Тень императора
Шрифт:
– Не грусти, мой милый. Я знаю, что у нас все сложится хорошо.
«Мне бы твою уверенность», – промелькнула мысль и, приподняв ее ладони, я прикоснулся к ним губами.
Девушке это явно понравилось и, возможно, она хотела продолжения, но карета остановилась.
Мы вернулись в столичный особняк и первым, кто нас встретил, был сотник Нерех. Бравый кеметский вояка в боевой броне выглядел обеспокоенно. Он постоянно оглядывался, словно искал злоумышленников, и я кивнул ему:
– Что происходит? Докладывай.
– Господин граф, тут такое дело…
Он замялся, и пришлось его поторопить:
– Не тяни. Говори, как есть.
– Короче, шаман северный приходил, тот самый, который с вами на Восточном фронте был.
– Давно это произошло?
– Час назад.
– И что дальше?
– Шаман вошел в дом, о чем-то поговорил с Торопаем-степняком и господином Айнуром, а потом вместе с ними покинул особняк, сел в коляску и укатил в сторону Черного города. Только тогда мы очнулись, и я приказал всем вооружиться. Как же это… Мы бдим и охраняем, а мимо нас чужой колдун ходит… Так не должно быть… Мы не уследили… Виноваты… Готовы понести наказание…
Нерех запинался, он по жизни не мастак говорить, но суть произошедшего мне была понятна. Иллир Анхо пришел за своими будущими паладинами, забрал Айнура и Торопая, а затем удалился и никто его не задержал.
– Не винись, Нерех, – я хлопнул сотника по плечу. – Воинам отбой. Шамана, если снова появится, не останавливайте, все равно не получится. Просто меня предупредите, если успеете.
– Понял, ваша милость. А наказания, значит, не будет? – уточнил он и заметно повеселел.
– За это нет. Но вопрос к тебе имеется.
– Какой? – улыбка с лица Нереха сползла и он насторожился.
– Ты зачем из оружейной комнаты своей сотни пять магических энергокапсул взял? Воруешь, сотник?
– Никак нет, господин граф! – он вытянулся по стойке «смирно».
– Но гранаты-то пропали.
– Никак нет! Они уже на месте.
– Не понял. А с какой целью ты их брал?
– Одолжил, ваша милость… На несколько дней…
– Ну-ка, давай подробней. Зачем?
Сотник тяжко вздохнул и ответил:
– Как вы знаете, господин граф, мы с Кемета. Когда вы нас взяли к себе в графство, многие беженцы и партизаны перебрались на Эрангу. Однако немалая часть осталась и до сих пор воюет с ассирами. Этим партизанам нужна поддержка и недавно они попросили о помощи оружием, магическими зельями, припасами и гранатами. Мы не могли отказать. Сотники собрались, скинулись деньгами, и кое-что позаимствовали из ваших запасов. Караван на Мистир отправили, а потом, после выдачи жалованья, мы закупили новые гранаты и все вернули.
– И много еще партизан против ассиров дерется?
– Несколько сотен.
– А великий герцог Кайяс и генералы императора им разве не помогают?
– Бывает, что-то подкидывают, но этого недостаточно.
– Ага! А ко мне почему не обратились?
– Не решились, господин граф. Подумали, что сами справимся.
– Связь с земляками как поддерживаете?
– Через портал приходят посыльные или мы кого-то посылаем.
– Партизаны в Маирские горы еще ходят?
– Случается.
– А старший у них имеется?
– Да.
– Кто?
– Вы его не знаете, старейшина Эбин из городка Данген.
– Вызвать его сможете?
– А позвольте спросить, ваша милость… А что вы от него хотите?
– Работа для партизан имеется. За хорошие деньги и воинское снаряжение.
– Понял.
– Когда Эбин сможет появиться в столице?
– Наверное, завтра.
– Отлично. Пригласи его, я буду ждать. Что касается тебя и других сотников, наказывать вас не стану. Однако впредь, хотелось бы знать, что вы опустошаете мои арсеналы. Ты меня услышал, Нерех?
– Так точно.
Отвернувшись от сотника, я направился в дом, а ламия пристроилась рядом и спросила:
– Что тебе до Маирских гор, Уркварт?
Я мог промолчать, но ведьма знала уже столько моих тайн, что одной больше, одной меньше, без разницы.
– Там у меня тайник с кмитами остался,
я тебе говорил. Думал сам в горы прогуляться, пройтись по местам боевой славы, юность вспомнить и вскрыть схрон. Но времени нет, а государь отпуска не даст.– Это точно. Не даст.
– Вот и я так считаю. Поэтому в рейд пойдут местные партизаны, а с ними оборотни и несколько парней Богуча. Они справятся.
– А если нет?
– Значит, не судьба и мои братья будут иметь меньше кмитов, чем их старший брат. Даже три заклятья у каждого серьезное подспорье в жизни. Впрочем, сейчас не до того. Лучше давай подумаем, как и где по Канимам ударить. Идеи есть?
– Да.
– Вот это правильно. Один ум хорошо, а два лучше. У меня тоже кое-что в голове крутится. И думается мне, подруга дней моих суровых, что мы так ударим, что мало никому не покажется.
– Зная тебя, Уркварт, – девушка шутливо толкнула меня кулачком в бок, – я в этом нисколько не сомневаюсь.
Глава 3
О моем назначении на должность советника по особым поручениям при особе Его Императорского Величества объявили на следующий день после нашего разговора с Марком. И сказать, что это вызвало фурор, не сказать ничего.
Был обычный прием, такие устраиваются по десятку каждый месяц. Окруженный гвардейцами император восседал на троне, а справа от него стоял хмурый канцлер. Дворяне, купцы, жрецы, маги и военные, в основе придворная шушера, расположились в большом тронном зале. Сотни людей смотрели на государя и перешептывались. Для них все происходящее не более чем повод засветиться возле трона и отметиться в столичной тусовке. Как же, ведь они свидетели исторических событий и об этом можно рассказывать на светских мероприятиях провинциалам. Поэтому на глашатаев, которые зачитывали новые указы, никто не обращал внимания. Если было что-то серьезное, об этом узнавали заранее, и все дела решались не здесь, а в уютных гостиных, пыльных канцелярских комнатах, личных кабинетах и полевых шатрах. Это понимали все присутствующие, и они оживлялись лишь тогда, когда к императору допускались просители.
Вот и в этот день, все как всегда. Сначала глашатай зачитал указ о назначении пожизненного пансиона для престарелого генерала Битвойза, бывалого военачальника, всю свою жизнь охранявшего восточное побережье Мистира. Затем был указ о новых налогах для добытчиков серебра и золота, а так же указ о пересмотре таможенных сборов на архипелаге Гири-Нар. Далее короткий перерыв и пошли просители.
Попасть к императору на прием может далеко не каждый. Это честь и привилегия, за которую люди, порой, годами дерутся, интригуют и подсиживают друзей. Просителей вообще никто не любит, и чтобы пожаловаться лично императору или обратиться к нему за помощью, простой смертный должен пройти через добрую сотню инстанций или иметь хорошие связи вкупе с весьма толстым кошельком. Поэтому до финиша и заветной цели доходили очень немногие. И на этом приеме таковых было всего три человека.
Вдова майора Матея Сакурадо, просившая пристроить ее детей в военный лицей. Майор, фамилию которого я слышал впервые, никогда не выделялся, самый обычный вояка из ишими-барцев без магических талантов. Следовательно, его детям ничего не светило. Нет смысла оказывать протекцию, ведь военные лицеи это вотчина остверского дворянства. Но мать желала обеспечить своим детям хороший старт и не жалела для этого ни сил, ни времени. Она упорно шла к цели, добралась до самого императора, и Марк гарантировал ее сыновьям устройство в военный лицей. Однако это ничего не значило. Пройти обучение в закрытом учебном заведении могли только очень сильные люди, имевшие подпитку из дольнего мира, а значит, дети покойного Сакурадо вылетят еще с первого курса. Впрочем, кто знает, возможно, они выдержат все испытания и станут настоящими имперскими офицерами.