Улан 4

Собственно говоря, метод не такой уж новый и то, что при ударе двух ядер практически в одну точку, ударное воздействие усиливается в разы [102] , было известно давно. Даже венедская пехота знала, что если для разрушения какого-то укрепления нужно сделать полсотни разрозненных выстрелов из мушкета, то их можно заменить дружным залпом из десятка стволов. В артиллерии этот принцип действовал ещё более сильно, но вот применять… Применять его в более-менее массовом порядке могли только русские и венеды — у остальных государств металлургия была похуже и качество обработки орудий пониже. Но "массово", это не значит, что все залпы были идеально синхронными — хорошо ещё, если четверть — это был показатель нешуточного мастерства артиллерийского офицера и выучки орудийной обслуги. Батареи же под командованием Наполеона приближались к половине — до него такой класс работы показывал только сам Покора, причём не в нынешнем возрасте корсиканца, постарше… Правда, орудия тогда тоже были качеством пониже.

102

Ударное воздействие усиливается в разы — для особо непонятливых: представьте серию ударов молоточком по стене, а потом — кувалдой… Понятно, что это "не то же самое", но как аналогия сойдёт.

Оценили работу будущего зятя Михеля Покоры и другие офицеры, так что разговоры об излишнем покровительстве фельдмаршала будущему родственнику начали стихать.

Через три дня обстрел принёс заметные результаты — несколько фортов, вынесенных за пределы Эдирне, были уничтожены, остальные форты турки были вынуждены оставить, поскольку единая система укреплений была разрушена. Начали подбираться и к стенам самого города, обстреливали внутренние районы.

— Бах! Гулко ухнула здоровенная осадная мортира и тут же забахали её товарки. С воздушного шара, корректирующего огонь, почти тут же сбросили записку.

— Есть попадание! — Вслух прочитал молодой подпоручик для собравшихся старших офицеров во главе с императором, — накрыли одну из казарм.

— Молодцы! — Похвалил Владимир артиллеристов, — грамотно работают.

Мортиры против крепости вообще достаточно удачное решение и единственный недостаток — сложность корректировки. Ну а когда у тебя есть артиллеристы уровня Покоры и Наполеона, да и в целом артиллерия превосходит даже русскую, ранее считавшуюся непревзойдённой, да воздушный шар для корректировки огня…

Обстрел вёлся уже почти две недели и потери осаждённых были достаточно велики. Померанский регулярно изображал начало штурма и османы не сходили со стен. Так что и потери под ядрами были у них солидные. Попытки же контрбатарейной борьбы были откровенно жалкими — слава османских артиллеристов осталась далеко в прошлом и малейшие намёки на сопротивление были погашены в первую же неделю.

Ждали вылазок турецких войск из крепости, но к огромному разочарованию Рюгена, так и не дождались. Видимо, командование сообразило, что для венедов их вылазка станет настоящим подарком судьбы.

Зато войскам Империи, ушедшим вперёд, пришлось покрутиться: султан не стал концентрировать все войска исключительно на защиту Стамбула и послал вспомогательные войска задержать венедов. Толку от них было немного, но накрученные муллами и дервишами, да ещё и под воздействием наркотиков [103] , некоторые отряды сражались не щадя собственных животов — в том числе и буквально. Нередки были случаи, когда обдолбанный фанатик размахивал саблей, хотя у самого кишки лезли из распоротого брюха. Так что потери у христиан были…

103

Под воздействием наркотиков — на Востоке это дело рядовое и "обдолбанные" солдаты там скорее правило, чем исключение. Даже сейчас.

Примерно через неделю осады у Владимира "отпросился" Ярослав.

— Отец, я тут всё равно особо не нужен, а вот местность перед Стамбулом я помогу зачистить.

— Без тебя обойдутся, — жёстко сказал отец.

— Не обойдутся, — спокойно, очень по взрослому, ответил король Хорватии и эрцгерцог Австрии, мне НАДО, понимаешь?

— Поясни.

— Я могу пойти и без спроса, как самостоятельный властитель, но НУЖНО, чтобы я сейчас там воевал, как один из членов Померанского Дома. Сказать мне… да и тебе, никто ничего не скажет, но если я там буду воевать — сейчас, моё положение в Хорватии, да и на Балканах вообще, станет заметно прочнее. Да и Дому полезно.

— Мда, здесь ты прав, сын — все теперешние события войдут в Историю, в песни и сказания… Ладно. Но я надеюсь, тебе понятно, что ты должен там ПРИСУТСТВОВАТЬ, а НЕ ВОЕВАТЬ? Клинок наголо — только в крайнем случае, когда выхода другого нет. Ясно?

Ярослав прерывисто, с каким-то поскуливанием, вздохнул — он был тем ещё "адреналинщиком", но сказал очень грустно:

— Ясно… Я и сам понимаю, что в прямом поединке мне соперники вряд ли найдутся, но в бою, да ещё и с обкурившимися фанатиками, такого не будет. А рисковать собой я ещё могу… но не так глупо. Но если будет возможность поединков, разрешаешь?!

— Разрешаю, — весело засмеялся император, — если без огнестрельного оружия противники, то хоть с тремя сразу.

К стенам Эдирне подскакал глашатай, выбранный на эту должность за знание турецкого и невероятно лужёную глотку. Надрываясь, он стал орать в жестяной рупор про плен, сытную кормёжку и работу в шахтах — за деньги! Аскеры в большинстве своём трудолюбием не отличались, так что поначалу желающих было немного. Ну а когда даже самые тупые поняли, что в плену лучше, чем в могиле, настроения переменились… После нескольких фраз в глашатая начали лететь стрелы из великолепных османских луков [104] и глашатай ретировался. Через час он появился у стены в другом месте, а затем ещё… Таких глашатаев был добрый десяток и стоявшие на стенах аскеры дословно знали предложения Империи.

104

Османских луков — многие считают эти луки лучшими в мире, вот только мало кто помнит, что слава эта принадлежит не столько тюркам, сколько византийцам (говорю "византийцам" потому, что среди них КАК МИНИМУМ половина была славянами, что собственно и не скрывается), как и многие другие (да почти все — желающие могут поискать в Сети) достижения науки и техники, приписываемые османам — металлургия, кораблестроение и т. д. Завоевав распадавшуюся Восточно-Римскую Империю, тюрки взяли на службу византийцев, владевших немалыми знаниями. А византийские луки, между прочим, имели такое качество, что знаменитые турецкие по сравнению с ними — жалкие поделки детишек.

Пы. Сы. Поначалу завоеватели-тюрки были КРАЙНЕ веротерпимы и веротерпимость эта неспроста. Есть достаточно интересные данные (за достоверность которых не ручаюсь — не историк), согласно которым ислам поначалу некоторыми богословами считался ветвью христианства. Вроде как есть такая информация как в христианских, так и в мусульманских источниках (опять же — не историк, так что не ручаюсь). То есть ислам многими рассматривался как "очищенная" версия христианства, этакий ранний вариант протестантизма. Поэтому внутреннего отторжения у христиан служба вчерашним завоевателям и не вызывала.

Второго июня начался штурм Эдирне. Стройные колонны под прикрытием артиллерии двинулись в сторону города, чьи стены и валы давно уже превратились в руины. Померанский наблюдал за происходящим с воздушного шара — для такого события в воздух подняли все пять, причём три из них предоставили художникам и летописцам — пусть запоминают для будущих поколений…

Впереди ходким шагом спешили гренадеры — мастера рукопашных схваток. За их спинами — "Волки" и пластуны, способные едва ли не бегать по стенам. Дайте им крошечный шанс — и под прикрытием гренадеров они мгновенно просочатся за спины туркам, после чего положение врага станет совсем скверным. Далее шли егеря, оказывающие поддержку передовым штурмовым отрядом метким огнём из нарезных ружей. Ну и затем уже пехота.

Грифич внимательно смотрел в подзорную трубу, не замечая, что её оболочка сминается из-за чрезмерно крепкой хватки.

— Дзинн! — раздался скрежет и подзорная труба рассыпалась. Присутствовавший здесь же генерал-майор Блюхер молча подал ему запасную.

Так… Гренадеры подошли к стенам и… Ворвались! Следом влетели пластуны и прочие мастера "художественной резьбы". Егеря же остановились у проломов и пропустили вперёд пехоту.

— Есть! — Не удержавшись воскликнул император, не отнимая трубы от глаза. Проломы взяты — а это самое главное. Дальше бои могут затянуться на несколько дней: если турки упрутся, придётся штурмовать каждую улицу. Но всё равно — взяв наружные стены, можно было быть уверенным, что большая часть задачи уже решена. Пусть штурмующих вдвое меньше, чем обороняющихся [105] , но это ничего не значит.

105

Штурмующих вдвое меньше, чем обороняющихся — не фейк. В девятнадцатом веке в сражениях на Кавказе и на Балканах русские войска не раз брали крепости с ещё худшим соотношением сил. Причём русская армия тогда несколько "просела" — по сравнению с концом восемнадцатого века, а турецкая — напротив, прошла через оздоровительные реформы.

Завязались уличные бои — порой ожесточённые, а порой аскеры выходили с белым флагом и дружно топали в плен. Пусть на шахтах и неохота работать, но всё лучше, чем умирать… Продвигались имперцы неожиданно быстро, хотя несколько десятков узлов сопротивления всё же возникло. Время от времени Рюген коротко приказывал Блюхеру и тот сбрасывал записки вниз — корректировал действия работающих в Эдирне отрядов.

— Всё, спускаемся, — устало сказал император и закрутил горелку. Шар постепенно начал опускаться и стоящие на вороте солдаты подтягивать канат, помогая приземлиться в нужной точке. Тряхнуло — и корзина встала. Владимир легко выпрыгнул из неё, подождал Блюхера и пошёл в шатёр. Смотреть на происходящее в городе просто не было сил — хотелось вмешаться, причём лично, с саблей в руках… Но если он до сих пор ходил на медведя и кабана, то вот на турок/англичан/французов пришлось прекратить — жизнь императора принадлежит Венедии и Империи и глупый риск непозволителен…