Туманная радуга

— Мальцева, ты уже даже Валерия достала, а он из нас троих самый смирный. Езжай домой, а? Я тебе даже бабла на маршрутку дам, лишь бы ты свалила.

— Хан, зачем ты опять взял их с нами? — шепнула Влада Тимуру на ухо, когда он закончил «разговор». — Они оба тупые, как пробки. Уже бесят меня своим плоским юмором.

— Друзья для пацана — это святое, — философски заметил Тимур. — Тебе стоит к этому привыкнуть. Теперь они всегда будут с нами.

— Трахаться они тоже будут с нами?

— Ну, если ты позовешь подруг…

— Хан, ты придурок, — она стукнула его по руке. — Когда ты был с Каспранской, ты почему-то не звал этих дебилов ходить с вами.

— Больше двух говорят вслух, — заорал Валера.

— Когда Хан встречался с Каспранской, вы тоже везде ходили за ними?

— Да. Куда Ханин — туда и мы. Мы ж кореша.

Все трое парней заржали.

— И вы так же до нее докапывались?

— Конечно, нет, — ответил Андрей. — Она ж была нормальная, не то что ты.

Это прозвучало обидно. Влада посмотрела на Тимура в надежде, что тот осадит своего друга, но снова не получила желаемого. Она замолчала и решила больше ничего не говорить, чтобы Тимур понял, как она обижена. Но ему было все равно. Он тут же принялся говорить со своими друзьями о футболе, как будто Влада вдруг перестала для него существовать.

Играя перед сном в приставку, Тимур даже не думал о блестящей победе в сегодняшней игре. Все его мысли были заняты другим. Сегодня Ласточкин и Шелепов неплохо постарались, и после матча Влада даже ни разу не позвонила. Возможно, ему уже можно праздновать конец их отношений. И плевать, что секса в его жизни сразу станет меньше. Неожиданно для себя он обнаружил, что раньше значимость интима была сильно им преувеличена. Он хотел, чтобы девушка помимо своего тела располагала чем-то еще. Ведь, по сути, секс может случиться с любой из них, а значит, все они равны в этом смысле. Он чувствовал себя стариком, но в последнее время на первый план начали выходить более важные вещи, и он стал ценить то, чего раньше даже не замечал.

Он крупно облажался с Вероникой и теперь не знал, как все исправить. Выключив приставку, он лег на кровать и открыл на телефоне запароленный альбом с фотографиями, где все еще мог видеть ее улыбку.

Нападение с ножницами

В понедельник после уроков Вероника решила отвлечься и испечь на завтра булочки с корицей, залитые сладкой глазурью. Рецепт ей накануне вечером продиктовала бабушка.

На следующий день девушка вышла из дома с большим пакетом самых лучших булочек, которые она когда-либо пекла. Все они были расфасованы на порции по пяти разным емкостям, щедро обернутым в фольгу для сохранности тепла. Первым свою порцию получил Витя. Не удержавшись, он прямо на ходу развернул несколько слоев фольги, и продегустировал угощение. Ел он, как настоящий аристократ. Несмотря на глазурь, ему каким-то образом удалось не испачкать ни лицо, на даже руки.

В школе, попрощавшись с Витей до конца уроков, Вероника набрала Коле Бобарыкину и попросила его спуститься в холл на первый этаж.

— Привет, Вероник, — улыбаясь во весь рот, сказал тот. От его внимания явно не ушел большой контейнер в ее руках, истончавший дивный аромат сладкой выпечки.

— Привет, это тебе. Там не очень красивые, но точно вкусные булочки с корицей и глазурью.

— Ого, здесь же целый короб! Ты оставила что-нибудь для себя?

— Не волнуйся, я вчера напекла их целую тонну, так что всем хватит. Эта порция специально для тебя.

— Спасибо! А ты это просто так, или есть какой-то повод?

— Просто так, — улыбнулась девушка. — Кстати, Коль, мы что-то давно с тобой не общались. Может, придешь в воскресенье на чай? Посидим, поболтаем как раньше, а?

— Вероник, да тут такое дело… — Коля потупил взгляд и принялся рассматривать свои ботинки, как будто на носу одного из них должен был появиться суфлер и подсказать нужные слова. — В общем, я, наверное, не смогу прийти к тебе… Дело в том, что… В общем, моя девушка… Она неправильно поймет, если я… Ну, пойду к тебе в гости. В общем, вот. Ты только не обижайся!

— Коль, да все нормально! — успокоила его Вероника, стараясь не демонстрировать свое чрезмерное удивление. — Я очень рада, что ты нашел девушку! Ей очень с тобой повезло. А я ее знаю?

— Я не уверен… Она из другой школы, мы познакомились на кружке «Юный химик», который недавно открылся в Центре развития и образования на улице Мичурина. Ты наверняка о нем слышала.

— Ух ты! Ну, если она любит химию так же, как и ты, то из вас получится не только прекрасная пара, но и, возможно, целый научный союз! — Несмотря на свои попытки выглядеть естественно, Вероника почему-то чувствовала себя неловко и поэтому поспешила закончить разговор. — Ладно, Коль, заранее приятного тебе аппетита, побегу на историю. Еще увидимся!

— Погоди, Вероник! Я же совсем забыл тебе сказать! — Он хлопнул себя по лбу. — У меня восьмого января день рождения, и я бы хотел, чтобы ты пришла. Подарок не нужен, главное — приходи! В смысле, я был бы очень рад тебя видеть!

— Я с радостью, но твоя девушка… Она не будет против?

— Конечно, нет! Она хорошая. И мы же будем все вместе за одним столом. Я, она, ты, Гарик, Валентин и Тимофей — одна дружная команда! Поиграем в настолки, поедим — будет весело!

— Даже не сомневаюсь, — рассмеялась Вероника. — Я обязательно приду! Спасибо, что позвал!

***

— А старина Бобарыкин даром времени не теряет, — сказала Зинаида на уроке истории, спрятавшись за открытым учебником от глаз сонной Аделаиды Романовны. — Птенчик покинул гнездо! Смотри, не влюбись, Каспраныч. А то он сейчас расцветет, заблагоухает, сбреет то, что все эти годы считал усами, и все — твое сердечко пропало!

— Кажется, он уже их сбрил… Да, точно. Сбрил. Я только сейчас осознала, что усов на прежнем месте не было.

— Видишь?? Уже началось! Когда внуки попросят рассказать вашу с ним историю любви, ты скажешь им так: все началось с усов…

Вероника бесшумно засмеялась, прикрывая рот ладонью.

— На самом деле, я за него рада. Он хороший парень и заслуживает взаимной любви. Мне только немного не по себе, что он пригласил меня на свой день рождения. Туда, где остальные гости будут явно умнее меня.

— Откуда тебе знать? Мало ли какие там у Бобарыкина друзья. Может, Валентин и Тимофей — вообще второгодники.

— С такими-то именами? — Вероника с сомнением покосилась на подругу. — Без шансов.

— Да… Наверное, ты права. Имена обязывают. Чую, будет та еще вечеринка…

— Ничего. Буду сидеть и есть. Уж здесь-то я точно не ударю в грязь лицом.

— Кстати, я бы тоже поела. Булочкам не место под партой, им место — вот здесь! — Зинаида похлопала себя по животу. — Сколько там до конца урока?

— Чумакова, иди-ка к доске, — раздался голос учительницы истории, которая внезапно почувствовала прилив бодрости и даже привстала из-за своего стола. — Я вижу, тебе весело. Вот и расскажешь нам всем что-нибудь веселое о внутренней и внешней политике Владимира Святославича. Программа шестого класса, между прочим.