Ведьма Агнета

– Не захаживает, ее мои прихожанки как-то со службы выгнали. Сказали, мол, нечего черными делами в божьем доме заниматься. Она яблок мне из своего сада принесла как-то целую корзину перед службой, а мне некогда было, поблагодарил ее и сказал, чтобы она на лавку поставила. Ну так вот, как служба закончилась, я прихожанам предложил взять оттуда яблоки, мне-то не съесть столько. Люди брали с удовольствием, плоды румяные, красивые да ароматные. Мне пару яблок оставили. Так она сразу же залетела в церковь и начала кричать и топать, «свин неблагодарный». Еле ее выпроводили, – рассказывал Николай, попивая яблочный сок, алкоголь он пить не стал.

Юля с интересом слушала брата, слезы у нее подсохли.

– Слушай, а может, она мне поможет ребеночка завести? Они же такие, все умеют, – стала она спрашивать брата.

Нити вокруг ее живота стали сворачиваться клубками, как змейки.

– Не смей, не божье это дело, – сказал Николай.

– Вот ты, Агнета, веришь вот в это все? – спросила меня Юля.

Батюшка нахмурился и вперил взгляд в стакан с соком, видно, ему кто-то из его бабушек уже что-то нашептал про меня.

– Во что? – притворилась, что не понимаю вопроса.

– В магию, в чертовщину, в порчи и в проклятия, – начала перечислять сестрица.

– Ну, я верю, что есть что-то такое необъяснимое, – ответила, сдерживая себя всеми силами. Не спрашивают меня, я и лезть не буду.

Коля продолжал хмуриться, весь разговор ему, видно, не нравился.

– А ты пошла бы к гадалке свою судьбу узнавать? – продолжала пытать меня Юля.

– Вот еще, что могу, то сама делаю, – ответила я ей.

Батюшка усмехнулся.

– Не поняла я тебя, – решила уточнить брюнетка.

Я прикусила губу и не знала, говорить ей или нет. Они на меня вдвоем смотрели внимательно.

– Не поняла и не надо, – махнула я рукой.

– Ну-ка, сказала «а», говори и «б», – она не отставала. – Ты гадать умеешь, что ли?

– Ну, умею, только для себя, – насупилась я.

– Ой, а мне погадаешь, – обрадовалась она.

– Нет, карт нету, да и трезвой надо быть, а я уже выпила.

– Да чего ты там выпила. Сейчас мы Толика за твоими картами пошлем, – начала уговаривать Юля.

Братец ее скорчил недовольную физиономию.

– Слушай, а может, ты так видишь, что со мной? Ну, бывают такие, я по телеку видела, глаза закатывают, трястись начинают, прямо как Толян, ну и правду всю выдают, – девушку явно куда-то несло.

Только я собралась ей сказать, что в таком состоянии, да на ночь ничего не скажу, как на кухне что-то грохнуло. Мы с Колей ринулись смотреть, что же там упало. На полу валялась побитая посуда, рухнул навесной шкафчик.

– Не говори ей ничего, – попросил батюшка.

– Я и не знаю ничего, – ответила я, и стала собирать осколки.

– Знаешь, я же по глазам вижу, – он слегка подергивался. – Ей и так плохо, а то я ее совсем не успокою.

Он вцепился в мою руку и потянул меня к себе. Облачко над его головой заволновалось и из него стали появляться тонкие нити, которые направились в мою сторону. Честно говоря, меня это напугало, и я отпрянула назад.

– И что это вы тут, голубки, делаете? Бросили меня одну, – зашла Юля с бокалом в руках.

– Осколки собираем, – ответил Николай.

– Ого, вся посуда побита. Из чего завтра есть будем? – посмотрела брюнетка на пол. – Помогать вам не буду, а то упаду.

Она уселась прямо на стол и принялась болтать ногами. Николай посмотрел на нее, поморщился, но промолчал. Юля допила вино.

– Агнета, пошли со мной в зал, а он пусть тут все убирает, мы гости, а он хозяин. Пойдем еще выпьем. Ты вот ничего не ела. Я пиццу привезла с грибами, у него же пост. Он кусочек съел и больше не стал, а мне не лезет. Идем, – сестра Николая потянула меня за руку, ее нити зашевелились, но ко мне не полезли.

Мы ушли с кухни, и Юля опять шлепнулась на диван. Я забрала свой стакан, а она налила себе новую порцию вина.

– Ты брату очень нравишься, – шепнула она.

– Угу, – ответила я.

– Вот он только жениться не может, – она на меня посмотрела, пытаясь уловить на моем лице реакцию.

– Он и все остальное не может, ему не положено по долгу службы, – ответила я.

– Так вы еще не? – она скорчила характерную гримасу.

– Нет, – этот разговор мне не нравился.

– А вы с мужем венчанные? – решила перевести разговор в другое русло.

– Не-а, зачем? Я же не такая, как наш Николай, – его имя она намеренно растянула.

– Ну как же, будешь относиться к роду мужа, и никакие проклятия родительского рода тебя не тронут, – ответила я и прикусила язык.

– Ты думаешь, на мне проклятие лежит? – зацепилась она за эту мысль.

– Не знаю, – я отвела глаза.

Тут в комнату зашел Николай, из порезанной руки текла кровь. Его потряхивало, глаза закатились, того гляди упадет и начнет биться в припадке. Что-то сегодня крови много и увечий, то участковый порезался, то вот теперь батюшка.

– Агнета, промой ему рану, я крови боюсь, – поморщилась Юля и долила себе еще вина. Она явно сегодня собиралась надраться.

Я потащила батюшку на кухню, сунула его руку под струю холодной воды. Намочила ему виски, вид у него был не очень. Замотала ладонь остатками бинта. Он сидел бледный и улыбался.

– Какая ты красивая, Агнета, – прошептал он и попытался меня приобнять.

Его нити потянули свои лапки ко мне.

– У вас, видно, батюшка, от потери крови рассудок помутился, – отпрянула я от него.

– Ну его, этот рассудок, в баню и все обязательства тоже туда же. Я же тебе нравлюсь, Агнета? – он потянул ко мне руки.

– Руки прочь от Красной армии, я, между прочим, еще замужем, – увернулась я. – И вообще сначала разберитесь вот с этим, – показала я на его голову, – А потом уже приставайте.

Заявила и быстро ухромала в зал. В комнате вовсю храпела Юлька.

– Ладно, мне домой пора, – направилась в коридор одеваться.

Николай стоял в коридоре, в руках у него была моя куртка.