Убик

– Разве это мазь? – спросил Джо. – Я считал, что его принимают внутрь.

Аптекарь какое-то время не отвечал – будто их разделяло огромное пространство… или эпоха. Потом его рот приоткрылся, губы зашевелились. Через минуту Джо услышал ответ.

– «Убик» пережил множество изменений. Производитель постоянно совершенствует препарат. Наверное, вы имеете в виду старый «Убик». – Аптекарь отошел немного в сторону; его манера двигаться, напоминающая то ли замедленное кино, то ли бальный танец, могла показаться красивой, но страшно раздражала. Через минуту он подплыл к окошку и положил на прилавок плоскую жестяную банку с запаянной оловом крышкой. – Последнее время у нас появились трудности с поставками «Убика», – сказал он. – Это новый препарат, он изготовляется в виде порошка, который следует смешивать с дегтем. Деготь приобретается отдельно за очень умеренную цену. Но порошок «Убик» весьма дорог. Сорок долларов.

– Что же в него входит? – холодея от названной цифры, спросил Джо.

– Это секрет изготовителя, – сказал аптекарь.

Джо взял банку в руку и поднес ее к глазам.

– Могу я прочитать надпись? – спросил он.

– Разумеется.

Джо повернулся так, чтобы слабый свет, проникающий через окно, падал на этикетку. С трудом, но ему удалось-таки разобрать печатный текст. Он начинался с того места, на котором обрывалась фраза, написанная красным карандашом дорожного полицейского.

…полным враньем. Она вовсе не пыталась – повторяю, не пыталась – применить свой талант ни после взрыва, ни для спасения Венди, Эла или Эди Дорн. Она солгала, и это проливает новый свет на ситуацию. Я дам тебе знать, как только что-нибудь выясню. Пока что соблюдай крайнюю осторожность. И последнее: порошок «Убик» сохраняет свои уникальные лечебные свойства, если точно и скрупулезно следовать рекомендациям по его применению.

– Могу я заплатить чеком? – спросил Джо. – У меня нет при себе сорока долларов, а «Убик» мне крайне необходим. Буквально вопрос жизни и смерти. – Он достал из кармана чековую книжку.

– Вы ведь не житель Де-Мойна, верно? – сказал аптекарь. – Я это понял по вашему акценту. Видите ли, я должен знать вас лично, чтобы принять чек на такую крупную сумму. В последние дни мы получили слишком много чеков без обеспечения.

– А кредитной карточкой?

– Что такое кредитная карточка? – спросил аптекарь.

Джо поставил банку с «Убиком» на прилавок и с трудом разжал пальцы. Это безнадежно… Молча он вышел из аптеки, перешел улицу и остановился на тротуаре. Оглянулся…

Он увидел лишь дряхлый желтый дом. Окна верхнего этажа занавешены, внизу – забиты досками. Между досок – абсолютная чернота. Ни следа жизни.

Вот, значит, как… Теперь мне никогда не купить «Убик». Даже если я найду сорок долларов на тротуаре. Зато теперь я знаю, что имел в виду Рансайтер. Если он сам, конечно, не ошибается. А если ошибается? Если все, что он говорит и пишет, – плод умирающего сознания? Или полностью умершего? Господи, подумал он с ужасом, ведь это, наверное, правда…

Прохожие вокруг него стали поднимать головы и смотреть вверх, и Джо тоже поднял голову и, прикрывая глаза ладонью от низкого оранжевого солнца, стал смотреть в небо. За белой точкой тянулась белая струйка дыма. Маленький аэроплан усердно расписывал небо. На глазах у Джо возникла надпись:

ДЕРЖИ ХВОСТ ПИСТОЛЕТОМ,

ДЖО!

Легко сказать, подумал Джо. Написать тоже легко…

Горбясь от навалившейся вдруг усталости и предчувствуя возвращение былого ужаса, он поплелся, спотыкаясь, в сторону отеля «Лысая гора».

Дон Денни ждал его в вестибюле, высоком, сводчатом, выстланном темно-красными коврами, – в общем, невыносимо провинциальном.

– Мы нашли ее, – сказал Денни. – Все кончено. По крайней мере, для нее. Все это ужасно. Теперь исчез Фред. Я думал, он едет в той машине, а они думали – он в нашей. Короче, он остался в мортуарии.

– Все пошло вразнос, – сказал Джо. Интересно, мог бы «Убик», все время маячивший перед глазами и не дававшийся в руки, повлиять на ситуацию? Не знаем и не узнаем… – Выпить тут можно где-нибудь? И как насчет денег? Мои тут ничего не стоят.

– Мортуарий платит за все. Так распорядился Рансайтер.

– И за отель тоже? – Странно, подумал он, каким же образом Рансайтер умудрился все это организовать? – Денни, пока никого нет, я хочу показать тебе одну вещь… – Он достал повестку. – Есть и продолжение этой записки, за ним я и ходил сейчас.

Денни прочитал записку – раз и еще раз. Потом замедленным движением вернул ее Джо.

– Рансайтер считает, что Пат лжет нам, – без малейшей вопросительной интонации сказал он.

– Да, – сказал Джо.

– Ты понимаешь, что это значит? – голос его стал жестким. – Это значит, что она вполне могла аннулировать все это – все, начиная со смерти Рансайтера!

– Я думаю, что это означает совсем другое, – сказал Джо.

Денни посмотрел ему прямо в глаза, и впервые за все время Джо увидел в этих глазах страх.

– Ты прав. Да, ты абсолютно прав… – лицо Денни болезненно исказилось. Он все понял.

– Об этом даже не хочется думать – сказал Джо. – Вообще ничего не хочется. Все это мерзко. Хуже, чем я думал. Хуже, чем думал Эл. А он считал, что хуже быть уже не может…

– Значит, может, – сказал Денни.

– Все это время я старался понять – почему, из-за чего, какая причина? Я был уверен, что если узнаю это… – Эл о подобном даже не заикнулся, подумал Джо. Мы оба как сговорились – не предполагать ничего похожего. Из лучших побуждений…

– Пока никому ничего не говори, – сказал Денни. – Может быть, это все неправда. А если и правда, то какой смысл в том, что они ее узнают? Это не поможет…

– Что не поможет? – раздался сзади голос Пат. – Чего это мы не должны знать? – Пат обогнула их и встала напротив. Ее пронзительно-черные глаза смотрели мудро и спокойно. Слишком спокойно. – Вам не стыдно что-то скрывать, когда умерла Эди Дорн? И Фред – он, наверное, тоже умер? Не слишком ли многих мы потеряли? Кто будет следующим, интересно? – Она полностью владела собой и говорила негромко и почти равнодушно. – Типпи лежит в своей комнате. Она не говорит, что устала, но я думаю, что это следует понимать именно так. Вы не согласны?

– Согласны, – помолчав, ответил Денни.

– Что тебе написали в повестке, Джо? – протягивая руку, спросила Пат. – Можно посмотреть?

Джо протянул ей листок.

Вот и все, подумал он. Все линии пересеклись в одной точке. Вот сейчас…

– Как этот полицейский узнал мое имя? – спросила Пат. Она посмотрела на Джо, потом на Денни. – Откуда здесь я?

Она не узнала почерк, подумал Джо. Она просто не видела его никогда…

– Это писал Рансайтер, – сказал он. – Получается, что все это – твоих рук дело, да, Пат? То есть не рук – таланта? Мы оказались здесь из-за тебя?