Валькирия

Когда у костра Санъяра поддержала его, по сердцу Нарана разлилось тепло, и он в кои-то веки улыбнулся не из вежливости, а невольно, сам не замечая своей улыбки.

Теперь наступило время выяснить, насколько кто из них готов ответить за свои слова.

Людей Наран не только видел впервые — он никогда ими и не интересовался.

Но в то же время, едва завидев незнакомцев через ветки кустарника, понял: ничего хорошего эта встреча не сулит.

Если бы не Вейде, он предпочёл бы, наверное, обойти их стороной.

И в то же время любопытство не давало ему покоя, а вместе с ним и надежда, что эти «охотники» могут что-то знать о расположении храма.

Что никакие это не охотники, Наран понял почти одновременно с Санъярой — возможно, на секунду раньше или позже. И хотя никогда в жизни не участвовал в настоящей драке и совсем не хотел пробовать, точно также понял, что рыжеволосого пленника оставлять у них нельзя.

Пока Вейде ползком пытался выбраться из-под обстрела, Санъяра метнулась вперёд, на ходу раскрывая саркар. Так получилось, что её спутники получили несколько секунд передышки — пока вращаясь в воздухе посох отбивал летящие в них снаряды.

Бескрылых было заметно больше. Наран ещё из-за кустов насчитал восьмерых, но двое сразу же рухнули на землю под ударами посоха. Санъяра не раскрывала его целиком, не давая волю лезвиям, которые могли успокоить противников раз и навсегда, но быстрых и точных ударов хватило, чтобы вывести их из строя на несколько минут.

Однако мужчин было больше, и Наран чувствовал, что они вот-вот попросту задавят её числом. Сорвав с пояса собственный саркар, который до сих пор не использовал нигде кроме танца, он тоже бросился вперёд, но, понимая, что они, возможно, будут только мешать друг другу, сделал кое-что ещё — свободной рукой вынул из кармана небольшой транслятор иллюзий, который взял с собой, чтобы скоротать время в лагере, и, включив первую же попавшуюся трансляцию, бросил под ноги противнику.

«Охотник» коротко вскрикнул, когда под ногами у него прямо из ниоткуда возник образ намэ Латрана, уверенно вещавшего что-то об устройстве небесного свода.

— Когда небесные камни падая на землю касаются поверхности, взрыв может последовать такой силы что…

Картинка сменилась, демонстрируя падение метеорита и последующий взрыв.

Бескрылые ринулись врассыпную раньше, чем Наран успел пустить в ход саркар. Только вожак, глухо зарычав, с двойной озлобленностью бросился к Санъяре. Наран уже хотел кинуться на помощь, когда откуда-то из-за кустов прилетел небольшой камешек и ударил ему прямо в висок.

Санъяра медленно, плавно повернулась. Когда саркар раскрылся в её руках, Наран почувствовал восхищение — гибкость и плавность движений катар превосходила всё, что он видел до сих пор, даже талах-ар мог оценить эту смертоносную красоту. Выверенность и чёткость дразнили и манили… Но это было тогда, минуту назад, когда он ещё не видел её лица.

А теперь в сердце Нарана взметнулся иррациональных страх. Песнь Смерти, которую, как считалось, не дано было слышать крылатым из других каст, плясала в её глазах пламенем ярости, возбуждением схватки. Она тоже манила — и в то же время на несколько бесконечно долгих секунд Нарану показалось, что Санъяре всё равно кого убивать. Ещё секунда и воительница набросится на него с той же яростью, с которой только что отбивала атаки бескрылых.

Глаза Санъяры медленно меркли.

— Спасибо, — очень тихо сказала она, и в интонациях её голоса слышалась смертельная усталость. — Впрочем, я бы справилась.

— Мне не хотелось рисковать, — глухо откликнулся Наран и тоже перевёл дух.

— Вы с ума посходили?! — выпалила Игре, выскакивая из кустов и тутже бросаясь на помощь Вейде, который всё ещё лежал на земле. — Зачем вообще было к ним лезть?

Наран, едва отметивший её движение краем глаза, всё ещё смотрел на Санъяру. В глазах воительницы снова полыхнул тот же огонь, пальцы сжались на посохе до белизны, но она лишь сложила его одним коротким движением и, на ходу цепляя к поясу, отвернулась.

— Есть нож? — спросила она. Наран молча подал ей инструмент, и Санъяра, присев, вспорола верёвки на запястьях пленника. Замерла, разглядывая рыжеволосого. Оба крылатых знали, что такие племена в основном обитают на западе материка. Санъяре было слегка любопытно, как его сюда занесло, но рыжеволосый смотрел на неё с таким страхом, что она не решилась ничего спросить.

— Мы не враги, — произнёс Наран своим коронным мягким голосом, опускаясь на корточки рядом с девушкой. — Тебе нужна помощь?

Бескрылый ожесточённо замотал головой и отполз немного назад.

Наран и Санъяра переглянулись. До сих пор с бескрылыми они общались на общем языке, который пришёл к ним с юга материка, и тем не менее из сказанного охотниками понимали не всё. Сейчас же Наран произнёс на языке валькирий:

— Нет смысла его пытать. Полагаю, мы достаточно ему помогли.

— И что, нам просто бросить его здесь? — возмутилась Санъяра, хотя в словах Нарана явно была доля правды.

— Зачем вы вообще за него впряглись? — подала голос Игре, подходя ближе к ним. Вейде она вела под руку и тот выглядел болезненно бледным. — Нас всех из-за этого чуть не поубивали! — она многозначительно покосилась на талах-ир.

— Я не планировала за него «впрягаться», — спокойно отозвалась Санъяра, — только задала им вопрос. Кто виноват, что они решили на нас наброситься? Или это, быть может, ты считаешь свидетельством опасности катар-талах?

— Стоп-стоп-стоп! — Наран знаком попросил обоих девушек замолчать раньше, чем Игре сумела произнести хоть слово в ответ. — Кто бы ни был виноват, нам надо побыстрее покинуть это место. Бескрылые могут вернуться в любой момент, и тогда кто-нибудь кого-нибудь точно убьёт.

10

Теперь даже Санъяра согласилась с тем, что тратить время на уговоры спасённого себе дороже. Тащить его волоком за собой ни у кого не было желания, тем более, что это было бы ничем не лучше поведения бескрылых.

— Чем раньше мы уйдём, тем раньше он придёт в себя и сообразит, куда ему податься, — озвучила она, и все вчетвером стали торопливо убираться с поляны.

Какое-то время крылатые двигались по лесу в молчании, стараясь не сбивать дыхание и не замедлять шаг. Однако прошло уже несколько часов, погода начинала портиться. Вырывая из задумчивости, на плечо Санъяре упали первые капли дождя.

— Надо бы сделать привал, — тихо сказал Наран, приближаясь к ней. — чувствуешь, за нами кто-нибудь идёт?

Санъяра мрачно покачала головой.

— Нет, но привал делать не советую. Рядом звери. Хорошо бы найти какую-нибудь пещеру.

Наран кивнул, и они продолжили путь в молчании, но через какое-то время он произнёс:

— Прости. Я должен был это предвидеть.

Санъяра вздохнула и покосилась на него.

— По-моему, ты сегодня уже извинялся. И может быть, даже не один раз.