Учитель химии

На крыльце никого нет, хотя звонок уже давно прозвенел. Просто, одна половина класса все еще записывает домашнее задание, а другая курит в туалете. После первого урока мои одноклассники всегда курят в туалете, на первом этаже.

К школе медленно идет Федор Иванович. Это наш учитель химии. Немного странная, но легендарная фигура в нашей школе. Федор Иванович подходит ко мне, садится рядом, на скамейку.

Федор Иванович: Здравствуй, Таня. А ты почему одна?

Я: Потому что я прогуляла биологию.

Федор Иванович: Зря…. Но тебе, конечно, не стыдно?

Я: Нет.

Федор Иванович: Ну, все правильно, Таня. Нельзя стыдится того, что тебе не нравится скука. Хотя, ты знаешь, биология — хороший предмет. Его портит только одно.

Я: Приземленность?

Федор Иванович: Нет. Клавдия Михайловна.

Молчание. Я не знаю, что сказать этому старому чудаку, а он и не спешит ничего говорить.

Федор Иванович: Ты веришь в теорию случайности?

Я молчу, поскольку не совсем понимаю, что это такое. Но нутром, чую, что разговор переходит в русло какой-то нудятины, поэтому думаю, под каким предлогом мне смотаться отсюда.

Федор Иванович: А я верю. Верю, потому что иначе нельзя. Но ведь он придет, Таня?

Я: Кто?

Федор Иванович: Мальчик с синими глазами и темным каре. Я знаю, что он придет, Таня. Он опередит всех вас на много веков вперед. И только его, его одного можно будет учить. Учить, понимаешь, Татьяна, учить, а не мучить.

Я:(неуверенно) Понимаю.

Федор Иванович: Я часто ищу его в толпе учеников. Думаю, а может он здесь. А может это я, старый дурак, не замечаю гения среди посредственностей?

Я понимаю, что Федор Иванович, как всегда, уже по шафе. Нужно сматываться, но я не знаю, как. Звенит звонок.

Я: Извините, Федор Иванович, мне пора.

Федор Иванович: Иди…. Только он придет. Когда-нибудь обязательно придет. Синеглазый мальчик с длинным каре. Ты не обращай внимания, что я пьян. Мне сегодня только к пятому уроку, так что успею проветриться. Но ты помни, Таня, он обязательно придет. Может, сбежит из дома, может, оборванный, может, пешком. Как Ломоносов, Таня, понимаешь?

Я киваю и быстро исчезаю за дверями школы.

Звонок с урока.

Перемена вторая

На заднее крыльцо школы подтягивается народ. Выходит Михалыч с Пашкой, девчонки, одноклассники мои ненаглядные, в общем. Утопила бы их всех или топориком зарубила бы, как Раскольников. Но нет во мне маньячных талантов. Все курят. Ну, я тоже курю, не для того, чтобы быть, как все, а так, дурная привычка.

Артур: Люди, вы как насчет экзаменов вообще? Сами или родители помогать будут?

Маша: Я сама. Отец мог бы, но не будет. Он у меня принципиальный в этом плане.

Артур: Не повезло тебе. А у меня папаша сразу сказал, мол, одиннадцать классов — фигня. Это не деньги даже, так, копейки. Главное, потом, институт.

Михалыч: А ты куда собрался?

Артур: В Москву, куда же еще-то? Москва — это сейчас, все. Столица, мать ее! На финансовый. Если у папаши все срастется. А если нет, то в архитектурный, там дешевле. А ты куда потом пойдешь?

Михалыч: А тебе какая разница?

Маша: В ПТУ он пойдет, у него родители на большее не потянут.

Михалыч: Дура крашенная! Я, может, в МГУ собрался!

Все смеются.

Маша: В МГУ! Ну ты загнул. Да тебя в педагогический даже не возьмут! На рожу твою посмотришь — и сразу все понятно. В МГУ! Ну ты, блин, даешь!

Михалыч: Да идите вы все! Со своими папашами и мамашами. Блин, ну че за фигня, все настроение попортили!

Зло бросает сигарету, уходит. На крыльцо выходит Клавдия Михайловна. От нее никто даже и не прячется уже. Ну, девятиклассники еще пытаются сделать вид, что они тут не при чем, так — свежим воздухом подышать вышли, а однокласснички мои, те уже ничего не пытаются, а зачем, и так все понятно.

Клавдия Ивановна: Девятый класс, бросили сигареты, зашли в школу!

Девятиклассники робеют, бросают зажатые в кулак сигареты, потихоньку рассасываются.

Клавдия Ивановна: Одиннадцатый, хрен с вами, курите сколько влезет. Все равно уйдете через три месяца. Что за поколение пошло, а? Таня, тебя почему на уроке не было?

Артур: А ей зачем? Она у нас и так, типа, умная.

Клавдия Ивановна: Тебя не спрашивают, Артур! Так почему тебя не было?

Отмазываться поздно, да и не хочется. Не то настроение.

Я: А я сегодня умерла перед первым уроком, Клавдия Михайловна.

Клавдия Михайловна: А зачем тогда в школу пришла, если умерла?

Я: А я потом воскресла.

Клавдия Ивановна смотрит на меня почти по-матерински заботливо, качает головой, щурит близорукие глаза.

Клавдия Михайловна: Доведете вы меня когда-нибудь. Все.

Маша: Вы тогда в монастырь уйдете?

Клавдия Михайловна: Нет, возьму автомат Калашникова, поставлю всех к стенке и расстреляю. И не дай вам Бог дожить до этих светлых времен.

Достает из сумки пачку «Явы», закуривает.

Артур: Клавдия Михайловна, бросьте эту гадость, возьмите лучше «Парламент».

Протягивает учительнице пачку сигарет.

Клавдия Михайловна: Я бы на вашем месте, Артур, постыдилась бы такое предлагать учителю.

Смотрит презрительно на Артура, резким движением забирает у него сигареты, кладет их к себе в сумочку, уходит.