Усмиритель душ

empty-line/>

— Давай же, не заставляй меня волноваться.

Шэнь Вэй не мог спокойно слушать этот тон. Ему хотелось сбежать.

Юньлань отошёл сам.

— Смотрите, куда наступаете. Малыш Го, помоги Чжу Хун нести чемодан. Можешь хоть сейчас быть полезным?

Гнев шефа Чжао явно иссяк, и Го Чанчэн поспешил подхватить порученный чемодан.

Шэнь Вэй посмотрел на Чжао Юньланя, охваченный теплом его тела. Он застегнул пальто и коснулся кулона на шее: сфера тоже была тёплой, что было особенно заметно на контрасте с погодой.

Слабое, но приятное тепло.

Спустя полчаса они увидели хижину, о которой упоминал Чжао Юньлань, а ещё через полчаса — наконец до неё дошли.

Это было каменное сооружение с деревянными колоннами и крышей, защищающей от снега. Хижину окружал пошатнувшийся забор, и вся она почти целиком утопала в снегу.

Посреди этой белой пустыни хижина казалась одинокой и заброшенной, но вместе с тем пугающе спокойной.

Не успел Чжао Юньлань открыть деревянную дверцу в заборе, как Да Цин преобразился из брелка Чжу Хун и, вздыбив шерсть, громко зашипел.

Юньлань взял его на руки.

— Что не так?

Да Цин только молча пялился на заснеженный двор, но внезапно за их спинами раздался голос.

Тихо и слабо заговорила Ван Чжэн:

— Шеф Чжао, Да Цин пытается сказать, что во дворе что-то похоронено.

Глава 30.

Голос у Ван Чжэн был очень приятный: будь она человеком, наверняка стала бы певицей или радиоведущей. Но она была призраком, и это повлияло на её голосовые связки: теперь она говорила тихо и гулко, отчего у собеседника выступали мурашки, а по спине невольно сбегала неприятная дрожь.

Своей репликой она напугала всех присутствующих. Студенты Шэнь Вэя в ужасе уставились на неё. Ван Чжэн предпочла бы скрыться, но ещё не привыкла к новому телу, так что пришлось ей стоять и терпеть всеобщее внимание.

Чжао Юньлань потёр одну руку другой, пытаясь согреться.

— Ждите здесь. Я проверю.

И он бесстрашно вышел во двор, а Шэнь Вэй без промедления последовал за ним.

Земля во дворе покрылась неровной, бугристой коркой льда. Чжао Юньлань медленно прошёлся туда-сюда. В темноте глаза чёрного кота зажглись, как два фонаря, и Да Цин вдруг спрыгнул с рук Юньланя и помчался к одной из стен, где принялся раскапывать маленький холмик.

Чжао Юньлань присел рядом с ним на колено, схватил кота за холку и вытер ему лапки, а затем поднёс факел поближе к земле, глядя на вырытую ямку.

На дне блеснуло что-то желтоватое; Юньлань вытащил из сумки небольшую лопатку и с трудом принялся дальше раскапывать мёрзлую землю.

Только увидев костяной лоб и пустую глазницу, он понял, что раскопал половину черепа.

Шэнь Вэй смотрел, как Юньлань осторожно достаёт свою находку и оглядывается вокруг: весь двор был усыпан подобными небольшими холмиками. Под которыми наверняка была похоронена целая армия скелетов.

Обернувшись, Шэнь Вэй бросил взгляд на своих студентов, которые с любопытством пополам со страхом выглядывали из дверей.

— Закопай его, — сказал он Юньланю. — И никому не говори.

Чжао Юньлань так и сделал, а затем поднялся на ноги, словно ничего не произошло, и снова зашёл в дом.

— Ничего необычного, просто пара разбитых кирпичей. Смотрите под ноги. Устраивайтесь на ночь и одевайтесь потеплее, — приказал Юньлань, убирая лопатку, и закурил сигарету, глядя, как студенты один за другим разбредаются к своим сумкам.

Ван Чжэн ждала неподалёку. Остановившись возле Чжао Юньланя, она прошептала так, чтобы он один услышал:

— Ты видел их, правда? Это только верхний слой.

У Чжао Юньланя потихоньку начинала болеть голова.

— Вот блядство, — выдохнул он, понизив голос, — никогда такого не видел. Если останемся тут, угодим в неприятности? Но у нас ведь нет выбора, на машинах сюда не добраться, и больше заночевать негде. Снаружи мы просто замёрзнем насмерть.

— Для них это будет оскорблением. — Помедлив, Ван Чжэн заметила: — Я поговорю с ними. Если провести положенные ритуалы, одна ночь… На одну ночь можно.

— Поторопись, — попросил её Чжао Юньлань.

Выйдя наружу, Ван Чжэн отсчитала несколько шагов, а потом вернулась на два шага назад, развернулась и опустилась на колени. Сложив руки над головой, она до земли поклонилась застывшему двору. Шэнь Вэй велел любопытным студентам не высовываться, а сам вдруг понял, что пальцы Ван Чжэн на самом деле пластиковые, а волосы сделаны из нейлона.

Словно она не человек, а манекен из торгового центра.

Конечно, профессор Шэнь попросту не мог заподозрить подобное.

Чжао Юньлань наблюдал за Ван Чжэн, прислонившись к стене.

Она стояла на коленях и тихо бормотала на непонятном языке. Понять её было невозможно: сложно было даже разобрать, сколько слогов в каком слове. Молитва текла, как вода, наполняя двор и пробуждая что-то бесконечно древнее; каждый из присутствующих вдруг почувствовал себя не на своём месте.

Это чувство захватило всех, даже студентов Шэнь Вэя, и они принялись затравленно оглядываться. Только Чжао Юньлань продолжал мрачно курить, стоя у стены, и лицо у него было отстранённое и пустое.

Когда Ван Чжэн закончила, к ней подошла Чжу Хун и осторожно спросила:

— Что это было?

— Духи предков, — сказала Ван Чжэн, поднимаясь и тщательно отряхивая колени. — Я поприветствовала их, как положено. Теперь всё будет хорошо. Не толпитесь у двери, идите все внутрь. И запомните: не вздумайте бросать во дворе мусор, кланяйтесь на входе и если нужно в туалет — отходите подальше.