Темные времена

Хес помедлил. Всего за несколько минут он успел оценить обстановку в городе и понял, что стычки между священниками и охотниками приняли угрожающие обороты, поэтому не хотел разжигать еще большей ненависти, учитывая ту ситуацию, в которой оказываются все человеческие земли. Да и не только – судя по поведению духов и фейри, волшебный народ тоже напуган тем, что может произойти; а кто-кто, а они никогда не станут паниковать, если для этого нет существенного повода.

Он мазнул взглядом по сжавшемуся Исэйасу, размышляя, как ему поступить. Охотники должны знать своего врага в лицо.

– Святой Орден, – коротко ответил он на повисший в воздухе вопрос Неро.

– Что?! – изумленный охотник едва подавил желание прочистить ухо.

– Об этом должна знать только Гильдия, – предупредил Хес, заметив нехороший огонек в глазах охотников. – Если об этом узнают обычные люди, то может начаться резня, в ходе которой пострадают невинные. Еще раз повторю, что ваша задача – обеспечить безопасность. То, с чем нам придется столкнуться – не игра, и масштаб беды – не привычные нам схватки с нечистью. Здесь либо мы, либо они.

Охотники всегда были людьми действия, поэтому зал опустел в считанные мгновения. Собранные, сосредоточенные, бойцы покидали стены Гильдии, уже точно зная, что им грозит. Неопределенность исчезла, как и обреченность, тревога и ощущение безвыходности. Они были полны решимости: сил прибавилось, и связки принялись за работу.

– Признайся, ты использовал чары, – тихо и недоверчиво поинтересовался Ролло, не ожидавший такого безоговорочного подчинения.

Хес скривился и ничего не ответил, тем самым подтвердив подозрения друга.

– Ролло, – неслышно подошел Неро к баггейну. – Как тебе удалось выжить?

– Что ты хочешь от меня услышать? – раздраженно спросил бывший охотник и тряхнул головой. – Как я несколько дней подыхал там, брошенный всеми, зная, что никто не станет меня искать? Как сам прижигал раны, выживал, словно дикий зверь?

– Я слышал, это был баггейн, – жестко сказал темноволосый охотник. – И он ранил тебя.

– И что с того? – Ролло оскалился, и на этот раз ухмылка вышла недоброй.

В колеблющемся свете блеснули нечеловеческие клыки.

– Не прикидывайся идиотом! – вспылил Неро. – Ты не хуже меня знаешь, что происходит с теми, кого укусил оборотень! Почему ты в повязке?

– Он слепой, – неуверенно высунулся из-за спины баггейна рыжий мальчишка.

Глаза у него сверкали: юнцу было страшно, но этот паренек был полон уверенности выгородить друга.

– Неро, – на плечо легла тяжелая рука.

Охотник обернулся и замер. Хес стоял прямо перед ним, и в серых глазах плавилось серебро. Завораживающе, притягательно и невыразимо прекрасно.

Неро сморгнул и сердито мотнул головой.

– Что, Темный вас сожри, здесь происходит?! – взревел он, скидывая руку Хеса со своего плеча.

– Ролло – мой друг и напарник, – холодно сказал черноволосый мужчина, слегка удивленно приподняв брови. – И я за него ручаюсь так же, как и за себя. Тебе этого достаточно?

Неро мрачно посмотрел на хмурого охотника и тяжело вздохнул, махнув на него и его компанию рукой.

– Куда вы сейчас? – стараясь не смотреть на Ролло, спросил он у Хеса.

– К Десебелу, – мужчина улыбнулся. – А потом, надеюсь, устроим жаркий вечер проклятым святошам.

– Не дай мне пропустить это веселье, а? – против воли расплылся в улыбке Неро.

– Нам самим мало будет! – расхохотался баггейн и хлопнул согильдийца по плечу. – Но мы тебе что-нибудь оставим.

– Удачи, – неожиданно для самого себя сказал темноволосый охотник и поспешил покинуть общий зал.

– Ты видел? Он стряхнул мои чары, – недоверчиво сообщил Хес Ролло.

– Что, красавчик, удар по самолюбию? – хмыкнул оборотень, и охотник почти увидел, как тот хитро прищурился. – Ты ж в амулете, от тебя в таком виде мозги не плавятся.

– Чудны твои дела, Темный, – задумчиво произнес Хес и потеребил цепочку на шее.

* * *

Хес дал им на отдых всего два часа. Исэйас, конечно, понимал, что они сейчас крайне ограничены во времени, но такого простить вздорному охотнику не мог: у него жутко болела спина, ноги подгибались, а голова гудела, как набатный колокол. Пока он тащился по коридорам Гильдии в поисках своей комнаты, то успел проклясть все на свете, и в первую очередь самого Хеса, который мрачно посмотрел на послушника, а потом неопределенно махнул рукой в сторону жилых комнат с напутствием найти какую-нибудь свободную. Ломиться в первую попавшуюся парнишка стеснялся, а определить по внешним признакам, есть ли там жилец или нет, не мог. Поэтому печально мотался из крыла в крыло, не решаясь даже постучаться в деревянные двери.

– Ты здесь уже четвертый раз проходишь, – тихо и недовольно донеслось из открывшейся двери, когда Исэйас в очередной раз прошелся по коридору, зевая с таким звуком, будто пронеслась целая орава призраков, разве что только бряцания цепями не хватало.

– Комнату ищу, – буркнул парнишка, оборачиваясь.

Перед ним в одном исподнем красовался уже знакомый мальчишка – Зотик. Правда, Исэйас не сразу узнал его: на юном лице по лбу пролегла глубокая морщина, уголки губ были приопущены, а сами губы сжаты в узкую полоску; карие глаза, казалось, потемнели еще больше, и в них поселилось странное, но очень знакомое послушнику выражение – злоба и обреченность.

– Что ее искать-то? – осведомился Зотик, вышел в коридор и аккуратно притворил за собой дверь. – Заходи в любую. Только вот эти четыре крайних не трогай – тут наша связка. А остальные еще полчаса назад разъехались.

Голос у него стал глуховатым, совсем не похожим на тот звонкий мальчишеский, который звучал возле конюшни в первую их встречу.

– Спасибо, – поблагодарил послушник, но не спешил уходить.

Он видел, что Зотик мучительно стесняется самого себя, старается справиться с собственным страхом и о чем-то спросить его.

– Скажи, – наконец через силу выдавил темноволосый парнишка, – кто это был? Мне учитель так и не сказал.

Исэйас сразу понял, о чем говорит Зотик. Все, что тогда случилось, въелось в его память, как яд в кровь, иногда снилось по ночам, заставляя просыпаться с бешено бьющимся сердцем и оглядываться на Хеса.

– Паучиха, – ответил он, исподлобья глядя на парнишку. – Хес говорил, что она – Высшая Неблагая фейри.

– Как она смогла такое сотворить? – тихо спросил Зотик скорее самого себя и нервно сглотнул.