Терраформер

Напротив пульта разместили синтезатор еды и напитков «всё в одном». Илай ткнул кнопку явно наугад, получил стакан с дымящейся жидкостью, профессиональным жестом понюхал: не приближая к лицу, махнул на себя пар тыльной стороной ладони и только после этого аккуратно попробовал.

– Кофе ничего так.

Второй стаканчик он поставил рядом с Таней.

– Ага. Спасибо. В общем, ты меня втянул в ту ещё задницу, но чёрт с тобой. Я помогу. Скажи только, что ты собираешься делать с планетоидом?

Илай промолчал и почему-то улыбнулся. Таня выразительно вздёрнула бровь и сделала вид, что тянется к бластеру. Это не подействовало.

– Увидишь, – сказал Илай.

Лямбда издал странный звук, похожий то ли на смех, то ли на фырканье.

– Созвездие Райской Птицы, звезда HD 137388, – бормотала под нос Таня. Трёхмерная навигационная карта продемонстрировала оранжевый субгигант, болтающиеся вокруг него недо-планеты были мёртвыми и никому не нужными. Искомый планетоид, притаившийся где-то посередине орбиты, оказался довольно крупным.

– Структура… гранит, песчаник. Признаков жизни не обнаружено, – Таня обернулась к Илаю, который устроился в кресле капитана: Лямбда от комфорта отказался. – Опять какое-то враньё насчёт бактерий?

– Не совсем, – Илай отправил в утилизатор упаковку из-под печенья.

– Слушай, я могу прямо сейчас развернуть эту посудину и сдать тебя в «ДатаГен» с потрохами. И робота твоего тоже, – Лямбда издал неприятный скрип, когда Таня это высказала. – Раз уж мы творим какую-то херню, давай договоримся: честность и ещё раз честность. Я военный. Ты вроде тоже не страховой агент и не менеджер по продажам универсальных дроидов-уборщиков.

Илай засмеялся в кулак.

– Хорошо-хорошо.

– Нет, не «хорошо». Это – условие работы. Ты нанимал меня на простое сопровождение и навигацию…

– Плюс услуги механика, – вставил Лямбда. Он сохранил нейтральный тон, но Тане показалось: он поддерживает её и осуждает своего хозяина.

– Вот-вот. А теперь оказывается, что за твоей задницей гоняется корпорация, не постеснявшаяся нанять «чистильщиков» с коллапсарами. Это точно не входило в стоимость. Считай, что ты мне понравился. Но никакого вранья, понял? Честность – лучшая политика.

Она отвлеклась от карты и отметки точек. Подошла к креслу и нависла над Илаем; даже руку к его горлу не протянула, а тот уже потрогал шею. Быстро учится.

– Хорошо, – повторил он. – Мне просто трудновато объяснить. Я покажу, когда прибудем. Обещаю.

– Это что-то опасное?

Илай вздохнул.

– Ну… в этом корабле двигатель на антивеществе. Он как, опасный?

– Ещё бы. Если выпустить из-под контроля – схлопнется.

– Вот именно.

Таня щёлкнула зубами, борясь с настойчивым желанием то ли врезать по морде своему нанимателю, то ли зафиксировать его понадёжнее и достать из «малого набора механика» индукционную отвёртку или клещи. Наверное, на её лице отобразились садистские фантазии, потому что Илай преувеличенно-бодро проговорил:

– Я пока проверю каюты и оснащение?

– Валяй. Прострою маршрут. Далековато, чёрт подери. Придётся заглянуть на пару планет, перезагрузить двигатель, иначе антивещество всё-таки рванёт. Будем надеяться, что «ДатаГен» нас не подкараулит.

– Согласно процентному соотношению к заданным точкам прыжков, насколько высока вероятность? – Лямбда проводил хозяина осуждающим взглядом лампочек на щитке. Илай остановился возле арки выхода, собираясь исчезнуть в коридоре, но задержался между капитанским мостиком, он же пункт генерации пищи, он же навигационная, и жилыми помещениями.

Таня развела руками. Робот есть робот, точную информацию они воспринимают лучше, чем предположения, но обнадёжить оказалось нечем. Она решила поговорить с Лямбдой потом – авось, выболтает про хозяина что-нибудь, о чём тот умалчивает.

– Чёрт его знает, – ответила она.

– Это негативный прогноз, – доложил Лямбда.

– Без тебя знаю.

– Простите.

Таня только отмахнулась от робота. К уродливой образине она уже успела привыкнуть, а после мастерского манёвра с выведением корабля в прыжок со старта невольно зауважала эту груду железа и… грибной колонии? Всё-таки Илай слегка псих, это же додуматься надо было. Может, и не слегка.

– Хорошо водишь, – сообщила она Лямбде, проводя пальцем светящуюся жёлтую линию на сенсорной карте. Возникло поле «Подтвердить маршрут?» – и Таня решительно ткнула зелёную галочку.

– Я способен к высокоскоростному самообучению. Основа – биологические нейроны, аналогичные человеческому мозгу на основе гифов мицелия. Скорость передачи данных…

– Избавь от подробностей, – Таня отмахнулась, про грибы она всё равно знала только, что на станции «Соляр» вечно плодилась чёрная плесень. Потолок и стены душевой покрывались пушистым налётом, отвоёвывая квадратные метры штукатурки и плитки. Плесень была токсичной, тронешь – брызгала каким-то ядом. Личный состав «Соляра» развлекался тем, что пытался извести паразита, но тот возвращался, словно мстительный призрак из фильмов ужасов. – Но водишь хорошо.

Она протянула руку. Лямбда неуверенно дёрнул одним из своих щупов, но всё же понял жест правильно.

Сработало, подумала Таня. Потом и про хозяина узнаю.

Илай не показывался из жилого отсека так долго, что Таня, закончившая выстраивать карту прыжков с парой остановок на наиболее безопасных и захолустных планетках, забеспокоилась. Раненым тот не выглядел, но, может, она перестаралась, когда за горло хватала? Или гражданский не выдержал выхода в прыжок – точнее, перегрузки на нижней орбите, – и его настиг какой-нибудь инфаркт или инсульт? Где она ему тут новое сердце будет ставить?!

Бросив беглый взгляд на «зависшего» Лямбду – робот напоминал варварское сооружение, вроде идола дикарей-ящероидов с Генуи-18, – Таня отправилась на поиски нанимателя. Военное чувство ответственности пересилило слабый голос: да и пусть сдохнет, авось я-то сама по себе никакой «ДатаГен» не нужна.

– Илай?

Кают было три. В первой Таня обнаружила стандартную откидную кровать, встроенный шкаф для личных вещей и микроотсек с душем и туалетом, тесный и крайне неудобный. Чистить зубы и принимать душ придётся одновременно, хорошо хоть – не совмещая с отправлением естественных потребностей. Вторая каюта оказалась такой же. Таня толкнула дверь третьей:

– Илай?

Тот лежал на кровати лицом вниз, прямо на жёстком синтепоне «матраса». В первую секунду Таня подумала – ему плохо, агония, но потом сообразила: просто спит, всхлипывая во сне. На всякий случай она подошла ближе, тронула шею: кожа была чуть влажной, но тёплой, а пульс, насколько она могла судить, вполне ровным.

– Поставь среды… азотнокислые… – пробормотал Илай, засопел и заснул ещё крепче.

– Тьфу ты, – Таня безжалостно затрясла его за плечо. – Эй, просыпайся. С добрым утром.