Укрепленный вход

Однако обнаружилось обстоятельство, к которому Марек не был готов. Из подъезда постоянно выходили какие-то люди, и каждого приходилось брать на прицел.

Марек мечтал уложить Бленкса выстрелом в грудь, в его широкую грудь. Не беда, если он попадет немного левее или правее сердца. В любом случае, выстрел убьет Бленкса. По крайней мере, силы удара хватит, чтобы опрокинуть его на землю, и тогда Марек выстрелит второй раз. Но, скорее всего, этого делать не придется.

Мартин Бленкс пил уже третью бутылку «Миллер Хай Лайф». С его точки зрения, этот напиток лучше всего подходил к случаю. Ведь недаром пивовары называли его шампанским среди бутылочного пива. Бленкс терпеть не мог любое вино, особенно это, с пузырьками. Впрочем, он признавал, и для шампанского есть свое время и место, свадьба бабушки и дедушки например.

— Скажи же наконец, — попросил Мухаммед, — что мы празднуем?

Латиф затягивался качественной тайваньской травкой, которую ему поставлял продавец с нижнего этажа. Эта травка была липучая, как деготь.

— Мы празднуем то, что скоро осуществится желание, появившееся у меня с первого раза, как только я увидел Марека Ножовски. Я заставлю его вернуть мне мой взнос плюс проценты, а затем пришью его.

Лили Браун рассмеялась.

— Да уж, ты на самом деле ненавидишь этого своего партнера, Мартин. Сказать по правде, я бы никогда не работала с человеком, который мне не нравится. Если мне кто-то и нравится, то я не могу ему доверять.

— У меня не было необходимости доверять этому придурку, — заявил Мартин. — Марек пришел ко мне за поддержкой. Если бы он все мог сделать сам, я никогда бы не услышал этого треклятого имени.

Мухаммед протянул Мартину трубку, но тот отмахнулся и открыл еще одну бутылку пива. Бленкс уже расслабился. Он стряхнул разочарование, которое испытывал от того, что в этой сделке им помыкают.

— Знаешь, — продолжил он, — по-моему, Ножовски сделал меня заложником. Не я ведь обращался к нему. Он сам пришел и сказал: сделай то, сделай это, и миллионы у тебя в кармане. Ты станешь богатым и сможешь навсегда отойти от дел. Разве я не выполнил все, что он мне велел? Черт побери, я хорошо выполнял его поручения, а сейчас сижу с поджатым хвостом. Так кого мне винить, себя, что ли? Можешь поверить на слово, Мухаммед, если бы я знал, что у Марека есть деньги, я бы их вытряс из него, миллионов десять.

После полуночи хождение в подъезде дома Мартина Бленкса практически прекратилось, и у Марека Ножовски не осталось даже маленького развлечения, которое ему так нравилось: прицеливаться в каждого, кого он воображал жертвой. Он уже чувствовал усталость, но на случай, если Бленкс не появится до часу ночи, у него был запасной план. Даже восемь планов, надежно спрятанных в кармане пиджака. Восемь «красавиц», настоящих «черных красавиц». Он будет их вызывать каждые шесть часов, и они поддержат его до тех пор, пока наконец Бленкс не появится. Они сделают его движения более острыми, а пальцы более твердыми.

Взгляд Марека был прикован к входной двери дома Бленкса, но все же внимание начало ослабевать. Он вспоминал свою жизнь во Флет-Буше, до того как этот район превратился в гетто. Все было прекрасно, пока не случилось несчастье с его матерью. Отец начал проводить все свободное время в больнице, а дети были предоставлены сами себе. Старшая — Айрин — легла в постель с мужчиной, когда ей было семнадцать лет. С тех пор она только и делала, что разбрасывала младенцев. Мери Джо повезло немного больше. Она вышла замуж за банковского клерка, который в тридцать пять допился до смерти.

Все неудачи семьи только подчеркивали успехи Марека. Они тонули, а он выжил. Он поднимался, а они продолжали опускаться.

Все больше огней гасло в окнах домов на Сорок девятой улице, и Марек уже даже начал вздыхать по собственному дому. Да, надо будет некоторое время не появляться на Бруклинских холмах. Он предполагал уехать на север штата — вдруг Мухаммед Латиф решит отомстить за своего партнера. Всегда ведь существует такая опасность. Так как если Латиф не знает, кто нажал на спуск, то, скорее всего, он станет мстить всем подряд. Но как только у Мухаммеда наклюнется следующая большая сделка, он все забудет. В мире наркотиков финансовый год измеряется днями.

К тому времени, когда как обычно утром в субботу появится Мари, скорее всего все будет в прошлом. Джордж Вэнг станет визжать своим высоким голоском: «Вы что, хотите меня разорить? Я не могу позволить себе посылать женщину, которая ничего не получит!» Марек ему заплатит. Он заплатит за шанс наконец-то сломать ее, покончить с этим самоуважением, на котором она держится.

Как бы ему хотелось купить ее навсегда! Купить, вместо того чтобы брать в аренду. В качестве господина он бы сломал ее в минуту! Она могла поддерживать в себе иллюзию гордости только потому, что ей платили. Но если бы к ней применили силу, если бы ее заставили пойти до конца, с достоинством Мари было бы покончено. Может быть, ему удастся сделать это, не разозлив Джорджа Вэнга? Может быть…

При этой мысли Марек даже немного отодвинулся от окна. Вэнг был более жадным, чем шлюха. Сладкая Мари за деньги могла сделать все, что угодно, а Джордж Вэнг мог продать все, что угодно. Как только Марек устроится на севере штата, он купит Мари на целый день. Пускай она приедет к нему, как обычно, а он заставит ее остаться. Она не будет знать, когда ее отпустят, если вообще это произойдет. Позже он с ней расплатится. Интересно, сколько китаец захочет взять за то, что она никогда не вернется?

Мартин Бленкс был довольно пьян, когда вдруг зазвонил телефон. Обычно он не позволял себе так набираться, но надо было сбросить напряжение последних дней, и к тому же сегодня он не собирался никуда выходить. Мартин позвонил охранникам. Они были на кухне, вместе с Лили и Мухаммедом.

— Мы едем в Бронкс, — заявил он. — Меня ждет малыш Бенни, и я хочу его увидеть перед тем, как он сбросит груз. Так что побыстрее, и держите ушки на макушке. Уже поздно, как бы нам не оказаться чьей-нибудь легкой добычей.

— Вы с Лили тоже едете, Мухаммед? — спросил Микки Пауэлл. — Если поедем все вместе, может, лучше взять микроавтобус?

Лили едет, а я нет, — ответил Мухаммед. — Бленкс и Латиф очень редко ездили вместе. — Так что вы уж как следует присматривайте за моей сестрой вместо того, чтобы тихо играть со своим членом.

На лице Микки промелькнуло удивление. Мухаммед и его сестра рассмеялись.

— Не обращай внимания, Микки! — Бленкс хлопнул его по спине. — Это они надо мной смеются, а не над тобой. Иди и подгони машину. Да просмотри хорошенько все вокруг.

— Так мы едем на «бьюике»? — спросил Стив Пауэлл.

Бленкс немного подумал и покачал головой.

— Нет. В последнее время нас слишком часто видели на «бьюике». Это все равно что написать на ветровом стекле: «Здесь едут Мартин и Мухаммед». Давайте для разнообразия возьмем «форд» Микки. Может, я даже и куплю эту машину или поменяю ее на «бьюик». Что-то у меня нехорошее предчувствие.

Первым делом братья Пауэлл (они жили в однокомнатных квартирах с обеих сторон от жилища босса), проверили дверь, ведущую на чердак. Она была надежно закрыта. Стив Пауэлл осмотрел заднюю лестницу, а его брат — коридор. Если босс засветится, они уже сюда не вернутся. У них в запасе более спокойное жилье. Бленкс внимательно следил за тем, чтобы одно нападение не лишило его сразу всего. Он никогда не держал наркотики и наличные деньги в одной квартире. Весь товар был распределен по разным местам.