Танос

— Мы вернёмся.

— Уж постарайтесь. — Старейшина кивнул и развернулся к Парису, а Лео тут же попросил:

— Василиос, не делай ему больно.

Парис сглотнул, услышав смелую просьбу друга, и встретился взглядами с замершим старейшиной. По его глазам было видно, как тот размышляет.

— Успокойся, agori. Это не входит в мои намерения.

И, как если бы обдумав его слова, Лео добавил:

— И не позволяй никому другому.

Василиос улыбнулся почти с маниакальным восторгом и слегка пожал плечами:

— Твой друг, Парис, знает меня очень хорошо. Тебе повезло.

— Я не шучу, Василиос. Он мой друг. — Твёрдый голос Лео эхом разнёсся по комнате.

— Обещаю, к твоему возвращению он будет цел.

«Так, — подумал Парис. — Звучит не слишком обнадёживающее. Цел — не обязательно жив и здоров…»

— Успокойтесь, мистер Антониу, — прервал его Василиос. — Я собираюсь оставить вас в очень умелых руках. Пошли.

Под взглядом Василиоса Парис встал и последовал за троицей из спальни.

— Айседора, — позвал старейшина.

Рот Париса открылся при виде прекрасной брюнетки в чёрных кожаных штанах и блузке-корсете, и он прошептал:

— Это ты…

Все находящиеся в комнате повернулись к мужчине. Тот вдруг отчётливо осознал, кто здесь присутствовал и кто нет. Танос. Танос ушёл.

Лео с Аласдэром стояли рядом, а слева от женщины возвышался незнакомец с длинными серебристыми волосами. Его лицо было белым словно снег, а глаза — жутковато серые, прямо как… чёрт, как у Элиаса. Но об этом Парису думать сейчас не хотелось, на пугающего человека было наплевать. Он сконцентрировался на женщине, которую знал.

Именно она была привязана к стулу в офисе Элиаса, слабая и беззащитная, и жаловалась, что тот похитил её. Больше Парис её не видел и успел подумать, что Элиас её убил, но сейчас испытал бесконечное чувство облегчения.

— Любопытно, — пробормотал Василиос и посмотрел в сторону той, кого назвал Айседорой. — Всё выходит даже лучше, чем я предполагал. Подойди, Айседора. Мне нужно, чтобы ты присмотрела за нашим юным другом.

— Ты свихнулся? — возмутился среброволосый. — Я ни за что не оставлю их наедине. Не после того, что мы только что видели.

— Не утруждайся, Диомед. Она ему нравится. Он чувствует себя её защитником, — заявил Василиос. — Я не верю, что он навредит Исе. К тому же его послали убить Таноса. Твоя драгоценная первообращённая будет в порядке. Айседора, только не пугай юношу. Судя по всему, это его заводит.

Глаза у Айседоры широко распахнулись.

— Ты не можешь быть ни в чём уверен, — ответил вампир, которого Василиос назвал Диомедом.

— Верно, но ты не думаешь, что если бы он хотел нас убить, то уже бы сделал это? Брат, ты всерьёз полагаешь, что я подверг бы твою жизнь опасности?

Диомед промолчал, не сводя глаз с Василиоса.

«Брат? Так это другой старейшина? Не удивительно, что он настолько устрашает». Как только в голове у Париса мелькнула эта мысль, Диомед обернул сияющие серебристые глаза в его сторону.

— Итак, Айседора. — Василиос пробился через напряжённость, повисшую в небольшом пространстве комнаты. — Уведи его в судебный зал. Там наиболее безопасно. Аласдэр, отправляйся с Леонидом в его квартиру, сейчас же. Диомед, мы с тобой пойдём в зал. Нужно созвать членов совета. Они имеют право знать, что их кланам стоит затаиться. Они должны защитить себя.

— Ты планируешь рассказать об обеих угрозах? — уточнил Диомед.

— Я планирую сказать им, чтобы смотрели по сторонам. И что Итон не в себе. Нет нужды сеять массовую панику. Кроме того, пора им познакомиться с новым членом нашей семьи и донести до них, что если кто-то его коснётся, то самой большой угрозой стану я сам.

Несколько секунд назад Парис думал, что всё внимание сосредоточено на нём, но это не шло ни в какое сравнение с испытующими взглядами, направленными в сторону Лео. Каждый присутствующий в комнате, включая Париса, смотрел на Леонида так, будто у того выросли крылья… Потому как только что-то подобное и могло удивить эту компанию.

— Ты правда сделал это, — произнёс Диомед, подходя к Лео и изучая его, словно жука под микроскопом. — Раз он связан с тобой, то способен и с нами общаться? Его можно призвать?

— Да, можно. — Парис понятия не имел, что это значит, но факт, видимо, был удивителен, ведь Айседора ахнула и прикрыла ладонью рот. — Могу я или Аласдэр. Значит, он…

— Аномалия, — перебил Диомед.

— Я хотел сказать «наш». Но да, определённо единственный в своём роде. Он связан с нами и выказал волю к жизни, поэтому наша связь меня не волнует. Вообще-то, я нахожу её… приятной.

— Почему ты так легкомысленен? — Интонация Диомеда не оставляла сомнений в том, что поведение Василиоса его не радовало.

— Я честен, а не легкомысленен. Брат, я прекрасно представляю, что ждёт нас в ближайшие часы, возможно, дни. Меня успокаивает, что человек, который должен был меня убить, находится рядом. К тому же, кажется, отношения с врагом входят в грандиозный план, если заметить, кого мы с тобой недавно затащили в постели. А Танос, похоже, почти пришёл к тому же выводу, но вмешалось прошлое.

«Погодите, что? Они с Таносом не…»

— Сомневаюсь, что новости о твоём решении примут хорошо, Василиос.

— Меня это не заботит. Выбор сделан. Леонид — мой. Никому не позволено его касаться. Остальным нужно об этом знать. Теперь вы все отправляйтесь выполнять задания. Нужно устроить и провести встречу. Чем скорее все узнают о том, что происходит, тем больше шансов, что наш вид не окажется в числе вымирающих. Возвращайтесь в зал через час.

Диомед вздохнул, будто из-за всего пережитого у него разыгралась мигрень.

— А что насчёт Таноса и Итона?

— И Элиаса? — добавила Айседора.

— Это уже вне нашей власти. — В комнате повисла мёртвая тишина. — Единственный, кто может что-то изменить, уже в пути.

«Танос, — подумал Парис. — Он, должно быть, имеет в виду Таноса».

— Этого недостаточно! — выкрикнула Айседора. — Итон убьёт Элиаса. — Она подалась вперёд, но Диомед успел придержать её.

— Осторожнее, Айседора, — отозвался Василиос. — Направь свой гнев в правильное русло. А пока забирай Париса и иди, если тебе нечего больше добавить.