Терраформер
Шрифт:
Таня заметила какое-то движение – тень перемещений на крышах ангаров. Удачно сложившаяся синяя череда шариков подсказывала: «Да птицы, наверно», но Таня всё же нахмурилась, выключила видеоигру и достала бластер. С предохранителя пока его не снимала, и сделала несколько шагов в сторону «теней».
«Прекрати, тут же охрана. Ну да, дроиды, и что? Угнать корабль без ДНК-кода сложно. Да в такой заднице мира и неприличное граффити на заборе – целое событие…»
Она пошла дальше, борясь с желанием выкрикнуть: «Стой! Кто идёт! Назовись!»
Мельтешение
«Подошвами, например».
Она сделала ещё несколько шагов. Шорох затих, воцарилась гнетущая тишина – словно даже местные цикады, сверчки и свистящие тараканы решили заткнуться.
Ничего. Совсем ничего. Это «ничего» было неправильным: как будто оттирали пятно так тщательно, что проколупали дыру.
Таня ругнулась. Включила браслет: без десяти четыре; можно ставки делать – опоздают на полчаса или на час? На планете со строгим графиком вылетов их бы не выпустили, задержись они хоть на секунду, но здесь же всем наплевать.
Она снова прислушалась, но «дыра» так и зияла тишиной. Металлический голос автоматики: «Предъявите свой биометрический паспорт. Техническую документацию. Договор о владении судном» заполнил эту дыру, и Таня шумно выдохнула: надо же, работодатель не опоздал. Семь минут ещё до четырёх.
Как и при первой встрече, сначала Таня заметила Лямбду. Робот быстро то ли шёл, то ли цеплялся за микротрещины в бетоне своими отростками-псевдоподиями, колёсиками, щупами. Он же тащил немалый багаж: ящик с себя размером. Илай Рекке пытался догнать своего Лямбду, попутно шарил по карманам куртки и нервно озирался по сторонам.
– Младший лейтенант Малиновски на месте, – привычная формула вырвалась прежде, чем Таня успела поменять её на что-то вроде «эй, я здесь».
– О, слава космическим богам, вы уже здесь. Надеюсь, мы не очень опоздали. – Илай заулыбался. – Нам во-он туда, последний ангар…
«Тот самый».
Таня не успела ничего ни спросить, ни сделать выводов. На груди Рекке, отразившись в заклёпках и пуговицах, мелькнул красный блик.
«Твою мать».
Таня прыгнула наперерез, сняла бластер и выстрелила.
Весила она, наверное, вдвое меньше, но сбила Илая с ног удачно: Рекке повалился носом вниз, а лазерный залп выжег в бетоне отверстие глубиной в пару метров. Лямбда издал странный звук между писком и верещанием. Не дожидаясь, пока Рекке очухается и стряхнет с себя пыль – именно это он принялся делать, – Таня схватила его за руку и дёрнула на себя.
– Снайперы – там. Держитесь. Я прикрываю.
– М-мои… вещи…
– Робот сам. Простите.
Красная полоса снова перечеркнула небо. Первый раз Таня промахнулась, похоже, а сейчас удалось и оттащить от передовой «охраняемый объект», и удачно пальнуть в темноту: кто-то взвыл и рухнул с крыши
с тошнотворным звуком хрустнувших костей и удара мяса о камень.– Шевелитесь!
Таня выстрелила ещё трижды. Рекке пыхтел над ухом, пытался выдержать её темп. Красная полоса коснулась его губы.
– Ложись!
Запахло гарью. Таня сглотнула: «Ох ты ж…», но Рекке вовсю чертыхался, значит, голову ему ещё не прострелили. Снова пришлось помогать ему встать. Таня пальнула дважды и трижды, больше наугад. Скрежетнуло железом о железо. Неторопливо семенящий Лямбда опережал их, почти добрался до ангара. Искорёженная ладонь из железа и биомешанины коснулась ключа.
«Оно что, откроется?»
Открылось. Таня издала торжествующий вопль и дёрнула своего спутника:
– Ещё немного. Илай. Слышите? Немно…
Перед ними мелькнула фигура. Это был гуманоид, полностью завернутый в чёрный непроницаемый костюм. «Наноскафандр, что ли?» – бегло оценила Таня.
– Руки вверх. И ты – проваливай отсюда, – пробурчал гуманоид. Лямбда открывал ангар, внутри зажглась автоматическая подсветка. – Ты уже нарушила закон. Не усугубляй.
– Значок покажи, коп, – Таня наставила на гуманоида бластер, пытаясь прикинуть, где у того оружие.
– Ты совсем тупая? Проваливай. Это не твоё дело. Нам нужен только…
Внезапно гуманоид вскрикнул, словно от неожиданной и резкой боли. Чернота расплылась, как пятно на тряпке.
«Коллапсар. Вот что это».
– Бегите! – Таня толкнула Реккке, и выстрелила, отпрыгивая в сторону. У них ничего не получится, понимала она. Учёный проиграл бы амёбе в скорости бега, а её полусамодельный бластер против сингулярного вещества – всё равно что консервный нож.
За спиной полыхнуло холодом. Взрыв наоборот: коллапсар втягивал. Впереди выл двигатель корабля. Илай потянул Таню за руку; по наскоро выброшенному трапу они вскарабкались одновременно.
– Будет трясти, – сообщил Лямбда. – Приготовьтесь к перегрузке.
Внизу складывался внутрь себя человек-антивещество, он уже выдрал глыбу бетона весом в пару тонн, дверь ангара и какой-то железный шкаф. Рой разбитых лапочек реял стеклянными насекомыми над катастрофой микросингулярности.
– Ох, боже… он не… – Рекке выглянул в иллюминатор вслед за Таней.
– Нет, планету не разорвёт. Щас остановится.
Рекке продолжал смотреть, Таня же отползла от иллюминатора и прислонилась к переборке. Лямбда выводил корабль в пике.
– Держитесь, немного прижмёт, – хмыкнула она и захохотала.
Перегрузка вжала обоих в переборки. Корабль тряхнуло: Лямбда выводил его в прыжок с околопланетной орбиты, опасный маневр. Военные пилоты так делали, а вот гражданскому наверняка вкатали бы штраф в несколько тысяч кредитов. Мало ли кто из пассажиров со слабым сердцем или ещё какими-нибудь не найденными болячками.
Таня стиснула зубы и держалась за какой-то поручень. Напротив неё судорожно хватал губами воздух Рекке. Илай. Лицо у него пошло красными пятнами.