В 3

Это было действительно непривычно.. Девушка жила в светлой и чистенькой двушке. Мебель хоть и недорогая, явно с Икеи, но намного лучше моей. Все в скандинавском стиле – преобладали серые и светлые тона. Однако все на своих местах. Ничего не нагромождено. Дверь в спальню закрыта, поэтому мы переместились в гостиную. Та была соединена с кухней, потому помещение казалось громадным. Да еще и планировка в новостройке была не в пример моей, комнаты просторные, будто для людей строили. Наверное, я ожидал какого-то лофта в промзоне.

– Уютненько.

Я плюхнулся на диван, стараясь не задеть стеклянный журнальный столик. На нем, кстати, было разбросано множество зарисовок, в основном оружия. Видимо, Рис оттачивала свое мастерство сначала на этих огрызках, а потом уже использовала альбом.

– По поводу вечера…

– Я поняла, мне надо прикинуться для твоих родителей их дочкой. Ничего такого, использую Маскировку. А твоя дульцинея будет лицезреть меня обычной. В смысле, какой видят обыватели.

– Не Дульцинея, а Юля.

– Мда, книжек умных мы не читаем, – уселась Рис на кресло и закинула ногу на ногу.

– Я документалки смотрю, иногда. Ну хорошо, редко. Это считается?

– В приличном обществе только о таком не говори.

– Ладно, слушай, мало назваться Лилькой. Надо вести себя соответствующе. Собственно, ничего сложного. Моя сестра тихоня, редко вступает в разговор, тем более спорит.

– Конформистка, – брезгливо бросила Рис.

– Вот фига с маслом. Она если что решила, мехом внутрь вывернется, но своего добьется. Но это так, к слову. Обычно Лилька сидит, ест и изредка кивает. Отвечает односложными фразами.

– Королева вечеринок, я поняла.

– Именно. Вот и от тебя требуется то же самое.

– Покажи мне фотографии своей сестры. Чтобы понять, как «одеваться».

Пришлось лезть в соцсеть. У Лильки был еще инстаграмм, но я с ним не особо дружил.

– Поняла, все будет в лучшем виде. Не парься, прикинуться шлангом и поесть на халяву нетрудно. Надеюсь, твоя мама, прости, наша мама хорошо готовит?

– Есть блюда, в которых она может поконкурировать с Лаптем. Ладно, будет о фигне. Я тут кое-что узнал…

С каждой новой минутой моего рассказал лицо Рис принимало все более озадаченное выражение. В итоге из насмешливо надменной Дарья Михайловна стала тревожно-испуганной. Я ее понимал, мне тоже было как-то не по себе. Вот именно в такие моменты и хочешь, наверное, стать обывателем.

– Нам не надо участвовать в сражении? – поинтересовалась Рис. От этого «нам» я почти улыбнулся. – Получается, Видящие даже не просили о помощи?

– Нет. Я сам растерялся. Вроде не чужие люди, но они нас продинамили. В хорошем смысле этого слова.

– Они что-то знают, – встала Рис и принялась ходить из стороны в сторону. – И намеренно не говорят.

Почему-то поймал себя на мысли, что когда девушка поворачивается ко мне спиной, то я смотрю на верхнюю часть штанов, чуть пониже резинки. Слава богу, Рис этого не заметила.

– Предлагаешь ввалиться к Гроссмейстеру и требовать ответов?

– Ничего они тебе не скажут. Те еще жуки.

– Согласен. И на этой оптимистичной ноте я отчаливаю. Не забудь, через три часа у моих родителей. Адрес я тебе скидывал.

– Не беспокойся, буду во всеоружии.

Я не совсем понял, что она имела в виду – достаточно надеть обычную одежду и накинуть куртку сверху – Маскировка же есть.Накинул сапоги, схватил плащ, вызвал такси и помчал в METRO. Насколько помнил, только там продавался десятилетний Glenfarclas. Однако уже стоя перед полкой, я вдруг подумал, что почти четыре тысячи рублей для обычной студентки (а виски дарить должна была непосредственно Юля) – перебор. В итоге взял восьмилетний Grant’s. Надеюсь, что он неплох, я всегда был больше по пиву или водочке.

Матери купил букет – скромный, но красивый. Отошел от ларька, подумал чуть-чуть и вернулся за вторым. А после уже почти со свободной совестью поехал к Юле. Времени оставалось не так много и я почему-то дергался сильнее, чем при последней встрече с Темнейшим. Ведь тот не за жизнь со мной разговаривал, а пытался достать из моего дряблого живота Грам.

– Здравствуйте, тетя Вера, – сказал я, когда открылась дверь и протянул цветы, – это вам.

– Ой, Сергей, не стоило.

Ага, не стоило, конечно. Рассказывайте. Нет уж, лучше я перестрахуюсь. Заодно подумал, что можно и Юльке было веник приобрести, чай не из нищебродов, деньги есть. Как-то все время выпадало у меня из головы, что женщины любят внимание и подарки. Не поголовно, конечно. Те, что укладываются во временной диапазон от трех до ста двадцати двух лет. Исключений нет. Мужики редко это понимают, за что рано или поздно расплачиваются. Как правило, очень дорого.

– Уже разве пора? – спросила Юлька, выглядывая из своей комнаты.

Я с сомнением осмотрел завитые волосы, приталенное платье с каким-то торчащим тюлем из-под юбки и блестящие колготки. Не стал язвить, что у нас не выпускной. Она, наверное, и правда хочет понравиться. Мои приколы только усугубят ситуацию. А нервничать ей сейчас не надо. Одного меня хватает.

– Нет, я заранее заехал. Прекрасно выглядишь.

Юлька зарделась как маков цвет и убежала в комнату. Все-таки настоящую красоту не испортить непонятной прической и килограммами косметики. Пока предмет моего сердца заканчивала нелегкий труд по наведению марафета, мне пришлось составить компанию тете Вере. Мама Юли была хорошей женщиной, разговорчивой. С такой не надо активно поддерживать беседу, достаточно изредка кивать и что-нибудь отвечать. Главное не терять нить беседы.

За сорок минут, за сорок долгих, растянувшихся в вечность минут, я узнал многое. Что ее муж сегодня работает почти до поздна и жаль, что мне не довелось его застать. Про соседку со второго, которая гонит самогон и продает его молодым пацанам. А участковый и в ус не дует. О двух подругах, одна из которых в сорок лет открыла свой бизнес, а вторая вообще училась на филологическом, потом ее уволили, а теперь она в интернете статьи для сайтов пишет. Заодно, несмотря на вялые протесты, был накормлен двумя кусками пирога с курагой, потому что «съешь хоть один кусочек, аппетит разыграется перед ужином».

И когда Юля сказала, что готова, я чуть не расцеловал ее. Не совсем, правда, понял, что она делала все эти сорок минут. Разве что-то с глазами – они и раньше были большими, а теперь стали совсем огромными. Привет анимешникам! Ладно,опять Остапа понесло.

– Юля, шапку возьми!

– Мама, у меня прическа.

– Мы на такси, – встрял я, – машина уже у подъезда. А обратно она обязательно наденет.

– Ничего я не надену, – буркнула Юля уже выйдя за дверь.

– И не надо, – поцеловал ее я. – В карман убери. Пойдем.