Ты будешь рядом

Но что руководило Виктором. И почему именно сейчас, когда я так одинока и нуждаюсь в поддержке. Быть может потому, что как раз сейчас они могут увидеть себя в моём лице, каждый со стороны. Увидеть, почувствовать и разделить эту боль.

А быть может, им обоим нужен был урок. Пример того, что настоящее чувство может выдержать любое испытание: и временем, и расстоянием и разлукой. Пример того, что за право быть вместе можно бороться и не потерпеть поражение. Тогда и у них мог бы быть шанс. Это чувство называется погоня за надеждой. И Мария, и Виктор оба гнались за своей надеждой, но к сожалению, пока в разные стороны.

После обеда я не могла отделаться от мысли, что упускаю нечто очень важное в своей жизни, поэтому крутилась на своём стуле как юла. На долго меня не хватило, поэтому я честно отпросилась домой, а сама полетела в центр геологических исследований.

Там творился настоящий хаос. Все метались взад и вперёд, едва не сбивая друг друга с ног. На входе меня встретил совсем другой охранник, который почему-то отказал мне в пропуске. Я попросила его связаться с господином Бра, если таковой ещё работал в центре. Оказалось, он не только работал, но и получил повышение по должности. Теперь он полностью контролировал работу над обеспечением безопасности центра и его сотрудников.

Сергей, увидев меня на мониторе, велел выписать пропуск, и лично спустился встретить меня. Он был сильно взволнован и, как мне показалось, избегал смотреть мне в глаза. Что-то нехорошее защекотало у меня под ложечкой. Что-то было явно не так.

– Сергей, у вас сегодня настоящий пчелиный улей. Я раньше никогда не видела такого движения. Разве что в день отлёта.

– Да, сегодня у нас по-настоящему жарко.

– Открыли что-то новое? Или хорошо забытое старое.
– несмотря на волнение, я пыталась шутить. Но взгляд Сергея был очень серьёзным.

– Почему ты здесь, Лара?

– Как почему?
– я, признаться, удивилась его вопросу.
– Сегодня космолёт Коллина стартует домой. Я думала, что мы сможем пообщаться перед тем, как они заснут.

Сергей улыбнулся, и в улыбке его было столько нежности и грусти, что у меня защемило сердце. Он напомнил мне Коллина. Совсем чуть-чуть.

– Ты настоящая женщина, Лара. У тебя потрясающая интуиция

– Это элементарная логика.

– Логика здесь не причём. Я как раз думал о том, чтобы с тобой связаться.

– Коллин уже ждёт, чтобы я с ним связалась?

– Есть небольшие проблемы.

– Что-то случилось?

– Да.

Должно быть, в тот момент у меня было такое лицо, что Сергей заметно заволновался и, схватив за руку, заставил присесть на ближайший стул. Я сразу же предположила худшее, но не решалась об этом спросить. Я чувствовала, как в груди нарастает ком, а слёзы готовы хлынуть из глаз мощным солёным потоком. Но следующие слова Сергея заставили меня вздохнуть с облегчением.

– Ничего страшного не случилось. Просто мы не можем выйти с ними на связь. Какие-то неполадки в системе связи. Мы уже направили к ним ближайший спутник, и теперь ждём сигнала.

– Но с кораблём всё в порядке.

– Ты спрашиваешь, цел ли он? Конечно, цел. Просто нет связи. Абсолютно никакой. Сейчас мы работаем над тем, чтобы передать им сообщение через спутник. А потом мы получим ответ.

– Когда это будет?

– Не знаю, может, через несколько часов.

Какой ужас. У меня нет столько времени. Мне нужно всё знать прямо сейчас. Я так долго ждала, и теперь на меня давит неизвестность. Что с ними случилось? Быть может, их уже нет в живых, и поэтому они не отвечают. Я должна знать ответы на эти вопросы немедленно. Я не смогу прожить эти несколько часов, и умру от волнения прямо сейчас.

Сергей опустился передо мной на колени и взял мои ладони в свои. У него были крепкие, сухие ладони. Я чувствовала себя маленькой девочкой, которая потерялась и не может найти дорогу домой. Сергей словно читал мои мысли.

– Всё будет в порядке, малышка. Они живы и здоровы. Просто неполадки в системе.

Никто и никогда не называл меня малышкой. Мне почему-то это было неприятно. Но Сергей вряд ли хотел вызвать у меня неприязнь, скорее наоборот. В его глазах читалось беспокойство. Мне было не по себе от того, как он на меня смотрел. Три года назад от такого взгляда я бы растаяла. Но тогда в моей жизни ещё не было Коллина. А сейчас моё сердце принадлежало Колину и он заполнил его целиком без остатка.

Ожидание длилось целых четыре часа, которые показались мне днями. Хорошо бы в таких случаях выдавали снотворное, чтобы заснуть и, не мучаясь переживаниями, проснуться к тому моменту, когда уже всё станет ясно. От волнения я почти до крови изгрызла указательный палец правой руки.

Новости были и хорошими и плохими одновременно. Команда жива и здорова, но система связи полностью вышла из строя. Корабль потерял курс, хотя фактически находился у всех на виду.

Непонятно, почему это произошло. В наше время перебои в системах были такой же редкостью, как воздушные столкновения аэромобилей. Всё проверялось и перепроверялось сотни раз. В космических кораблях можно было жить веками и не бояться, что какой-нибудь прибор выйдет из строя. Это были тончайшие шедевры современной сенсорной технологии. По крайней мере, простые жители земли, такие как я, привыкли так думать.

Сергей практически постоянно крутился возле меня. Я буквально засыпала его вопросами, стараясь хоть немного прояснить ситуацию.

– Это единственная поломка? Вдруг что-нибудь ещё выйдет из строя?

– Никто не даст ответа на этот вопрос. Хотя капитан Бражинский уверил нас, что все остальные системы функционируют более или менее нормально.

– А корабль может лететь без связи?

– Мы не можем рисковать и выпускать в полёт корабль, чьи системы работают с перебоями, оставив его без связи.

– И что тогда будет?

– Мы потеряем корабль. А он будет вынужден двигаться вслепую, ориентируясь на простые навыки космической навигации.

– То есть будет просто лететь, и единственным его руководством будет то, что видно за передней панелью? Фактически по звёздам?

– Совершенно верно.

– Разве это сложно?

Сергей посмотрел на меня как на первоклассницу.

– Космос - это не Земля, где всё упирается в длину, ширину и высоту. Полёт на аэромобиле безопасен, потому как в других аэромобилях тоже сидят люди и управляют движением. Но мы не можем управлять космическими потоками, притяжением орбит, метеоритами и прочей радостью. Мы можем ориентировать и сообщать. Корабль без связи очень рискует.

– Разве они сами не могут себя починить?

– Ты даже не представляешь себе, насколько дорого стоит создание автономной системы ремонта на космическом корабле. Исследования в Солнечной галактике вполне могут обойтись без таких колоссальных затрат.

– Вот живой пример того, что не могут.

– Это поломка временного характера.

– Но в чём причина поломки?

– По мнению Бражинского корабль неудачно прошёл сквозь точку соприкосновения орбит Далиды - 5 и её крошечного спутника Психеи - 8. При расчёте траектории полёта все попросту пренебрегли Психеей -8, учитывая её крохотный размер, примерно 1/10 Луны.