Улыбка бога

…Образно–символическая иероглифика была известна всем первобытным культурам. Без неё не состоялся бы ни один язык. Ни словарь его, ни грамматика. По мере обогащения устного языка объективная потребность в первоиероглифике угасала. Человек уже мог обходиться звуковой речью – системой звукового письма. От первоиероглифики остались отдельные, часто овеществлённые знаки. Они воплотились в предметы, в фигуры орнамента, в племенные гербы.

Но чтобы собрать возможно полно материалы для 1–го тома, мало заглянуть в словари и поискать названия рогатых и безрогих травоядных, начинающиеся на б- и м-. Таковых осталось не так уж много. Тому, кажется, есть две основных причины.

I. Двусмысленность иероглифа 1) «бык», 2) «месяц, луна» и, следовательно, двусмысленность вариантов его названия заставляет жрецов Диалектов договариваться. Результатом первого общественного Договора стало присвоение каждой из двух форм по одному значению: bu — «бык», mu – «месяц (луна)».

В языках, доступных нашему обзору, нет ни одного названия быка, начинающегося на «м-» (но много – на звонкий смычной: bos, bous, bull, b"of, bubalus, buh, byk, buka и т.д.). Крайне редко встретишь название ночного светила, начинающееся на «б-» (англ. moon – «луна, месяц»; month – «месяц» (период времени); нем. Мond – «месяц, луна»; Мonat – «месяц» (п.в.), иран. muh, moh, mah – 1) «месяц (луна)», 2) «месяц» (п.в.); др. — инд. mas – т.ж., абаз. masa – т.ж.

Даже с др. степенью вокализма: mensis – месяц (лат.) > mesis – месяц (слав.); meis (греч. — ион.), mena (гот.), mene (тохар.В.), mi (ирл.) и т.д.1

Если в каких–то диалектах и сохранилась в названии быка м–форма или в наименовании месяца–луны б–форма, мы к ним можем относиться как к реликтам преддоговорной эпохи. Например, в качестве основы глаголов и производных имен смогли уцелеть обе формы в одном значении. Ср. букати = мукати – «мычать» (слав.), buzaw = muzaw – «телёнок» (тюрк.).

Аварский словарь являет пример подчинённости Договору: название быка и производные начинаются со звонкого смычного (бугъа – «бык», боц|и – 1) «скот», 2) «имущество, состояние», баси – «бычок», мн.число – бусби); название ночного светила – с альтернативного согласного (моц| – 1) «месяц, луна», 2) «месяц», «период времени»). Поддерживается англ. bull – «бык», moon – «месяц, луна».

II. а) Начальный «м-» проявил высочайшую стойкость по сравнению со своей альтернативой. В м–форме развитию подвержен конечный согласный во всех языках, с любой направленностью первичного слога. Начальный не изменён:

		mun — mul — mur
mu				mung — mug — muz — muz …
		mung		munx — mux — mus — mus …
				munk — muk — muc — muth' …

Схема развития б–формы значительно сложнее. (Полные таблицы будут подготовлены в Материалах к Словарю.)

		bun — bul — bur
bu		pu — fu — wu — u — hu — u
		bunh		bung — bug — buz — buz
				bunx — bux — bus — bus
				bunk — buk — buc — buth

Как видим, в схеме развития б–формы появляется центральная ветвь – оригинальное направление (утрата начального согласного), которого не избежали ни одно из звеньев таблицы.

bu > … > u

bunh > … > unh

bug > … > ug

bus > … > us

bul > ul и т.д.

[ Важнейшая закономерность! её следы – во всех языках. Вполне возможно допустить, что глагол uga – «мычи» (банту) когда–то звучал buga. Благодаря этой особенности продуктивность б–формы повысилась в десятки раз. И терминами искомого класса оказываются закрытосложные os – «бык» (угро–перм.). С аффиксом уменьшительности oska – «бычок, телёнок, тёлка» (т.ж.).

На Северном Кавказе: us, os – «бык» (удин.). Знак быка us как показатель мужского рода будет участвовать в утраченном иероглифическом письме индоевропейского союза2. Его название станет суффиксом существительного мужского рода -us (лат.), — os (греч.), — as (др. — инд., др. — прус., лит.), — s (лтш.).

В каком–то индо–ирано–германском союзе возобладает диалект, прослаивающий долгий корневой гласный. Вторая, безударная доля разбитого долгого редуцируется ( e > ehe > eh). Ср. нем. sohn – «сын», nacht – «ночь», mehl – «мельница» и т.п. Думаю, в таком диалекте переднеазийское числительное ut’ – 8, (ср. арм. ut – 8) обрело ларингал acht – 8 (нем.), oct–um – 8 (др.лат.) > octo (лат.) и т.д.

В такой среде возникло tigr – «стрела» (иран.) из tir – «стрела» (шум.). И, полагаю, – oks – «бык» (нем., англ. и др.) из os – «бык», как и ohso – «бык» (д. — в. — н.). Предформа: bos.

…И целый разряд терминов древнеиндийских: us – «бык», us–tar – «рабочий буйвол, рабочий скот», uks–an – «дикий буйвол»3; и т.д., др. — иран. uhsan – «бык», тохар. В okso – «бык», «вол». Не чужды этому разряду и тюркские: ogus – «бык» (якут.), oguz (кум. диал.), ouz (тур.). В большей сохранности умлаутный антоним:

"og"uz ("ok"us) – не бык		«корова»		«крупный рогатый скот» (тур.)
		«вол»

«общеалтайского» и более распространения. Интерес представляют ротированные формы: uker, huker — 1) «корова», 2) «бык» (монг.), h'uk'ur — «корова, рог.скот» (тунг.), "ok"or – «рог.скот» (венг.), vakar – «корова» (чув.), bakra – «корова» (араб.) и т.д.

Прав Г.Вамбери, связывавший "okuz с "okur, "ogur – «мычать» (Vambery, 208). Там же он предполагал, что оба эти слова содержат тот же корень, что и buha – «бык» (с потерей начального смычного). Алтаисты, вообще, полагали, что источником всех приведенных форм была искусственно восстановленная праформа p"ok"or. Но утрата начального смычного не была прослежена как закономерность. Так и остается в науке рядовой случайностью. Иначе бы многое объяснилось из того, что сегодня кажется загадочным в «национальных» науках.