Телеграмма Берия

Ну, а моя жизнь в порядке, только в результате сумасшедшей погоды — снег, оттепель, снег — очень трудно ходить по улицам. Обычно я три дня в неделю бываю в институте, а в остальные дни работаю дома. Терпеть не могу компьютер, но без него писать статьи уже не могу.

Прогресс техники — враг человечества!

Ваша Г.Н.

Это было последнее письмо от Галины Николаевны. В мае с диагнозом «обширный инфаркт» она оказалась в Первой градской больнице. Волей судьбы в июне 2001 года Валерия Алексеевна прилетела в Москву и несколько раз навещала свою подругу в больнице. Оказалось, что это были их последние встречи… 16 июля 2001 года Галина Николаевна Петрова скончалась.

19 июля 2001 года, Мельбурн

От В. А. Троицкой — Директору Института физики земли В. Н. Страхову

Трудно поверить в случившееся несчастье. Какое это горе для всех и для всего… Только в июне я навещала Галину Николаевну в больнице. Она хорошо выглядела, была полна энергии и планов, шутила с моим внуком. Ничто не предвещало этого горя…

Галина Николаевна объединила в себе лучшие человеческие качества — талант учёного, широкую образованность, свободомыслие гражданина, теплоту человека, типично русское гостеприимство, преданность делу и Институту, в котором она работала более пятидесяти лет. Такая утрата невосполнима ни в человеческом, ни в научном планах… Передайте мои глубочайшие соболезнования — Наташе и Тане, а также всей палео-магнитной лаборатории, всему Институту. С Галиной Николаевной нас связывала большая дружба, которая продолжалась в последние годы в виде регулярного обмена письмами. Каждое её письмо было шедевром и по содержанию и по форме. Бисерные строчки её писем завораживали своей безупречной чистотой, своей молодой свежестью, и получать их, зачастую с её стихами, было праздником.

Скорблю вместе с Вами.

Ваша Валерия.

ВОСПОМИНАНИЯ ДРУЗЕЙ И КОЛЛЕГ

Н. Г. Клеймёнова Научная карьера Валерии Троицкой

В 1950 году, после того как детям исполнилось четыре года, Валерия Троицкая поступила в аспирантуру Института физики земли (ИФЗ).

Руководитель В. А. Троицкой по аспирантуре профессор А. Г. Калашников не разделял увлечение своей аспирантки какими-то «кривулями» на магнитограммах, ему больше импонировало исследование магнитного эффекта метеоритов. Но Лера настояла на своем — во всем надо искать нестандартные решения и подходы. Так слабые пульсации в магнитном поле Земли стали главным делом в жизни В. А. Троицкой. В 1953 году она защитила кандидатскую диссертацию и получила такое поздравление от коллег:

Мы все хвалу возносим той. Что шла вперёд неутомимо И донесла в руке одной Двух ребятишек, а в другой — Два колебательных режима.

В 1955 г. при Президиуме Академии наук СССР был создан Советский комитет по проведению Международного Геофизического Года (МГГ, 1957–1958 гг.). Председателем был назначен вице-президент АН СССР академик И. П. Бардин, его заместителями стали член-корреспондент АН СССР В. В. Белоусов, доктор физико-математических наук Ю. Д. Буланже и директор Института земного магнетизма и распространения радиоволн (ИЗМИРАН) доктор физико-математических наук Н. В. Пушков.

Ученым секретарем была назначена молодая энергичная сотрудница ИФЗ АН СССР кандидат физико-математических наук В. А. Троицкая. Она свободно владела иностранными языками, что было в то время немаловажным и во многом помогало ей в новой работе. В. А. Троицкой удалось заразить членов Комитета МГГ своим энтузиазмом и уверенностью в необходимости изучения земных токов. Эта тематика была внесена в Программу МГГ, и к 1957 г. в СССР была организована сеть наблюдений земных токов на 19 станциях.

Серьезные разногласия возникли при решении вопроса о постановке наблюдений земных токов в Антарктиде. Было опасение, что они будут затруднены из-за невозможности хорошего заземления электродов на ледяном континенте. Но, как и раньше, помогло нестандартное решение — на всякий случай землю для этой цели в Антарктиду привезли из Калининграда.

Институтом физики Земли были организованы три станции — «Борок» (в Ярославской области), «Ловозеро» на Кольском полуострове и «Петропавловск-Камчатский».

В строительстве станции «Ловозеро» активное участие принимала Галина Николаевна Петрова и ее сотрудники. В настоящее время «Ловозеро» — базовая обсерватория Полярного геофизического института (ПГИ) РАН.

После обширных работ по программам МГГ возникла идея о проведении одновременных геомагнитных наблюдений в сопряженных точках северного и южного полушарий, т. е. в точках, расположенных на противоположных концах одной и той же силовой линии геомагнитного поля.

Несмотря на успешное проведение первых пробных наблюдений полярных сияний в южном полушарии на французской обсерватории на острове Кергелен в Индийском океане и сотрудниками Полярного геофизического института в Архангельской области, французская сторона не поддержала продолжение этих работ.

Тогда на переговоры в Париж была отправлена В. А. Троицкая. Ее обаяние и энтузиазм, четкая постановка научных задач, а также то, что французы впервые встретили советского ученого, свободно говорившего на их родном языке, во многом способствовали успеху переговоров.

Руководителем исследований с французской стороны был назначен Роже Жендрен (Roger Gendrin). Для проведения совместных исследований была выбрана маленькая, затерянная в болотистых лесах Архангельской области деревня Согра, на правом берегу реки Пинеги в 300 км к северо-востоку от городка Котлас, расположенная вблизи расчетного положения точки, сопряженной с островом Кергелен. В деревне практически не было никаких промышленных помех, даже постоянного электричества, которое подавалось жителям только в определенные часы суток за счет колхозного дизель-генератора; единственное средство сообщения — самолет АН-2.

Очень скоро, в конце 1963 года, для пробных наблюдений в России французские инженеры привезли свою аппаратуру в обсерваторию «Борок».

Зима была слишком холодной для французов, и несколько сотен метров, которые надо было пройти от гостиницы до аппаратурного павильона, оказались для них непреодолимыми. Так случилось, что обсерваторская автомашина из-за поломки была не на ходу.

Нестандартное решение нашла В. А. Троицкая — она договорилась с пожарной частью. Красная пожарная машина, приехавшая за французами, вызвала у них неописуемое изумление. Позднее в Париже они рассказывали, что в России не только флаг красный, но и машины в обсерватории красного цвета. Уже летом следующего года французы снова приехали в Россию и установили в Согре свою аппаратуру. Сегодня это не вызывает удивления, а в те годы приезд иностранцев в глухую архангельскую деревеньку с неизвестно что регистрирующей аппаратурой казался просто фантастикой.

С помощью каких-то смелых, очень убедительных аргументов В. А. Троицкой удалось договориться с соответствующими организациями.

В проведении наблюдений в Согре и их анализе активно участвовали многие ученики В. А. Троицкой — Л. А. Геллер, Б. Н. Казак, Н. Г. Клейменова, Л. Н. Баранский, О. М. Распопов (ЛГУ) и другие. Значительная часть архивных данных этих наблюдений хранится в обсерватории «Борок».

В дальнейшем к наблюдениям в Согре присоединились российские специалисты из других научных учреждений (ЛГУ, ИЗМИРАН, ПГИ, ФИАН). Весной 1968 года впервые были осуществлены запуски геофизических ракет со стартовой площадки на Кергелене. Для согласования запусков специально на этот период была организована прямая радиосвязь между Согрой и Кергеленом, что в те годы было очень сложной проблемой, и не только технической.

После проведения первых синхронных наблюдений в Согре и на Кергелене В. А. Троицкая организовала приезд в Париж группы советских ученых для проведения анализа на французских анализаторах спектров. (Такой анализирующей техники у советских специалистов в те годы еще не было.) Это было новым в геофизике, советские ученые для совместных работ за рубеж в то время не ездили.

Курьезное событие произошло в феврале 1966 г., когда В. А. Троицкая вместе с профессором Института физики земли в Париже Эдуардом Зельцером (Eduard Selzer) была приглашена участвовать в двенадцатичасовом погружении уникального французского батискафа «Архимед» на глубину 2500 м для проведения измерений электрического и магнитного поля на дне Средиземного моря. Впервые в таком глубоководном погружении участвовала женщина. Об этом много писали во французских и советских газетах, а популярный в то время журнал «Огонек» назвал В. А. Троицкую «самой глубинной женщиной в мире».