Том VIII

Как во всех губернских городах, зимой помещики съезжаются в Кострому, дают благородные театры в пользу приютов и бедных, дают балы, обеды и проч., но это болезненное состояние общества продолжается недолго; с наступлением поста все кончается до будущих святок; этой приятной тишины ожидаю я с нетерпением.

16 апреля 1853 г. Кострома

№ 45

…Столько в это время было перемен. … Неожиданный перевод Валериана Николаевича, приезд Лангеля, его кончина, холера в губернии, ожидание нового начальника. …

Но благодаря Бога, все миновало…

12 августа 1853 г.

{стр. 466}

№ 46

Вести из наших войск составляют предмет общего исключительного любопытства, участия и молитв Россиян.

18 декабря 1853 г. Кострома

№ 47

Милостивейший Государь Николай Николаевич!

Сегодня получил я письмо от брата моего Архимандрита Игнатия, — которым он сообщает мне относящуюся до меня сущность письма Вашего к нему; я спешу отвечать на замечание Ваше. Я тот же Ваш Брянчанинов, что и был, — следовательно мне проситься к Вам совесть не позволила; я был уверен, что если я Вам буду не лишний, Вы мне скажете «ступай ко мне», а с другой стороны, если б у Вас не было места, Вам бы было неприятно отказать мне, — а потому промолчал и не писал Вам. Все семейство мое состоит из одного сына, который учится в Гимназии, следовательно, устройство семейства меня не связывает. Сын мой (внук Грузинки), со мною неразлучен, ожидаю обещанного Вами письма Вашего, а до того, если угодно Вам будет выиграть время, можно начать сношения с Министром, потому что для выгод служебных и денежных мне полезнее быть переведенным по распоряжению начальства.

… ожидаю радости и чести опять служить под начальством Вашим.

24 марта 1855 г.

№ 48

Простите смелость мою отвлекать Вас мелочным делом в то время, когда ум Ваш и душа заняты мыслию и делом Спасения Отечества от обступивших его врагов. … Ставропольский вице-Губернатор Борзенко предложил поменяться с ним местами…

5 мая 1855 г.

№ 49

От бомбардирования Севастополя, где наши верки страдают, от 4 августа, когда пострадали полки наши, сердце Русское отдыхает на действиях Ваших, помоги Вам Господь управиться с Карсом, чтоб успеть всюду, куда думает нести поражение врагам мысль Ваша

22 августа 1855 г. Кострома

{стр. 467}

№ 50

Надеюсь в конце Декабря быть в Ставрополе. Не буду говорить Вам о радости моей, услыхав неожиданную весть, сообщенную Вами о Вашем предположении перевести туда брата.

18 октября 1855 г.

Кострома

№ 51

Приехав сюда [в Петербург — проститься с братьями и сестрами перед отъездом в Ставрополь] 8 числа застал торжество Россиян, сочувствовавших торжеству Вашему. … А. С. Корсаков удержан Государем Императором при себе.

Думаю около 18-го выехать через Москву в Ставрополь. Рассчитываю быть у Наталии Григорьевны [361]. Заеду в Кострому за сыном.

15 декабря 1855 г.

№ 52

По призыву старика, родителя моего, и брата, отца Игнатия, освободившись от службы в Костроме 30 ноября, я заезжал в Вологду и Петербург проститься с ними и 25 декабря выехал из Костромы в Ставрополь.

26 января 1856 г.

№ 53

Много Вы мне доставили отрадно-грустного утешения, сообщив Ваши замечания и наблюдения о брате Архимандрите, — если не ошибаюсь, время, в которое Вы его видели, совпадает со временем сильных испытаний, которым он был подвергнут в последнее время по столкновению с людьми и обстоятельствами; здоровье его, особенно грудь, было расстроено с юношеского возраста — еще тогда он целый год лечился Исландским мохом; что удивительного, если тело его, и от природы слабое, не удержит пламенной души его. По моему разумению письма Вашего, Вы что-то не договариваете в Вашей речи о нем, — не догадываюсь что, но тревожное…

С Вашими запасами дела, верю, что ни праздность, ни скука не найдут доступа к Вам в Скорняково; а в часы досуга благо{стр. 468}словляющая Вас семья Ваша принесет Вам в отраду мир внутренней семейной жизни.

Из новостей ставропольских полагаю, что Вам приятно будет знать, что оба Атамана Казачьи получили прибавочного содержания по 3 тыс. серебром. Рудзевич очень доволен своей поездкой в Тифлис.

Мои дела идут порядочно.

9 января 1857 г.

№ 54

С Вашим трудолюбием очень естественно, что Вы не доживете до недостатка работы. … Сегодня получено формальное известие, что Волоцкой получил отсрочку отпуска заграничного по 1 сентября [18]57 года. … Утешаюсь тем, что по возможности трудом настоящим отдам за свободу от службы в летние месяцы, употребленные на лечение на водах. …

На днях ожидаем сюда Н. С. Корсакова. — Сказывают, что Ставрополю, как губернскому городу, грозят большими изменениями.

31 января 1857 г.

№ 55

Слава Богу дела столько, что унывать некогда… Везде пришлец, слава Богу неимеющий недвижимой собственности, перехожу с места на место, имея свое всегда все с собою, дойду до той минуты, когда мое останется ничто — а над этим Милость Бога Всемогущего.

14 марта 1857 г.

№ 56

В первых числах августа я представлен в Статские Советники. Это повышение дает возможность назначить меня Губернатором, т. е. исполняющим должность. Когда я представился князю Барятинскому после чтения записки о ревизии, он мне сказал: «Я очень доволен вашим управлением Губерниею и желал бы вас оставить на месте этом, но меня стесняет возвращение Волоцкого». На этом остановились сведения, мною собранные. С другой стороны спросили меня, соглашусь ли я принять должность Губернатора в Тобольске, где как предполагают скоро откроется ваканция. Думать было нечего — я отвечал, что согласен. …

{стр. 469}

Была здесь и холера, унесшая и свою долю жертв, в числе их была Нина Александровна Грибоедова.

29 августа 1857 г.

№ 57

Министр В. Д. Ланской по поводу назначения моего в Тобольск вошел к Наместнику с вопросом: нет ли препятствия с его стороны к этому?.. Барятинский отозвался, что он очень неохотно со мною расстанется. … Вместе с тем из Петербурга получил я письмо от брата Архимандрита, коим уведомляет, что 27-го октября имеет быть посвящение его в Епископа Кавказского и Черноморского в Ставрополь. Все это вместе заставило меня написать князю Барятинскому, что будущее направление моей службы я предоставляю на его волю.

8 ноября 1857 г.

№ 58

Милостивейший Государь Николай Николаевич!

Письмо Ваше от 9-го Ноября из Рима я имел честь и утешение получить с последнею почтою. Долго шло оно, и если мое письмо пойдет столько же, то, пожалуй, застанет Вас уже на выезде. — Было время, когда мне очень желалось побывать за границей, — с годами любопытство это притупилось, и теперь, рассматривая свои желания, не вижу побуждений, которые бы могли завлечь меня в чужую сторону.

Что сказать Вам о себе? Дни жизни не останавливаются — чем старее, тем прохождение их становится заметнее; прошедшее кажется ничтожнее — будущее видимо кратчает. — Со дня на день ожидаю сюда приезда брата Преосвященного в уповании, что в сообществе его найду ту утешительную силу духа, в которой нуждаюсь, чтоб доживать век свой, разумно готовясь к близящемуся концу. Ясный, светлый взгляд его уяснит мне темные мои стороны, которые не вижу, ибо огрубел взгляд мой, двигавшийся побуждениями греховными. Готовлюсь оставаться здесь, но верно ничего не знаю. Наместник еще держит запрос обо мне без ответа; в Петербурге ждут пока и не дают хода делу.

Волоцкой в Тифлисе — сказывают, принят хорошо. Лукаш едет в отпуск, чтоб не возвращаться, на его место назначается Капгер. {стр. 470} Корпус Кавказский переименован в Армию; — ждут больших перемен в образовании управления или, как здесь выражаются, большой ломки в управлении.

С 28 ноября у нас в Ставрополе начались снежные метели и продолжались до 25-го почти непрерывно; — местами нанесло снегу более, чем на косовую сажень.

Мне было поручено составить и представить Наместнику в собственные руки предположение о разграничении губерний Астраханской с Ставропольской, с отделением кочующих на Калмыцкой степи Магометан к той или другой Губернии, смотря по тому, к которой будет признано удобнейшим окончательно присоединить самую степь. Работу эту я исполнил и в половине месяца представил по назначению. Слава Богу, дают работу, дают средство уплачивать долг мой отечеству, которому до сих пор не послужил еще столько, сколько желал бы, и сколько мог бы, если б судил себя добросовестно строго. Часто бывает грустно, но грусть эта не продолжительна — дело не дает времени оставаться без дела — и предаваться чувству, растущему в праздности.

Поздравляю Вас, Николай Николаевич, с торжественными празднованиями Рождества, Обрезания и Богоявления Христова

Поручая себя отрадному для сердца милостивому воспоминанию Вашему, — в душевной, смею выразиться, привязанности к Вам, сознательно именуюсь: Ваш Брянчанинов.

26 декабря 1857 г.

г. Ставрополь

№ 59

Милостивейший Государь! Николай Николаевич!

Вот перед глазами моими письмо Ваше от 30 ноября/12 декабря с его грустными звуками из чужбины негостеприимной, с вестию о тяжелой болезни Александры Николаевны, о болезненности Софии Николаевны. Сокрушается сердце, сострадая скорбям любимых нами людей и это сокрушение передается духу, соответственно большему или меньшему единению духа. Кажется мне, что понимаю тяжесть думы Вашей, понимаю скорбь Вашу! Силен Бог восстановить здоровье болящих и скорбь переменить на радость.