Ведун

Вертя головой, он наткнулся взглядом на… призрака, парившего у него за спиной в виде размытого человекообразного бело-серого облака. И от этого облака несло привычным холодом, похоже он не со смертью встречался, а от ударов здоровяка пролетал сквозь этого призрака, вот ему и чудились касания дамочки с косой.

— Ты кто? — Раз не умер… окончательно не умер, Саня попытался завязать разговор, чтобы узнать, что это тут такое происходит.

Но его вопрос неожиданно взбесил призрака, он невероятно громко заорал:

— Это мой дом!

И тут же последовал удар, окончательно отправляя Саню… нет, не в нокаут, в долгий-долгий полет.

* * *

— Арх, — очнулся я от нехватки воздуха и сумасшедше колотящегося сердца.

Стоило только отдышаться, как пришло понимание, больше никакого раздвоения личности не ощущается. Память окончательно в порядок пришла, хоть и несколько странно помнить две жизни, но теперь это мои жизни, мой опыт и мои знания, которые, впрочем, еще придется переварить и осознать.

А всё из-за того, что в этих знаниях были слишком большие отличия с миром Александра Мещерского, хотя было и немало совпадений. Но со всем этим буду потом разбираться, сейчас тело болит жуть как, да и голова чугунная, думать совсем не хочется. Ярко горит только одна мысль, о мести и о семье… теперь уже моей семье.

«Выжил еще кто-нибудь или нет? Нужно срочно в усадьбу вернуться».

— Ох, — стоило только пошевелиться, как шею и грудь особенно сильно прострелило болью.

Мало того, что рана зверски заболела, так еще и пролитая кровь, на теле застывшая, неприятно тянет и холодит. И одежда из-за нее же колом встала, что тоже комфорта не добавляет.

Одно хорошо, в отличие от Мещерского, меня — Тишиловича добить не успели, спасла отцова наука, которую он мне три последних года пытался преподавать. Это был тщательно скрываемый от всего мира секрет нашей вольной семьи. О котором, помимо нас, еще и старый князь Гаврилов знал, больше никто.

Вернее, никто не должен был знать, согласно договора нашей семьи с князем. Но откуда-то узнал еще и Панфилов. Ясно, что от князя, но я раньше думал, что слово княжеское как-то покрепче будет.

Ошиблись Тишиловичи! Не тому доверились.

— Я это исправлю! — лежа на земле и смотря в темное небо, еле слышно прошептал. — Клянусь.

[1]Домовой — искусственный интеллект для управления дома (иного объекта) или транспортного средства. «Мозгом» служит кристалл «Легас», который в 7521 от СМЗХ вырастил до этого никому неизвестный алхимик Легасов ЮрийНиколаевич. За это изобретение он в награду получил герб и право на образование Имперского Рода, став его родоначальником.

Глава 2

«Ну а теперь хватит валяться!» — мысленно скомандовал я сам себе.

Оно вроде и лето, погода радует, даже ночью тепло, но всё равно на земле валяться не дело. Не хватало, помимо ранения, вдобавок еще и нутро себе застудить. И так сейчас себя древней развалиной ощущаю. Больной древней развалиной.

— Ох, — вот так охая и ахая, всё же получилось на ноги подняться, хоть и шатало от слабости прилично. — Твари! Зря вы меня не добили! Придет время, ответите.

Злость хорошо помогала со слабостью бороться. А слабость бесила, попытался к магической энергии или силе — если по-местному, обратиться, и потерпел полное фиаско. Привычное вроде бы действие, а ощущение такое, будто контроль полностью в ноль упал. Но тут я понимаю почему, повезло что Мещерский и Тишилович были полностью магически истощены, а то черта с два бы у нас получилось слиться. В полный стакан из другого такого же ничего больше не нальешь. Но мы были пустые, вот и получилось у нас то, что получилось. Теперь по всем признакам и так немалый потенциал…

«Стоп! Потенциал был у Мещерского, Тишилович слабаком был, при жизни даже до лекаря не факт что дорос бы. Ну и, судя по воспоминаниям, полное разочарование отца, который его за Грань ходить учил, он так и не смог самостоятельно туда шагнуть, как и не сумел и шагу сделать за Гранью, когда отец его туда затаскивал».

— Хитрый ты, Тишилович!

Только теперь до меня дошло, почему он всего себя Мещерскому отдал. Понимал, что шансов в противостоянии с тем у него не было никаких, но отомстить за сестренку и бабушку хотел, вот и повесил этот хомут более сильному на шею. Ну и, судя по теперешнему моему состоянию, он проиграв — победил. Ведь несмотря на то, что жизненного опыта больше было у Мещерского, себя я сейчас считаю именно Сашкой Тишиловичем. Но, Сашкой с жизненным опытом, характером и умениями именно Мещерского.

И похоже это еще не всё, помимо всего перечисленного, мой прошлый магический потенциал, с разными развитыми гранями, тоже этой тушке перепал. И даже вырос, если я правильно оценил то, что с моей энергетикой сейчас творится.

— Ну что ж, Тишилович так Тишилович!

То моё спонтанное решение и сейчас во мне никаких противоречий не вызывало. Я мог бы, помедитировав, отделить одного от другого, и снова полноценным Мещерским стать. Но это тело Тишиловича, знания об этом мире и сам мир тоже его, так что мне нетрудно будет выполнить его последнюю волю. За эту мелочь он мне прилично так облегчил дальнейшую жизнь, ведь паспорт он уже получил и мне не придется напрягаться, искать себе документы, чтобы влиться в местное общество. Значит даже в нынешнем моем состоянии мне почти весь этот мир открыт. Ну и ещё плюсы есть, в виде немалого такого наследства вольной семьи лекарей. Правда оно мне пока недоступно. Но так и не страшно, сначала работа, надеюсь с ней за год управлюсь, а вот потом и вознаграждение подоспеет.

Сунул руку во внутренний карман пиджака, вытащил оттуда бумажник, на ощупь вроде целый, только от крови липкий. Но то не страшно, паспорт и банковская карта с «карманными» деньгами пластиковые, наличные деньги тоже из пластиковой бумаги, так что даже если кровь внутрь попала, всё можно будет отмыть и дальше пользоваться. А вот лежащему в другом кармане коммуникатору не повезло, «водной плетью» его задело, так что на выброс.

Непослушными пальцами с трудом разобрал те запчасти, что от него остались, сумел извлечь чудом уцелевшую капсулу с биометрическим чипом — в паре с паспортом других доказательств того, что я — это я и не нужно. Остатки коммуникатора выбросил, капсулу в бумажник сунул и обратно в карман его определил. Основное целое и в наличии, а со всем остальным потом разбираться буду.

Осмотрелся по сторонам, и хоть в лесу сейчас темень, хоть глаз выколи, понимание куда нужно идти откуда-то изнутри пришло. Знания сами в голове всплыли: сейчас стою лицом в направлении Пертозера, а мне в другую сторону нужно, к Габозеру.

Развернулся в нужную сторону, чуть покрутил головой и точно определился, куда мне идти. Чуть правее нужно, к небольшому заливу, именно там усадьба Гарлоевых находится. Бабушка уже столько лет как Тишилович, а усадьба, отданная ей отцом в качестве приданого на свадьбу, всё также носит ее девичью фамилию.