Трель соловья

Например, о неожиданном счастье в лице бывшей сотрудницы «птичника», которая на добровольных началах вызвалась пару раз в неделю помогать с допросами.

Лирен умела работать с людьми, умела задавать правильные вопросы — в этом Маркус не сомневался и без того, и допрос послужил лишним доказательством его предположений. Она оказалась поистине незаменимым человеком, в несколько слов запугав храброго воина до того состояния, когда он с радостью был готов признаться во всем, что успел совершить в своей грешной жизни, а заодно и в том, о чем даже помыслить не мог.

И не успел он даже толком обрадоваться, как сама же девушка вернула его с небес на землю, с едва слышимой обидой в голосе задав всего лишь один вопрос.

«Почему ты не сказал, что в город вернулся Карстен?»

И так посмотрела, будто бы сожалела о своем совете надеть амулет, лишив себя возможности без особых сложностей узнать у него все, что хотела. И только закончившаяся беседа с подозреваемым выглядела не иначе, как демонстрация силы.

«О чем это она? — нахмурился Маркус, постукивая по столу пальцами. — С чего взяла, что Карстен в городе? Не я, так Дерил бы это знал. К чему вообще этот интерес? Сама же всего несколько месяцев назад говорила, что не собирается хорошо относиться к человеку, который имеет какие-то предрассудки относительно дара — а теперь обижается. Что-то заставило поменять мнение?»

На глаза попалась записка от Ниры о воре, которым занималась лично она.

— Ну и зачем мне это? — тоскливо спросил у пустоты мужчина, пробегая взглядом по тексту, и усмехнулся. — Нихрена ж себе… Эти слепые кретины действительно верят, что им удалось поймать Тень? Извини, Нира, но не тебе этим заниматься… Но веришь — и верь. Зачем же расстраивать женщину такими мелочами?

В Королевском парке Таркешши было по обыкновению легко и спокойно — заходящее солнце плескалось в озере вместе с веселой ребятней, и их визг доносился даже до верхушки холма, на котором она сидела.

Лирен откинула назад непривычно распущенные волосы и ностальгически вздохнула, с сожалением оглядывая парк. В памяти девушки он навсегда остался вот таким, летним и безмятежным, являясь таким и во снах. А сейчас, как говорят путники, добравшиеся до Дартвы из столицы, его сожгли почти полностью во время бойни в Таркешше, случившейся почти в то же время, что и в Квирне.

Теперь таким парк можно было увидеть только во снах — Лирен даже научилась отличать их от реальности, перестала расстраиваться попусту и теперь просто наслаждалась возможности снова окунуться в последние теплые воспоминания, оставшиеся о родной столице после всего произошедшего.

— Полгода уже прошло, а ты все еще об одном переживаешь, — насмешливо сказали за спиной. — Шрамы действительно добавляют злопамятности?

Девушка невольно улыбнулась. Почему-то ее воображение личный голос разума рисовало исключительно как Карстена — из-за редкостной занудности, наверное.

— Да, что-то в этом духе.

— Мелочно как-то, — усмехнулся он. — Ты осталась жива. Чего тебе не хватает?

— Маленькой амнезии, — призналась Лирен, устраиваясь рядом на поваленном дереве. — Так будет легче.

— У тебя не хватает знакомых магов, которые могли бы помочь? Дерил наверняка это умеет. Чего замялась, не хочешь? А теперь давай честно. Что тебе мешает нормально жить, кроме твоих надуманных переживаний по поводу спины?

— Не знаю, — вздохнула она, поправляя выбившуюся прядь. — Все как-то… неправильно. Это сложно объяснить.

— Пинка тебе не хватает, — сочувственно сказал Карстен и бесцеремонно толкнул в спину обеими руками, скидывая с бревна.

Падение оказалось болезненным — вместо мягкой травы холма в парке девушка свалилась на деревянный пол в темной комнате. В дверном проеме топтались чьи-то босые ноги, слабо освещенные светом свечи.

— Что случилось? — испуганно воскликнула Джоанна, пристраивая подсвечник на полку и плюхаясь рядом с подругой, и обеспокоенно заглянула ей в лицо. — Ты не ушиблась?

— Во сне, видимо, как-то не так повернулась, — пробормотала Лирен, проводя ладонью по лицу и садясь.

— Кошмар приснился, да?

— Что-то вроде, — уклончиво ответила девушка, не желая вдаваться в подробности. — А ты что от меня хотела? Не проверить же, как я сплю.

— Ну… — Джо смущенно опустила глаза и заелозила на месте. — Я услышала грохот у тебя в комнате и подумала, что ты не спишь. А меня мучает один вопрос, и я подумала, что раз уж я все равно тебя не разбужу, то лучше спрошу сейчас, а не буду мучаться до утра.

— Хорошо, я слушаю.

— Я по поводу Глена, — она замолчала, взяла в руки край одеяла и принялась нервно его теребить.

— Что с Гленом? — подбодрила ее Лирен, примерно догадываясь, что она хочет сказать.

— Ты его расспрашивала сегодня… В общем, не говори, пожалуйста, никому! — решившись, протараторила Джоанна и залилась краской.

Девушка рассмеялась и обняла испуганную подругу, так искренне переживающую за судьбу воришки. Вот только кто бы мог догадаться, что он ей рассказывал…

— Ну что ты, Джо, — ласково сказала Лирен. — Если Маркусу надо, пусть сам и ловит. Помогать ему еще и в этом я не буду.

— А ты ему помогаешь? — настороженно поинтересовалась Джо.

— Да. На допросах, и не более.

— Спасибо, Ли! — поблагодарила воодушевленная Джоанна, вскакивая на ноги. — Я знала, что ты хорошая.

Девушка улыбнулась, хотя на душе было паршиво. Вины подруги в этом не было — последние несколько недель Лирен чувствовала себя подавленной после подобных снов с участием Карстена. Во всяком случае, в этот раз она действительно смогла определиться с тем, чего ей не хватает.

Точнее, кого.

— Доброе утро.

Анна вздрогнула и резко обернулась, выпустив из рук сумку с продуктами и неуловимым движением выхватывая из болтавшихся на поясе ножен короткий меч. В сумке захрустела яичная скорлупа, многообещающе намекая на подпорченный обед и необходимость второй раз прогуляться до рынка.

— Доброе, — буркнула женщина, разглядев подошедшего, убрала оружие и спешно полезла в сумку, чтобы успеть спасти от участи яичницы хотя бы мешочки с крупой и сверток с хлебом.

— Извини, не думал, что ты так отреагируешь, — несколько смутился Маркус. — Не хотел пугать.

— Эй, на неделе меня хотели прирезать, и это совершенно не повод понервничать, — фыркнула она, распихивая по карманам спасенное и торжественно протягивая мужчине сумку. — На, потаскай пока. Так чего хочешь?

— Почему на тебя охотятся?

Анна уперла сжатые кулаки в бока и сурово посмотрела на Маркуса, всем своим видом выражая нежелание разговаривать на больную тему. Но под его взглядом все-таки сдалась и ворчливо ответила: