени своего не помнит, а даже родной язык забыл! Как же он расскажет, где этот твой пакет!
– А вот ты ему и расскажешь кто он такой есть… Расскажешь историю со спецпортфелем и пакетом… Расскажешь, что у него была жена и есть сын… И что его жена вышла теперь вышла замуж за его лучшего друга, и уже успела родить второго сына… Глядишь, от таких новостей его амнезия и пройдет!..
– И тут Гришин строго, как непосредственный начальник посмотрел на Ананьева.
– Промолчишь, Анатолий Иваныч, ты только о том, что все это рассказал тебе я…
И тут Ананьев заулыбался:
– Хочешь сказать, что вербанул меня, Иван? Был «кап три» Ананьев, а стал шпион Пупкин? Засланный казачок?
– Не шпион, Толя, а разведчик! А сия ипостась для тебя, подводного диверсанта, совсем не нова!
– И что должно случиться, в конце концов?
– Этот пакет должен вернуться в Россию, Дед!
– Неужели это до сих пор так важно?
– Настолько, что о том, что в этом пакете не знает даже мой первый заместитель, полковник Тесленко, твой боевой товарищ!..
Ананьев посмотрел по сторонам, словно искал кого-то, и проговорил задумчиво:
– А Николай все-таки сволочь!.. Мог бы и рассказать, кто у него начальник!
– Он на это не имеет права, Дед… - Улыбнулся в ответ генерал.
– Ты же догадываешься, наверное, о наших правилах, Анатолий…
Дед посмотрел на снующих мимо них прохожих, и проговорил с усталостью в голосе:
– Ну и что теперь, генерал? Мои действия?
– Детали обсудишь с Николаем… Попробуете разработать план действий… На это вам с ним сутки!
– А вот теперь это уже был приказ, и произнесен он был соответствующим тоном.
– А послезавтра вылетишь в Марсель… Предварительно свяжешься со своим Катраном, и скажешь, что есть очень серьезные новости…
Удивительное дело, но Ананьев, через столько лет, опять почувствовал себя в своих санях - он опять был «на службе»:
– Моя задача?
– Тебе надо вытащить Игнатьева в Египет… В общем… Твоя задача добыть пакет, и передать его Тесленко… Или, по крайней мере, достоверно узнать, где этот пакет спрятан или может находится!
– Тесленко едет со мной?
– Он будет рядом с тобой, Дед… Да и не он один… В случае чего - можешь рассчитывать на нашу помощь! Во всем!..
– Ответил генерал неопределенно.
– О способе связи решите уже сами…
Ананьев подумал немного и проговорил:
– Хорошо, Иван! Я все сделаю! Но у меня есть одно условие!..
– Я тебя слушаю, Анатолий Иванович!
– То, что ты мне тут про меня и Катрана наплел, выполнишь или нет, я не знаю… Скорее всего нет… Но! По поводу Дашеньки… В общем… Я никуда не поеду, пока не буду уверен в твоих словах! И ее лечение не должно зависеть от результата всей этой моей партизанщины!
Генерал думал всего две секунды:
– Завтра же, утром, твою внучку, Анатолий Иваныч, переведут в нашу ведомственную клинику! И будут лечить, как лечили бы внучку президента! Уже завтра!