Ундервельт. Западня

— Откуда ты это знаешь? — Топающий за Ароном Тарвит навострил уши в предвкушении ответа, но был разочарован.

— Все, кто сюда попадает, не помнят свою жизнь до Ундервельта и не знают, почему именно они и именно здесь. И я не знаю, но не хочу выбираться, потому что чувствую: мое место тут, в Ундервельте.

Хотелось напасть на Арона, связать и выпытать правду, но было ясно: его правда отличается от объективной реальности и вряд ли будет полезна.

— Что это за место и почему ты мне помогаешь? — не унимался Тарвит. — Сложно поверить, что ты делаешь это просто так. Орки, вон, зачем-то хотели меня допросить. Чего они от меня хотели?

— Помогать гостям Ундервельта — мое призвание, — ответил Арон. — Помолчи, пожалуйста, не привлекай к нам внимание зверей. Сейчас будет заброшенный дом, там и расскажу тебе все, что знаю.

Тарвит поскрипел мозгом и решил, что Арон — работорговец, надо быть с ним начеку. Может, посох отобрать? Или не стоит пока рисковать, ведь другого проводника нет, да и не заслужил пока мужик такое обращение. Как там о нем написано? Помощник.

Вывод показался Тарвиту логичным, и он позволил себе довериться проводнику — вдруг и правда помощник, пусть и дисгармонирует с жестокостью Ундервельта.

Глава 2. Контракт на миллион

— Росс, ты скоро? — прозвучал в гарнитуре Янин голос. — Госпожа Тарасова тебя уже пятнадцать минут ждет, ты сказал, скоро будешь. Уточняю вот.

Наган предпочитал вести себя на дороге вежливо, но сейчас крутанул руль, перестраиваясь в скоростной ряд, и до упора вдавил педаль газа, мысленно обращаясь к водителям: «Понять и простить».

— Яна, я и так еду на предельной скорости, а она для Москвы в час пик, увы, улиточная. Еще двадцать минут как минимум.

Серебристый внедорожник шарахнулся от дерзкой «Шкоды Йети» с отрихтованным, но еще не покрашенным крылом. Завизжали шины, запричитали на нескЯнко голосов клаксоны.

— Прости, дружище, — проговорил Наган.

— Что-что? — отозвалась Яна.

— Я повел себя невежливо, извинился. Даме этой…

— Карине Сергеевне Тарасовой, — сказала Яна, четко выговаривая каждое слово.

— Постой, жене того самого Тарасова, владельца «Проксима-Групп»?

— Именно.

Наган представил, как Яна говорит с ним, спрятавшись за монитор секретарского компьютера. Одной рукой, на которой блестит обручальное кольцо с сапфиром, прижимает к ушку смартфон, ладонью второй для верности прикрывает рот. Яна старается говорить как можно тише, но клиентка все равно ее не слышит: клиентка потягивает кофе в приемной, уткнувшись в гаджет, а может, рассматривает висящие на стенах грамоты и дипломы Нагана.

— Пахнет большими деньгами. Еду, тороплюсь, — ответил Наган, высматривая в потоке автомобилей просвет. — Сделай ей кофе, что ли!

— Не хочет она кофе. Она говорит, что и так нервы ни к черту. Ро-о-сс, — протянула Яна. — Какая она противная, за жизнь разговаривает. Ну, там, про тачки, цацки. Еще немного, и я ее убью.

В словах Яны не было ни кванта злобы или недовольства, Наган ощущал это даже на расстоянии. Яна просто волновалась. Как секретарь и как супруга. Ведь детективное агентство «Наган» — общее семейное дело Ростислава и Яны Нагорных.

— Много людей пришло на похороны? — внезапно спросила Яна.

— Очень мало, учитывая, какой Костя человек… Каким был человеком. Семья, пара общих знакомых, пара тех, кого я не знал. Я нес гроб.

— Когда ты в последний раз с ним виделся?

— После войны, считай, не встречались, — отрезал Наган. — Так, разве что мельком. У него своя семья, у меня — своя. У него ранение, проблемы, у меня — тоже… то из полиции выгнали, суды эти треклятые, то агентство раскручивать нужно было… Теперь уже не встретимся.

— Ехал бы ты домой. Какая сегодня работа?

— Нет, — Наган снова вдавил педаль газа. — Справлюсь. В кризис заказами не разбрасываются. И машину надо до ума довести.

— Осторожнее.

Яна проговорила в сторону, обращаясь к клиентке, которая, видимо, вошла в приемную:

— Шеф застрял в пробке, но скоро будет! Воды? Пожалуйста! Есть с газом и без газа. А еще у нас здесь вай-фай очень быстрый…

— Яна! — ласково позвал Наган. — Держись, малыш! Я скоро!

* * *

Он одолел последний отрезок пути минут за десять. Аккуратно припарковался перед офисным центром, распугав голубей. Забрал с заднего сиденья пиджак и вышел из салона.

На лучшем месте парковки, в тени одинокого клена, стоял желтый «Астон Мартин» с тонированными до черноты стеклами. Интуиция подсказала Нагану, что эта машина принадлежит его терпеливой клиентке.

Клиентка ждала его в кресле напротив стола Яны. Нагану хватило мимолетного взгляда, чтобы оценить стоимость дизайнерского платья, туфель и сумочки этой молодой женщины. В глаза бросился блеск кристаллов Сваровски в серьгах. Клиентка будто зависла, устремив взор в бесконечность. «Линзы дополненной реальности, — сообразил Наган. — Новейшая разработка “Проксимы”, корпорации ее мужа».

— Госпожа Тарасова! — поприветствовал ее Наган. — Прошу прощения! Повсюду пробки!

Тарасова вздрогнула, перевела на него взгляд и грациозно поднялась, призывно колыхнув увесистой грудью. Удивительно, но эта барышня не выказала ни тени недовольства. Похоже, у нее и правда случилось что-то серьезное…

— Сама добиралась часа два. — У нее был уверенный и поставленный голос. — Если вы не против, мне бы хотелось сразу перейти к делу.

Наган посмотрел на Яну: жена тряхнула русыми волнистыми волосами и едва заметно улыбнулась, показывая, что она рада его прибытию. У Яны были красивые лучистые глаза: в них жила не льдистая синева зимы, а тепло июльского неба.

— Яна, а кто у нас сегодня еще? — спросил Наган.

— Аноним из «Газпрома», — мгновенно включившись в игру, соврала супруга. — Но у него назначено на восемь.

— Если что — подождет! — сурово бросил Наган. — Госпожа Тарасова, прошу! — И он распахнул перед клиенткой дверь своего кабинета, пропуская ее вперед.

В пути он уже навел о клиентке кое-какие справки.

Двадцать семь лет, замужем, детей нет. Олигарх нашел ее на каком-то студенческом слете, взял помощницей, везде с собой возил, во все проекты совал — растил великого человека, ведь негоже мужчине его статуса влюбляться в беспородных котят. Бросил жену с пятилетней дочерью, но полностью их обеспечивает. Сыну олигарха на тот момент было больше, чем любовнице — двадцать три года. Когда Карине Сергеевне исполнилось двадцать два, создал под нее общественный молодежный центр чего-то там, потом выхлопотал депутатское место.

Казалось бы, сиди на шее олигарха и радуйся жизни, но нет. Дорога большой любви тогда еще сорокалетнего олигарха к восемнадцатилетней Карине увенчана такими же большими рогами, шантажом, ссорами и истериками вплоть до рукоприкладства.

Восточного типа брюнетка с волосами ниже пояса, высокая, с Нагана ростом, плечистая, вульгарная. Цепкие темно-карие глаза прожженной хищницы, нос картошкой, крупный красный рот. Пара родинок — над верхней губой и на белой шее с намечающейся складочкой жира.