У кладезя бездны. Часть 4

Санкт Петербург… возьми же трубку

— Алло — голос хриплый, чуть настороженный. Когда то за право слышать этот голос я готов был убить. Сейчас… наверное тоже.

— Это я. Не называй имен.

— Хорошо.

— Ты забрала его из Египта?

Ну же…

— Да, забрала…

Умница…

— Бери его, поезжай в Кронштадт, и сидите там. С острова не ногой.

Юлия помолчала

— С тобой все в порядке?

— Да. Если вы сделаете, как я сказал — будет в порядке и дальше.

— Но у меня… работа, я не могу.

— Пусть тогда тебя сопровождают морские пехотинцы. Ты сможешь это организовать. Амфибийными силами на Балтике командует Близнов, можешь сослаться на меня. Это очень серьезно…

— Хорошо, я поняла. Не делай глупостей, хорошо.

— Уже сделал. Двадцать с лишним лет назад, когда отпустил тебя…

Не давая ей ответить, я набрал новый номер. Едва слышный щелчок… роуминг.

Какой-то шум в трубке.

— Это я — сказал я — ты в Европе? Где ты?

— Господи… что за вопросы. Я вообще то занята, можешь перезвонить?

— Нет, не могу — резко сказал я — где Ник?

— В школе…

— В школе? Что он делает в школе, черт побери, летом? — разозлился я

— Не кричи на меня! Там международный кампус, дети со всего мира! Он должен общаться с детьми своего возраста!

— Когда ты с ним последний раз разговаривала?

— Вчера. А ты?

Ядом, сочащимся из трубки, можно было захлебнуться. Почему она считает, что я во всем виноват?

— Так. Ксения, прошу тебя, послушай внимательно. У меня серьезные проблемы. Где ты сейчас?

— В Женеве. Что произошло?

— Пока ничего. Но может произойти нечто очень плохое, прямо сейчас. Прямо сейчас, бери машину, поезжай, забери Ника. Садись в самолет, лети в Россию, там сидите во дворце тихо — тихо, пока я не появлюсь. Живым или мертвым, неважно. Это очень важно, послушай меня…

— Уже послушала — отрезала Ксения — у тебя в очередной раз приступ собственника. Я не позволю тебе испоганить жизнь ни мне, ни Нику, никто из нас не будет сидеть во дворце взаперти, в то время как ты шляешься где попало. Ты давно потерял право решать и за меня и за Ника тоже. Все, basta.

— Ксения!

Гудки отбоя. Я набрал номер снова — сброс. Еще раз — сброс. Третий раз… простите, телефон абонента выключен или вне зоны досягаемости.

Господи…

Хотелось выть. От того, как я распорядился своей жизнью двадцать два года назад, от осознания того, к чему я пришел, к чему все это пришло и к чему еще может прийти. От того, что пришла пора жертвовать, и возможно — пришла пора жертвовать мне.

— Прошу прощения — обратился я к барону — я вынужден раскланяться. Но мы обязательно продолжим после того, как я решу некие вопросы.

— Двери этого дома открыты для вас, сударь…

Я набрал еще один номер.

— Добрый день, Невель Секьюрити…

— Оберста Зиммера, пожалуйста.

— Простите, как вас представить?

— Князь Воронцов…

Если Зиммера не будет в Швейцарии — я точно рехнусь.

— Соединяю, сударь…

— Ганс…

— Ха, дружище… — оберст Ганс Зиммер держал образ пьяницы, бабника, авантюриста, своего парня, хотя не являлся ни тем ни другим ни третьим — ты позвонил как раз вовремя. Я собираюсь в поместье. Если хочешь — можешь получить полное сафари за полцены. Только решай быстрее, вечером…

— Ганс, мне нужна помощь — перебил я — в Женеве. Сейчас. Любая цена.

— Что-то мне это перестает нравиться…

Перед моей машиной — открыли ворота, и я рванул по дороге, по частной дороге барона Карло Полетти, ничего не замечая вокруг себя.

— Мне это самому не нравится. В Женеве проходит какое-то событие для аристократов? Прямо сейчас.

— Спрашиваешь. Бал Женевского Красного креста. Собственно, от него я и сматываюсь. Меня на него приглашают и воротят от меня нос — но хотят моих денег.

Так и есть…

— Сколько там будет людей? Где это будет происходить?

— На берегу Женевского озера. Арена дю Женев, подходящее место для такого рода делишек. Если хочешь — уступлю свое приглашение.

— Там будет беда, Ганс. Надо ее остановить. Можно будет всерьез поохотиться — но сафари будет европейским

— Намек понял… — со вздохом сказал Ганс

— Ты поможешь мне?

— Конечно помогу, русский. Как ты когда-то помог мне.

— Сможешь арендовать вертолет?

— Думаю, проблем не будет.

— Тогда вертолет. Самый лучший, какой есть. И пара человек. Тоже самых лучших.

— Все?

— И оружие. Для меня…

10 июля 2014 года Ватикан Апостольский дворец, зал аудиенций

С утра — были отменены все мероприятия на весь день. Официально объявили, что Папа нездоров. Многие кардиналы — разошлись по домам, кроме тех, которые нужны были в предстоящем мероприятии.

Этим же утром — командиры частей Швейцарской гвардии получили неожиданный приказ вскрыть оружейные комнаты. Обычно, вооружение швейцарского гвардейца состоит из великолепной старинной алебарды, которую он носит открыто и пистолета «SIG P226», который он носит под роскошным средневековым камзолом. Только в одной из неприметных комнат в Апостольском соборе — постоянно дежурят несколько вооруженных современным оружием гвардейцев на случай нападения на Папу или теракта на площади Святого Петра. Но сейчас — гвардейцев ждали автоматы «SIG» и снайперские винтовки модели «3000» и «551». Все они умели отлично пользоваться своим оружием, проходя тренировки на стрельбище карабинеров или выезжая в горы, чтобы присоединиться к альпийским стрелкам. Все они проходили службу в составе специальных подразделений швейцарской армии и прошли жесточайший отбор, чтобы войти в число тех семисот счастливчиков, которые входили в Швейцарскую гвардию Ватикана, напоминая, прежде всего жителям Швейцарии о героическом и славном прошлом этой страны…

В девять часов, со стороны улицы Григория Двенадцатого появились несколько неприметных машин. Их пустили внутрь Ватикана через железнодорожные ворота, которые обычно бывают закрыты…

Машины прокатились по тихим, зеленым ватиканским улицам и остановились с тыльной части Апостольского собора у двора Святого Дамаза. В машинах — были до зубов вооруженные люди, и все это напоминало встречу двух главарей мексиканской наркомафии где-нибудь в штате Чьяпас. Но все это — происходило в Ватикане, средоточии благости и центре христианского мира.

Пожилой, много видевший человек в отличном костюме прошел через двор, неторопливо поднялся по лестницам, ведущим в ложи. Его сопровождал средних лет человек со взглядом убийцы, он держался всего на шаг позади него. Остальные — отстали сильнее…

Пройдя ложами, человек оказался в царскую залу, а оттуда — в Паулинскую капеллу, знаменитую тем, что в ней находились две фрески работы Микеланджело. Сейчас — зала была пуста, и в ней находился только человек в пурпурном, кардинальском одеянии и с властным взглядом истинного правителя…