Тени из преисподней

– Возьмите себя в руки! Рамка показывает, что он где-то здесь. Но где? Надо поискать. Я пойду в тот конец, а вы - в этот, - тихо сказал Александр Федорович и шагнул в темноту.

Бумагину показалось, что он только что услышал свой смертный приговор. Но через минуту Валерий устыдился собственного малодушия и, взяв себя в руки, принялся рассматривать землю. Но все же он то и дело прислушивался к осторожным шагам Кабццева, словно один этот звук мог служить ему охранной грамотой в борьбе со Злом. Но ни на земле, ни в ближайших кустах ничего не было. Едва Бумагин успел подумать о том, что Александр Федорович мог ошибиться, как с противоположной стороны поляны донесся приглушенный голос Кабцева:

– По-моему, нашел! Идите сюда!

Призвав на помощь все свое мужество, Бумагин, скрипя сердцем, отправился на зов своего спутника.

Кабцев сидел на корточках и внимательно разглядывал землю.

– Где?
– спросил Бумагин.

От волнения у Валерия появилась одышка, словно он только что разгрузил грузовик.

– Смотри, рамка указывает вниз, - тихо сказал Кабцев и зачистил рукой широкую металлическую тарелку, с полметра в диаметре.

– Что это?

– Пока не знаю. Может, это вход. Давай попытаемся снять крышку.

Но сделать это было не так-то просто - казалось, что крышка была намертво приварена к металлической трубе, которую можно было рассмотреть после того, как Кабцев и Бумагин разгребли вокруг нее немного грунта.

– Нужна лопата. У вас в машине есть лопата?
– наконец спросил Кабцев.

– Есть.

– Нужно за ней сходить. Принесите, пожалуйста, она нам просто необходима!

– А вы?

– Я пока побуду здесь и покараулю выход.

– Но... А как же зомби?!
– Бумагину было страшно идти одному даже к машине, и он весь передернулся, представив, что Кабцев будет вынужден ждать его возвращения на поляне, где скрывается зомби.

– У меня есть конденсатор. Это, во-первых. А, во-вторых, у нас просто нет другого выхода. Вы моложе меня и сможете принести лопату гораздо быстрее. Сейчас дорога каждая минуту - нам не следует слишком долго оставаться в одиночестве.

– Но мы можем пойти и вдвоем.

– Нет времени, да и за зомби не мешало бы проследить. Все, я вас жду! Кабцев решительно отвернулся к трубе, давая понять, что дискуссия окончена.

Дорога к машине показалась Бумагину гораздо длиннее, хотя обычно бывает наоборот. За каждым кустом ему чудился притаившийся зомби, и пальцы Валерия то и дело крепко впивались в ручку топора.

Вот и машина. Бумагин торопливо открыл багажник и... Сзади раздался громкий хруст сломанной ветки, словно кто-то, до сих пор кравшийся безукоризненно, теперь оступился и выдал свое присутствие. Бумагин оцепенел и медленно, словно все его тело неожиданно потяжелело в пять раз, обернулся назад, забыв про свой фонарь. Плотная стена черного, непроницаемого парка надежно хранила свои тайны, и Валерий так ничего и не увидел.

Решив действовать осторожнее, Бумагин присел рядом с машиной и прислушался. Треск больше не повторялся, но теперь казалось, что весь парк заполнили непонятные, таинственные звуки. Тут Бумагин вспомнил, что Кабцев один остался на поляне, и это придало ему мужества. Отыскать лопату среди прочего немногочисленного хлама было не слишком сложно, и вскоре Бумагин отправился к поляне.

Вначале Валерий заблудился и лишь после довольно продолжительных поисков нашел нужную поляну.

– Быстрее, что вы так долго?!
– нервно упрекнул Кабцев заметно изменившимся голосом.

"Ему тоже было здесь не сладко", - подумал Бумагин и, подав фонарь Кабцеву, принялся откапывать странную трубу.

Валерий углубился не меньше, чем на метр, но труба все так же отвесно уходила прямо в землю.

– А вдруг эта труба метров на пять под землю идет - есть ли смысл копать?!
– разочарованно пробурчал Бумагин после того, как вынул еще несколько десятков сантиметров грунта.

– Тихо!
– Кабцев предостерегающе приставил палец к губам и поднес рамку к трубе возле самого дна выкопанной вокруг нее ямы.

– Здесь. Он здесь. Я думаю, что это не труба, а металлический цилиндр. Иными словами, просто бочка. И я думаю, что сейчас мы ее выкопаем полностью. Может быть, вы устали?
– при последних словах Кабцев потянулся к лопате, но Бумагин, смутившись, не выпустил ее из рук.

– Что вы, Александр Федорович, я просто так проворчал. У меня такой характер.

Минут через десять Бумагин понял, что докопался до дна:

– Кажется, все!

– Теперь нужно постараться вытащить ее на поверхность, - сказал Кабцев и попытался сдвинуть бочку с места.

Она оказалась довольно тяжелой, но все же переместилась на несколько сантиметров.

– Попробуем, хотя это и непросто, - заметил Бумагин и, запустив пальцы под дно, попытался вытащить бочку наружу.

Невероятным усилием Бумагину удалось приподнять ее на ширину ладони, но все же тяжесть оказалась непосильной, и бочка вновь опустилась на место.

– Да тут не меньше ста килограммов, - сообщил Бумагин.

– Попробуем вдвоем, - предложил Кабцев и спустился в яму.

Но там было слишком мало места для двоих, и Александру Федоровичу пришлось вновь вылезти на поверхности.

Яму расширили, но все равно у Кабцева и Бумагина не хватило сил, чтобы поднять тяжелую бочку на двухметровую высоту.

– Может, поедем в город, а завтра кого-нибудь с собой прихватим и уже тогда поднимем ее на поверхность?
– предложил Бумагин.

Кабцев вздохнул, отрицательно покачал головой, но ничего не ответил.

– Нам все равно не поднять ее вдвоем. Да вы и сами говорили, что должны присутствовать при пробуждении Сергея для его же безопасности. А завтра утром, вернее сегодня, мы сюда вернемся!

– Нам нельзя оставлять эту бочку до завтра.

– Но почему?

– В ней сидит Клименчук и, пока мы уедем в город, он вполне может из нее выбраться и скрыться. Я уверен, что бочка заперта изнутри. Если он уйдет, мы можем не найти его во второй раз. Нужно обязательно остаться здесь! И, вместе с тем, я должен присутствовать при пробуждении Проловича, Кабцев тяжело вздохнул, вытер выступивший пот и присел на край бочки...

31

Сергей с трудом продирался сквозь полузатопленный паводком лес, превратившийся в подобие огромного болота. То тут, то там у стволов деревьев копошились омерзительные оранжевые черви. Некоторые из них пытались присосаться к телу Проловича, но Сергей время от времени давил их прямо на своих ногах.

Внезапно впереди грязь покрылась огромным количеством вырвавшихся на поверхность пузырей воздуха, и тут же вверх взметнулась мясистая членистая дуга иссиня-черного цвета. Пролович в страхе отшатнулся в сторону и прижался спиной к старой, шершавой березе. Рядом с первой дугой из грязи выросла вторая, а чуть позже - и третья. Вскоре вся грязь кишела этими мерзкими дугами, которых было уже не меньше десятка. Присмотревшись, Пролович понял, что все эти дуги принадлежат одному огромному организму, напоминающему гигантскую анаконду.