В осаде

Лодка вздрогнула и стала медленно опускаться вниз. Круль ликовал. Смерть осталась там, на этом кошмар­ном крейсере, а он — любимый Круль уходил под воду, где его никто уже не найдет. Никто не узнает, куда пойдет лодка. Круль обхитрил всех!

— Они погружаются, — в отчаянии прошептал Кейт, манипулируя прицелом. — У нас остался последний сна­ряд. Давай, приятель, соберись! Ствол вниз, с упреж­дением...

— Огонь! — крикнул он. Джоан нажала на кнопку.

Сильный свет озарил лица Круля и капитана подлод­ки, и сильный взрыв, разнесший лодку на куски, про­гремел в тот же момент.

Но ни Круль, не капитан этого взрыва уже не слы­шали. Яркий свет был последним их ощущением в этой жизни. Вместе с экипажем, вместе с находившимися на борту лодки бандитами они быстро и безболезненно перешли в небытие.

Кейт взорвал подводную лодку прямым попаданием последнего своего снаряда.

Круля на этом свете больше не было.

Несколько секунд после взрыва Кейт, Джоан, Хью­го,Питер и Джон стояли в орудийной башне неподвижно, не в силах двинуться, не в силах произнести ни слова. Затем Джоан подошла к Кейту, осторожно положила руку ему на затылок, нагнула его голову и, привстав на цыпочках, поцеловала его в губы.

Хьюго, Питер и Джонни несколько мгновений смот­рели на них, а потом разразились ликующими воплями. Хьюго и Питер прыгали, орали и обнимались, как су­масшедшие. Раненый Джонни, не в силах двинутся, хо­хотал, прижимая руки к простреленной груди.

А Кейт и Джоан целовались, не слыша этого шума. Казалось, для них не существовало более ничего. Весь мир растворился в этом поцелуе. Они сами растворились в нем.

Но, впрочем, крики на корабле раздавались не только в семидюймовой орудийной башне.

Гибель подводной лодки, происшедшая на глазах бе­гущего в тот момент по палубе контуженного Солиста, вызвала еще и другие резкие изменения в его поведении. На секунду он остолбенел, пытаясь осмыслить проис­шедшее. Он застыл неподвижно, сжимая руками раска­лывающуюся от невыносимой боли голову, наблюдая па­дение в поднявшиеся от взрыва волны обломки подвод­ной лодки. Обломки его блестящей, тщательно проду­манной операции.

Затем он завопил, сорвал с себя куртку и, размахивая ею, побежал к капитанской рубке. Ворвавшись в нее, Солист застыл на пороге и уставился полубезумным взгядом на оставшихся в живых членов его команды.

Доктор Патлокк и негр-механик с удивлением гля­дели на него.

— Ах ты, сукин сын, поросенок Порки! — зарычал Солист, швырнул куртку на мониторы и упал, схватив­шись за голову, на пульт судового компьютера. Негр сделал движение, чтобы поднять его, но как только его пальцы прикоснулись к плечу Солиста, тот вскочил сам, оттолкнул негра и прорычал, оглядывая всех обезумевшим взглядом. — Пошел вон из моей жизни! Никаких больше мультфильмов по утрам!

Он подошел к столу и схватил с блюда кусочек сыра.

— Вот мы, две маленькие креветочки, — обращаясь к нему, залепетал Солист. — Мы приехали сюда на морских коньках. Мы спаслись от шведского повара! О господи! — он вдруг отшвырнул кусочек сыра, схватил куртку и надел ее. Пораженные доктор и негр не сводили с него глаз.

— К черту! Чего уставились! — закричал Солист, казалось он сейчас разрыдается.— Это нормальный бо­евой дух, можешь поучиться! — ухмыльнулся он негру, и эта ухмылка стоила ему, похоже, колоссальных уси­лий.

— У тебя все готово? — Солист схватил за рукав Патлокка. Патлокк испуганно кивнул, осторожно вы­свободил рукав и стал незаметно тихими стопами, от­ступать к двери.

— Ну и великолепно! Запускаем! — крикнул Солист. — Я еще в детстве мечтал о настоящей компьютерной игрушке! Не будем мешкать! Весь мир ждет!

Он метнулся к кнопкам запуска ядерных «Томагав­ков» и привалился плечом к стене. Кнопки были чуть выше его плеча, и Солист поднял руку и положил на них пальцы. Негр глядел на Солиста, не отрываясь. Его начала бить сильная дрожь. Негр стоял, широко расста­вив ноги, и сотрясался всем телом.

— Этот поросеночек, — пробормотал Солист, глядя перед собой безумными глазами, на секунду замер, а потом выкрикнул:

— Пошел на рынок! И нажал кнопку.

— Этот поросеночек остался дома, — пробормотал Солист, ощупывая вторую кнопку.

— А этот ... — он прижал палец к третей,

— О!.. — Солист в экстазе закатил глаза. — О-о!.. Это просто кайф, куда пошел... — и он с силой ткнул кнопку. — Этот поросеночек!

Оставив раненного Джона лежать в орудийной башне, Кейт, Джоан, Хьюго и Питер вышли на палубу.

Хьюго и Питер не переставали хохотать, и даже с лица сдержанного Кейта не сходила радостная улыбка.

— Мы сделали это! — крикнул Хьюго и колесом про­шелся по палубе. — Подумать только! Мы победили их всех и теперь...

И в этот момент с пусковых установок крейсера одна за другой с шипением взлетели две ядерные ракеты.

Смех оборвался. Потрясенные Кейт, Джоан, Хьюго и Питер провожали взглядом их светящийся след.

Кейт побледнел. Кажется лишь, он один в полной мере осознавал, что означает этот запуск. И к каким последствиям это может привести их страну и весь мир.

Солист, же, нажав на последнюю кнопку, прыгнул в кресло, задрал ноги на стол и запел, играя на вообра­жаемой гитаре, какую-то непонятную песню.

— Ха-ба-ба-на-на! На-на!

Вдруг он резко оборвал ее и страшно, по-звериному, зарычал. 

— Счастливого пути! — крикнул он, обращаясь то ли к улетевшим ракетам, то ли к душе погибшего Круля, то ли — к самому себе, перешедшему тот последний порог, шагнувшему туда, откуда, он знал, возврата уже не будет.

— Джоан, — крикнул Кейт. — Ты помнишь шлюпку, в которую я сунул магнофон. Быстро за ним! Принесешь в рубку! Питер, поможешь ей! Хьюго, тебе придется вернутся к Джонни. Пошли!

Джоан и Питер кинулись за магнофоном. Хьюго рва­нул в другую сторону. Кейт, забыв о боли, побежал к капитанской рубке.

В бункер командующего вбежал бледный помощник командующего. Не добежав до адмирала, он не удержал­ся и выкрикнул дрожащим голосом:

— Мы засекли два ядерных «Томагавка»! Они выпу­щены с «Миссури»!

Человек в гражданском костюме вскочил, но тут же опять упал в кресло, схватившись за сердце.

— Спокойно! — крикнул адмирал.

— Куда они летят?!