Учение суфиев

Человек, осужденный собственной совестью, более несчастен, чем тот, кого осудил суд. Человек, чья совесть чиста, может быть осужден на изгнание или тюрьму и все же остается львом, хотя и львом в клетке, – ведь даже в клетке возможно внутреннее ощущение счастья. Но если совесть человека внушает ему презрение к самому себе, то это худшее наказание, горше которого не может назначить ни один суд. Саади прекрасно выразил это; он увидел трон Бога в совести и сказал: “Позволь мне признаться в своих ошибках тебе лишь одному, чтобы не пришлось мне идти ни к кому в мире унижать себя”.

Если мы допускаем унижение, значит мы унижены, считаем мы так или нет. Это не зависит от другого человека, который унижает нас; это зависит лишь от нас самих. Даже если весь мир уверен в обратном, его уверенность ничего не значит, если наш ум чувствует унижение; а если ум не принимает нечто за унижение, то оно и не является для нас таковым, что бы там ни думал мир. Если придут тысячи людей и назовут нас злыми или безнравственными, мы не пов ерим им, пока наше сердце не подскажет нам, что это так. Но едва только сердце скажет: “Я – злой”, - а тысяча людей могут твердить: “Ты – добрый”, - то голос сердца будет звучать для нас громче. Если мы сами сдались, никто другой не сможет нас поддержать.

Конечно, лучше всего избегать унижения, но, если человек не в состоянии сделать это, он становится своего рода пациентом, нуждающимся в помощи врача. Ему нужен кто-то достаточно сильный, чтобы помочь; ему нужен руководящий ум, который бы заботился о нем и вывел из этого состояния. Если человек становится пациентом, он не может сам себя полностью вылечить; он в состоянии сделать многое, но все равно нуждается в докторе. Конечно, когда чувство унижения проникло в ум, то его следует принять как урок, как необходимый яд. Но яд всегда остается ядом. То, что попало в ум, начинает расти в нем. Его надо удалить оттуда; остальное, оно разрастается. Такие впечатления, как унижение, страх и сомнения будут расти в подсознании, принося плоды, и в определенный момент времени человек осознает их.

8. ДАР КРАСНОРЕЧИЯ

Когда мы сравниваем минеральное, растительное, животное царство с царством человека, мы видим, что не только человек, но и всякое другое существо имеет дар выражения. Камень выражает себя мало и мы чувствуем это менее всего. Мы ударяем и разбиваем его, и, так добив его, используем его, и мы совсем не симпатизируем ему, потому что он не говорит с нами. Он рассказывает нам очень мало. Мы более симпатизируем растению, мы любим, нежим его, даем ему воды, потому что оно более выражается, мы более о нем заботимся. Но среди камней есть некоторые, которые говорят нам больше, чем другие: мы ценим бриллиант, рубин и, особенно, изумруд. Мы платим за них тысячи фунтов; мы носим их.

Животное имеет еще больший дар выражения, чем растение или камень, и мы чувствуем, что животные намного ближе к нам. Собака, виляющая своим хвостом, прыгая вокруг, каждым своим движением говорит: “Я люблю тебя”. И мы заботимся о нем еще больше. Мы не хотим растения на своем кресле рядом с нами, но если собака сидит в кресле, то все в порядке. Кот также не имеет слов, но все же он говорит с нами своим голосом. Во всех частях мира люди хвалят соловья из-за его голоса, его выразительности. Есть в лесу множество птиц о которых мы никогда не думаем, потому что они не имеют голоса. Но певчих птиц мы знаем всех, и мы любим держать попугая, потому что он может говорить.

Сказано в Коране, что Аллах сделал человека Халифом - Главой Творения из-за его дара речи. Лишь человек один имеет дар красноречия. И в то время, пока некоторые люди подобны камню, а некоторые подобны растению или животным, другие овладевают человеческим качеством.

Человек, подобный камню, не имеет выражения; он не имеет магнетизма. Он имеет только то, что есть в его внешнем виде, просто, как камни - даже изумруд и рубин: когда они уходят, ничего не остается. Человек, подобный растению не имеет разумности, только некоторые чувства, некоторую личность. В нем может быть некоторая красота, или он может быть как с шипами, или ядовитым. Человек, который подобен животному, имеет чувства и страсти, но он не может их выразить. Только тот человек есть разумное существо, кто имеет дар выражения и кто может говорить о том, что он чувствует.

Дар красноречия у индийцев символизирует “Вак” - богиня речи. Почему не Бог? Потому что тот, кто говорит есть отвечающее Творцу, Богу внутри. Индуисты также различают три вида людей: “Ракшаса” - монстр, “Мануша” - человек и “Девата” - богоподобный человек. Монстр - это тот, кто без речи и чувства. Разумный человек имеет чувство, но не имеет выражения. Богоподобный человек - это тот, кто имеет красноречие; и только одно это красноречие делает его тем, кто он есть. Красноречие существует изначально: “Сначала было Слово” перед сотворением человека. Но ни скала, ни растение, ни животное не могут выразить это Слово, только человек может сделать это, и, когда он выражает его, он становится карандашом Божественного Существа. Вот почему творение в нем завершается, и почему он - высочайший из всех существ.

Но, говоря и этой речью, вредить и ранить сердце, чувства другого это неправильное употребление красноречия. Есть русская пословица: “Сладкий язык - это меч, которым покоряется мир”. Меч имеет два аспекта: он покоряет, и он убивает; язык также может побеждать и убивать. Та же идея выражается в Евангелиях: “Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю”.

Мир подобен куполу, в котором, что бы ни было сказано, возвращается к нам. Если мы говорим: “Как прекрасно!”. Эти слова возвращаются к нам. Если мы говорим: “Ты глупый” - эхо возвращается - “Ты глупый!”. Человек может думать, что он такая важная персона, что он может говорить, что он желает, но однажды эхо его плохих слов вернется к нему назад.

Иногда человек не желает говорить своему другу того, что может ранить того, но и, не желая говорить резко, он может так делать, так как его ум может быть полон плохими впечатлениями, которые хранятся в нем. Поэтому мы должны запасать только хорошие впечатления и не держать других для того, чтобы только хорошее из нас исходило.

Есть два способа говорить о предмете. Перед тем как говорить, человек может поразмышлять о нем, а затем говорить со всеми доводами, которые пришли ему на ум. Это разговор попугая. Он повторяет, что он изучил, просто как попугай говорит определенные слова, потому что он обучен так делать. Другой способ говорить зависит от хранимого, от знания, которое всегда готово внутри человека. Для того, чтобы обнаруживать это знание, нужна стрелка, а эта стрела есть глубокое чувство, которое пронзает все. Знание всегда здесь, но без красноречия мы отключены от этого знания.

Когда мы видим ковыляющего по улице кривобокого калеку, то очень легко посмеяться над ним, но маленькое чувство вызовет в нас сожаление, а глубинное чувство принесет с собой способность выразить сожаление и сострадание.

9. СИЛА МОЛЧАНИЯ

В Веданте дыхание называется “Прана” - жизнь. Дыхание есть цепь, соединяющая тело, сердце и душу вместе. Оно так важно, что когда оно уходит из тела, это тело, которое так сильно любили и охраняли, что малейшая простуда или кашель лечились докторами и лекарствами, больше уже не может быть используемо. Оно не может сохраняться живым.

Говорение есть нарушение дыхания. Когда человек говорит, он совершает намного больше дыханий, чем он должен был бы сделать в противном случае. Дыхание подобно обручу, с которым играют дети: в соответствии с силой удара палки, обруч катится столько-то раз, и когда сила потрачена, обруч падает. Это так же, как заводка часов. Часы идут то время на которое они были заведены: это могут быть 24 часа или неделя, но дольше этого периода они не могут идти, сколько бы еще их не заводили. Или сравните это с детским волчком: он повернется столько раз в соответствии с силой, с которой он был закручен, и, когда сила потрачена, волчок опрокидывается.