У кладезя бездны. Часть 4

Через пятнадцать минут гонки по вымершей под ударами стужи степи — впереди моргнул фонарь. Лейтенант моментально остановился, вышел из машины, подняв руки. Он знал, что если этого не сделать — пулеметный расчет прошьет машину сотней пуль и не посмотрит, что машина знакомая. Он сам так их учил. Не верь никому. Не доверяй ничему…

Держа руки так, чтобы их можно было видеть — лейтенант вышел из машины. Бросил взгляд вправо… черт, в Аргентине был правый руль, и он все еще до конца к этому не привык. Его глаза наткнулись на что-то вроде торчащего хлястика. Дернуть за него посильнее — и прямо в руки тебе с потолка упадет заряженная винтовка L119A1 [17] .

17

Colt Diemaco C8 в варианте для спецназа с тяжелым стволом. Стандартная винтовка SAS и SBS и в наши дни.

С промерзшей земли — поднялся человек, держа наготове винтовку с подствольным гранатометом. Капрал Дэвид Гастингс — тот же самый, грязно-белый костюм, похожий на костюм Гилли, только соответствующего цвета, лыжная шапочка, настороженные глаза. Второй номер их снайперской пары. Лейтенант знал, что суб-лейтенант Алистер Монро находится где-то здесь, в степи, все видит и может мгновенно вмешаться. И черт его побери, если он видит, где тот находится…

— Все в порядке, капрал? — настороженно спросил лейтенант

— Да, сэр — ответил Гастингс.

— Забирайся в машину. Выступаем…

Капрал сноровисто подобрал тонкий, с теплоизолирующей металлизированной пленкой внутри коврик, забросил его в кузов, сноровисто забрался в машину сам. Он несколько часов лежал в продуваемой антарктическим ветром степи без движения и, несмотря на свое арктическое обмундирование и фляжку с коньяком ужасно замерз. Лейтенант слышал стук, какой издавали зубы капрала об горлышко фляги…

— Не нажирайся — предупредил лейтенант — выступаем сегодня ночью…

— Господи, сэр… кажется, моя задница хрустит от намерзшего льда…

— Где Ал?

— Правее пятьсот, сэр.

Лейтенант погнал машину в указанном направлении. Снайпер встал почти что из-под колес, держа кабину на прицеле своей L115A3, лучшей в мире снайперской винтовки для сверхдальней стрельбы. Именно из такой винтовки — был установлен держащийся до сих пор рекорд дальности попадания в боевых условиях…

— Ал, давай запрыгивай — высунувшись из машины, прокричал Гастингс, и его слова — унес свирепеющий с каждой минутой ветер.

Первым делом — замерзший снайпер разместил в машине свою винтовку, продемонстрировав верное отношение к инструменту своего смертельного мастерства. Затем, почти что на уголке сидения разместился сам. Этот патруль из двух человек — должен был прикрыть командира группы после того, как он встретится с информатором. Слежка здесь, в простуженных аргентинских пампасах сводилась к довольно примитивным методам, и двое, стрелок и снайпер — должны были неминуемо встретить машину слежения, если ее пропустит командир. И встретить, как следует.

Снег уже не таял. Температура держалась в районе минус пяти — шести по Цельсию, но при этом чудовищный ветер делал ее эквивалентом пятнадцати градусов ниже нуля. Ночь обещала быть еще холоднее…

Британцы разместились в сторонке от пастушьего дома в двух норах, которые они выкопали в земле, чтобы не привлекать внимание палатками. Дом был запасным вариантом — в него они намеревались переместиться, когда будет совсем холодно, и сейчас — они ожидали командира, чтобы принять решение…

Операция, исполнить завершающую стадию которой выпало восьми морякам Специальной Лодочной Секции из базы в Пуле, графство Дорсет называлась «Охота на бизонов», и это название было призвано запутать возможного вольного или невольного информатора, случайно услышавшего название операции. Охота на бизонов — скорее такое название подходило для операции в САСШ, отношения с которой все ухудшались и ухудшались. На самом деле — кто-то остроумный просто сравнил аргентинскую пампу с американскими прериями, а американских бизонов, популяция которых все же удалось частично восстановить — с аргентинским скотом, пасущимся в этой самой пампе. Аргентина, кстати, занимает первое место в мире по потреблению мяса, и точно так же, как истинно британским блюдом можно назвать пудинг, а истинно русским блины — точно так же, в Аргентине национальным блюдом была добрая, хорошо прожаренная отбивная.

Однако, они сидели в этой долбаной пампе уже две недели и единственное мясо, какое им довелось отведать, была обезвоженная дрянь из рационов питания. Потом — не стало и ее…

Целью операции был человек по имени Кевин О'Коннел, когда то третий человек в ИРА, Ирландской Республиканской Армии. Его звездным часом — был организованный минометный обстрел центра Лондона, тогда погибли больше двухсот пятидесяти человек, одна из мин угодила туда, куда и был направлен удар — Даунинг-стрит, десять, резиденция премьер-министра страны. Эта акция на короткий момент сделала его командиром всех боевых операций ИРА. Но — через очень короткое время он понял, что волки близко и решил смыться. Причем ушел нехорошо — четырнадцатому спецотделу стало известно, что высший совет ИРА постановил считать Кевина О'Коннела предателем и убить при возможности.

Британская разведка долго, очень долго искала этого ублюдка, чтобы рассчитаться. И, наконец, нашла — здесь, в Аргентине, с документами на имя скотопромышленника Диего Рохаса и стадом скота едва ли не в сто тысяч взрослых особей. Откуда он взял деньги на такое — непонятно.

Для своего проживания — бывший командир Белфастской бригады не мог выбрать места лучше. Аргентина! Смертельный враг Великобритании, страна, где до сих пор британцев вспоминают с лютой ненавистью. В восемьдесят втором году во время конфликта за Мальвины, британский флот потопил оба аргентинских авианосца и один германский, отделавшись потерей одного авианосца и одного тяжелого десантного судна. Аргентинцы, которых вышибли с Фолклендов так до конца и не поняли той жестокой правды, что они стали всего лишь разменной монетой в борьбе сверхдержав, и своей кровью — они уберегли весь мир от мировой ядерной войны. Страшно было бы даже подумать, что было бы, если британский флот потерпел поражение в Южной Атлантике, если бы в руки аргентинцев попали те противокорабельные ракеты, которые шли к ней, несмотря на объявленную британским флотом блокаду [18] . Скорее всего — результатом стала бы высадка на континенте и применение тактического ядерного оружия.

18

Повествование идет от имени британского военного моряка, это надо учитывать. Если бы ракеты дошли к месту назначения — скорее всего, британский флот понес бы куда более существенные потери, только и всего. Хотя… британцы любят очертя голову бросаться на противника, хотя и упорства им тоже не занимать.

С тех пор — Аргентина несмотря ни на что с радостью принимала любых врагов Великобритании и давала им приют. Приняла она и «Диего Рохаса».

Осторожное наблюдение за Рохасом, проводившееся периодически в течение года, очень осторожно чтобы не спугнуть — выявило весьма нетипичные для богатого человека привычки скотопромышленника. Прежде всего — он открыто носил оружие, что в Аргентине вообще то было запрещено и рядом с ним постоянно были люди. Обеспечить это было просто — «Рохас» очевидно сразу вступил в Национал-демократическую партию Аргентины, свел знакомство с генералами и те предоставили ему охрану из действующих военных. Несмотря на то, что «Рохас» был по меркам любой страны богачом — проверка не выявила у него вообще никакого жилья в собственности. Он постоянно перемещался по стране, побывав во всех ее частях, что-то покупал, что-то продавал, улаживал все дела — но собственного дома в этой стране у него никогда не было. Он вел жизнь партизана даже здесь, никому не доверяя и не оставаясь долго на одном и том же месте…

Наконец, Британия приняла решение и в Аргентину были направлены две группы специального назначения, два ударных отряда по восемь человек каждый, каждый из отрядов мог действовать самостоятельно, не ожидая никакой поддержки. «Рохас» мог оказаться в одном из двух мест и как только он там окажется — придет пора нанести удар. Что они и сделают — потому что козырь сегодня выпал им.

В отсутствие своего командира — оставшиеся в норах пять спецназовцев продолжали вести затворническую жизнь, оставаясь ниже уровня земли и не выбираясь оттуда без надобности. Кто-то из них готовил ужин — они прождали тут многим дольше, чем рассчитывали и запасы подходили к концу, суб-лейтенант Дэвид Фортье лежал у низкой бойницы, прикрывая наиболее угрожающее направление с пулеметом калибра.303 [19] . Остальные — лежали у своих щелей для наблюдения в теплых спальных мешках и старались не двигаться, чтобы не тратить драгоценную энергию. Целую неделю они жили впроголодь — но их оружие по-прежнему было в порядке, глаз остр и они способны были совершить марш-бросок к побережью, даже из последних сил.

19

Стандартным пулеметным и винтовочным патроном британской армии в этом мире был.303 британский без ранта, за счет современных порохов его мощность удалось поднять до 3950 дж против 3600 у рантового варианта, что все равно было очень много (для сравнения, американский 30–06 в оригинале 3200 дж). Стандартным пулеметом британской армии был не FN MAG, а Брен L10 и L11 Commando с лентовым питанием. Пулеметом MAG пользовались лишь некоторые части, в основном в укороченном варианте, в частности SAS.

Тойота остановилась вдалеке отсюда, в распадке, на нее набросили маскировочную сеть. Три человека, выбравшись из распадка, побрели к старой пастушьей хижины. Шел снег…

— Трое… — отреагировал на появившихся в поле зрения пришельцев пулеметчик, поудобнее устраиваясь у пулемета.

Ему передали прибор наблюдения, представляющий из себя половинку бинокля, он вгляделся и с облегчением заключил:

— Босс вернулся.

— Выступаем сегодня, парни. Корабль Флота Ее Величества Аргилл выйдет на позицию сегодня ночью и будет оставаться на ней как минимум восемь часов. Возьмем его на рассвете и сразу же унесем ноги к чертовой матери отсюда. Убрать здесь все, шестьдесят минут времени. Затем двигаемся…