В тени

Что же делали за дощатым забором? Похоже, что там и впрямь изготовляли мыло, но… В багаже, полученном из Токио, было сырьё для производства мыла. Зачем же его специально везти в этакую глушь? И куда Каваи повёз его на такси?

Мужчина по имени Каваи, по-видимому, действительно имеет отношение к происшествию в баре «Эльма». Но какова связь между этим происшествием и производством мыла?

Решив наконец, как снимать, Тасиро сделал пять или шесть кадров. Но когда он щёлкал затвором, на поверхности озера что-то изменилось. Это изменение сопровождалось звуком. Звук был такой, будто бросили большой камень. По воде широко разошлись круги. Отражения гор в воде заколебались и будто поплыли. Тасиро ахнул. Он стал искать, откуда идут круги. Рассмотреть это место у ближнего берега мешали заросли, да и далековато было.

Тасиро бросился бежать. Прямо по траве, ломая ветви деревьев. Дороги тут не было, и, определив направление, он побежал напрямик. Но по прямой не выходило — встречались ручейки, заросли, кручи. Тасиро оказался в лесу, и озеро скрылось из виду. Когда же он наконец выбрался на берег в том самом, как ему показалось, месте, поверхность озера уже успокоилась, и в тихой глади снова отражались горы. Круги на воде бесследно исчезли. Определить, куда упал предмет, было невозможно.

Тасиро задумался. Не глупо ли полагать, что между багажом, полученным Каваи, и упавшим предметом есть связь?

На озере Кидзаки Тасиро тоже слышал всплеск и видел круги на воде. Случайно ли это? Перед глазами Тасиро возник обшитый рогожей деревянный ящик, который Каваи получил в транспортной конторе у станции Янаба. И ещё он представил себе, как этот ящик погружается на дно озера.

«Подожди-ка, — размышлял Тасиро, — разве Каваи не сел в автобус неподалёку от станции Уми-но Кути? Разве он не мог получить что-то в транспортной конторе у станции Уми-но Кути? Ведь от этой станции до озера Кидзаки не больше двухсот — трёхсот метров».

Тасиро разволновался и основные фотографии сделал кое-как. Программа съёмок была очень насыщенной, и свободного времени не предусматривалось.

Тасиро колебался.

И всё-таки он решил вернуться на Уми-но Кути. Не мог он просто так это оставить.

Тасиро вышел у станции Уми-но Кути. Здесь была только одна транспортная контора, и это облегчало расспросы.

— Извините, — войдя, сказал Тасиро.

Из задней комнаты показалась хозяйка. В кладовой молодой работник укладывал багаж.

— Чем могу быть полезна? — Хозяйка была низенькая и толстая. Она приветливо улыбалась.

— Я послал в эту транспортную контору багаж с Синдзюку до востребования. Пришёл ли он? — спросил Тасиро.

— Ваше имя?

— Послан от имени Каваи Горо. Имя получателя то же.

— Подождите немного.

Хозяйка открыла учётную книгу.

— На это имя багажа нет, — ответила она. — А что отправлено?

— Сырьё для производства мыла.

Хозяйка проверила и это.

— Не значится.

Такого поворота Тасиро не ожидал.

— Вы точно знаете, что он отправлен? — спросила хозяйка.

— Точно. Отправлен три дня назад из Синдзюку.

Работник, укладывавший багаж, поднял голову.

— За последние четыре-пять дней из Синдзюку ничего не доставляли, — сказал он.

Тасиро, видимо, ошибся в расчётах.

— Ну, извините, что помешал.

Тасиро вышел на улицу. Вдруг кто-то окликнул его. Оглянувшись, он увидел хозяйку транспортной конторы.

— Я по поводу багажа, о котором вы спрашивали, — сказала она. — К нам он не поступал, но, может, он хранится на станции. Я спрошу дежурного.

Такая отзывчивость встречается только в провинции. Любезная старушка из транспортной конторы отвела Тасиро к станционному дежурному по багажному отделению.

— Ода-сан! — позвала она у окошечка. — Тут хотят справиться о доставленном багаже.

— Что такое? — подошёл молодой дежурный.

— Вот этот господин, — старушка показала на Тасиро, — три дня назад отправил багаж, и он до сих пор не доставлен. У нас его нет, вот я и подумала, не оказался ли он случайно у вас.

— А что было отправлено? — Дежурный посмотрел на Тасиро.

— Сырьё для изготовления мыла.

— Ваше имя?

— Имя отправителя — Каваи Горо. Получатель он же.

— Господин Каваи Горо? — Дежурный тщательно просматривал квитанции. — Этого имени здесь не значится. — Он поднял лицо.

— Нет?

«Неужели надежды не оправдались», — подумал Тасиро.

— Станция отправления — Синдзюку? — Дежурный ещё раз заглянул в квитанции. — Среди доставленного сегодня багажа из Синдзюку было одно место. Его недавно доставили.

Тасиро ахнул. Быть может…

— Скажите, это не деревянный ящик, обшитый рогожей?

— Именно так. Именно так, — ответил дежурный. — Но это не сырьё для изготовления мыла.

— А что же?

— Содержимое — свечи. Имя отправителя тоже другое. Аракава Матадзо.

«Содержимое — свечи. Отправитель — Аракава Матадзо…»Сходятся только станция отправления и способ упаковки.

— Скажите, а размеры багажа примерно пятьдесят сантиметров на сорок?

— Нет. Это продолговатый ящик. Значит так: длина — восемьдесят сантиметров, ширина — двадцать. Вес — четыре и одна десятая килограмма.

Тасиро задумался.

— Но ящик уже выдан сегодня до полудня, — сказал дежурный.

Тасиро удивился.

Следующим было озеро Нодзири. Тасиро сел в поезд на Токио. В течение этого долгого путешествия он размышлял. Нет сомнения, Каваи выбросил «свечной багаж» в озеро Кидзаки. Если сопоставить это с тем, что произошло на озере Аоки, то такое предположение оказывается вполне вероятным. Внезапно Тасиро пришла в голову одна мысль, и он даже вскрикнул.

Каваи Горо. Аракаво Матадзо. Нет ли здесь связи?

Ведь это персонажи устного рассказа в жанре кодан [12] под названием «Кровавая месть в Ига». Каваи Горо — это Каваи Матагоро, а Аракава Матадзо — Аракава Матаэмон.

Имена совершенно вымышленные. Теперь понятно. Шутки откалывает!

Тасиро рассердился. «Раз так, буду следить за ним, пока хватит сил», — решил он. «И всё-таки, что в этом ящике?» — размышлял Тасиро. Он посмотрел в блокнот.

12

Кодан — один из видов японского устного народного творчества.