Танос

— Я знаю, что ты хочешь убить меня, — продолжил Элиас. — Но именно этого они и хотят. Всё это… всё это специально. Они сделали что-то с ним, с Итоном, специально. Раньше Итон не был таким, ведь так? Он был таким же, как ты. Как другие. Но они что-то сделали с ним.

Элиас закашлялся — явно перенапряг своё ослабшее тело.

Танос оглянулся на Итона, до сих пор мешком лежащего на полу.

А что, если Элиас сказал правду? Что, если Итон был каким-то образом приговорён? Заражён? Невозможно. Но когда Танос впервые встретил своего старейшину, тот сказал, что то, что появилось внутри него, началось совсем недавно…

— Ты лжёшь, — ответил Танос и отпустил Элиаса. Нужно было выбраться отсюда, пока он не сделал то, о чём пожалеет. Например, вырвет сердце из груди этого ублюдка.

Танос подошёл к месту, где лежал Итон, и открывшаяся картина ранила его сильнее, чем он ожидал. Он наклонился, подхватил Итона на руки и, бросив последний взгляд на Элиаса, покинул комнату.

Пришло время изолировать старейшину, для его блага и блага остальных. Сейчас Итон был без сознания, но это не продлится долго, а Танос по собственному опыту знал, какие разрушения мог оставлять после себя этот вампир.

ГЛАВА 20

Лондон, Англия, 1904 год

— Где он? — спросил Танос, появившись на балконе второго этажа особняка, в котором они жили.

Василиос, меривший шагами пол, замер и повернулся на голос. В глазах его засветилось раздражение.

— Внизу. Связан. Но всё очень плохо. Я не видел его таким уже много лет. Где ты был?

Танос пригладил волосы и ослабил шейный платок, который сейчас походил по ощущениям на удавку.

— Не важно. Я пришёл.

Василиос недовольно фыркнул, но тут открылась ещё одна дверь на балкон и в проёме встал Диомед.

— Ты чуть не опоздал, — продолжил Василиос, не удостоив другого старейшину даже взглядом. — Пока ты развлекался с тем, кого трахал весь месяц, Итон устроил переполох.

Танос сделал три больших шагах, чтобы оказаться нос к носу с Василиосом, и проговорил:

— Не вижу причины, почему это должно тебя беспокоить. Если только ты не завидуешь?.. Единственная задача сейчас — позаботиться об Итоне.

— Как приятно знать, что тебе до сих пор есть до него дело.

Скрипнув зубами, Танос отказался начинать новый раунд разборок. У него с Василиосом были напряжённые взаимоотношения. Они терпели друг друга только из-за желаний того, за кем оба присматривали, — из-за Итона.

Диомед встал рядом и положил руки им на плечи.

— Будьте добры, говорите потише. Айседоре и Аласдэру не нужно этого слышать. Иначе нам придётся врать, а мне, если честно, совсем не нравится ложь в отношениях старейшины и первообращённого.

Закипев от скрытого обвинения, Танос бросил сердитый взгляд на сереброволосого.

— Если тебе есть что сказать, говори.

— Хорошо. Есть причина, почему Итон так себя повёл. И ты должен её знать.

Сказанное было правдой, и Таноса охватило чувство стыда и вины. Он понял, на что намекал Диомед. Как и то, что Василиос был прав, говоря о его встречах с молодым человеком весь прошлый месяц.

— Он почувствовал, что твоё внимание ослабевает, — продолжил Диомед. — Тот, с кем ты связан узами, перестал быть твоим приоритетом.

Танос потёр лицо ладонями и подумал о Чарли, к которому уходил каждую ночь.

Он знал, почему искал общества другого мужчины. Чарли был милым и добрым, но при этом с наслаждением удовлетворял плотские потребности Таноса, напоминая тому, почему ему нравилось то, что он делал, и почему он не должен был себя ненавидеть за это. Чарли был полной противоположностью всему остальному в жизни Таноса, он дарил чувство спокойствия, так необходимое вампиру уже в течение нескольких месяцев, с той самой ночи.

До сих пор Танос не мог избавиться от этого воспоминания. Каждый раз, когда он закрывал глаза, память о разрушении и жестокости того вечера заставляла его ненавидеть себя и своего подопечного…

Вечер, когда они вместе с Итоном решили проиграть немного денег Василиоса в карты двум молодым щёголям, выдался особенно холодным. Подумав, что будет забавно позлить старейшину, они бурно проводили время, делая ставки на то, кто чью благосклонность сегодня завоюет. Но спустя несколько ставок, после слишком большого количества выпитого бренди, Итон начал игру, которую даже Таносу не суждено было выиграть.

Через час они очаровали одного из мужчин и уложили его в постель Итона, а спустя ещё один час Танос получил то, что хотел, после чего заснул рядом с подарившим ему удовольствие.

Но следующим утром всё пошло наперекосяк: проснувшись, Танос обнаружил обоих мужчин разорванными в клочья у изножья кровати, а Итон исчез без следа.

Вплоть до той ночи Танос тщательно скрывал свои желания от тёмного подопечного, опасаясь того, что может случиться, потеряй он бдительность. И теперь… теперь он знал…

— Танос, ты должен всё исправить.

От голоса Василиоса опустились руки и спина напряглась.

— И как, по-твоему, я сделаю это?

Выбросив руку вперёд, Василиос ухватил шейный платок Таноса и начал закручивать его так, что очень скоро тот напоминал удавку, как и несколько минут назад.

— Мне плевать как. Но ты всё исправишь. Ты здесь, чтобы служить этому мужчине. Обеспечивать его жизнь и безопасность.

Танос сглотнул и покачал головой.

— Я думал, что я здесь, чтобы обеспечивать безопасность всех остальных.

Василиос подтянул Таноса совсем близко, сощурившись так, что прорези глаз напоминали узкие щёлки.

— Осторожно, agori.

— Или что? Ты убьёшь меня? Ты забыл, что если умру я, то он тоже умрёт? А учитывая меры, которые ты принял, чтобы сохранить ему жизнь, ты вряд ли примешь опрометчивое решение.