Телефон поставлен
Шрифт:
Въ шестомъ часу пріхалъ домой мужъ со службы. Онъ былъ голоденъ, не въ дух, мрачный, усталый. Сухо поцловавъ жену, онъ прошелъ въ кабинетъ. Жена слдовала сзади.
— Максъ, а я безъ тебя накутила по телефону, — виновато
— Не слдовало-бы гостей-то звать, — сердито пробормоталъ Колыванцевъ. — У меня и такъ денегъ въ обрзъ.
— Ахъ, другъ мой, меня телефонъ соблазнилъ. Но зато у тебя сегодня будетъ винтъ, твой любимый винтъ.
И Колыванцева ласково чмокнула мужа въ лысину.
Когда Колыванцевъ увидалъ счета поставщиковъ — онъ ахнулъ. Ему пришлось заплатить что-то больше шестидесяти рублей.
— Ты меня совсмъ разорила. Я вдь послднія деньги отдаю… — говорилъ онъ. — Зачмъ ты сельтерской-то воды заказала? Вдь у насъ есть вода…
— Ахъ, да вдь телефонъ… — вздохнула Колыванцева.
— И вино. Зачмъ такое дорогое вино? Мы никогда такого не пьемъ. Вдь это ужасъ, сколько заплатить приходится. И фрукты… Къ чему такіе дорогіе фрукты?
— Не сердись. Я теб сюрпризъ приготовила. Зато у насъ сегодня къ обду будутъ для
тебя раки…— А для раковъ теперь даже и не время. Сидлые… Они хороши только лтомъ. Фу, сколько денегъ! А я такъ стсняюсь! И чего это теб вздумалось? Надо платить.
— Телефонъ, Максъ… — оправдывалась Колыванцева. — Телефонъ.
Кряхтя отъ неудовольствія, Колыванцевъ послалъ съ лакеемъ деньги ожидавшимъ поставщикамъ.
О заказ корсета Колыванцева не сказала мужу ни слова, но въ утшеніе его подсунула ему записку «для памяти» и проговорила:
— Зато посмотри, сколько въ одинъ день принесъ намъ этотъ телефонъ экономіи! Два рубля сорокъ восемь копекъ. Два рубля сорокъ восемь… Эти деньги мы должны были-бы заплатить за проздъ за закупками… За проздъ и на письма, если-бы у насъ телефона не было. А тутъ экономія.
— Да, экономія… Хороша экономія! Два рубля съ экономили изъ-за телефона, а шестьдесятъ рублей слишкомъ издержали изъ-за того-же телефона. И только изъ-за телефона, чортъ его возьми! — сердито бормоталъ Колыванцевъ.
Вечеромъ у Колыванцевыхъ были гости и онъ проигралъ имъ въ винтъ двадцать два рубля.
— А все телефонъ проклятый! — мысленно воскликнулъ онъ, и лицо его покрылось красными пятнами.
1903